Прежде чем начинать настоящий допрос, стоило проверить снаряжение.

Для гуманного разговора по душам хотя бы один флакон зелья был совершенно необходим.

— Зелья есть?

Старший исследователь, у которого в глазу всё ещё торчала авторучка, оказался на удивление сговорчивым. Говорить ему было тяжело, поэтому вместо ответа он поднял руку и указал на мёртвого рыцаря.

«Ого».

Я обыскал рыцаря и нашёл целых три флакона.

Отлично. Теперь ничто не мешало провести допрос со всей возможной человечностью.

Я уже возвращался к пленнику, когда с пола донёсся странный шум.

Шшшшш...

Тело Альберто рассыпалось на светящиеся частицы и исчезло.

Стоп. Он до этого ещё был жив?

Я почему-то решил, что здесь трупы сохраняются, как у Мертвецов — монстров без ранга.

「Вы уничтожили руководителя имперской исследовательской группы. EXP +4」

Опыт тоже начислили. Причём неожиданно много.

Странно. С такой боевой силой Альберто должен был тянуть разве что на девятый ранг.

Но это был не главный вопрос.

Я резко повернулся к рыцарю.

Альберто исчез, а труп рыцаря по-прежнему лежал на месте.

Неужели жив?

«Нет».

Я уже проверял рыцаря, пока обыскивал, и теперь убедился ещё раз. Мёртв на все сто процентов.

Тогда почему тело не растворилось?

Взгляд упал на наручники.

«Из-за ограничителей маны?»

Похоже на то. Других отличий между ним и Альберто просто не было.

Как бы там ни работал этот механизм, результат меня устраивал: эффект был примерно таким же, как от «Искажения», и благодаря этому я сумел забрать зелья с трупа.

«Ладно. Сначала главное».

Я не представлял, сколько ещё продлится наше уединение. В любой момент сюда могли прийти другие исследователи или солдаты. Значит, мелкие загадки придётся отложить.

У Питера 2-го уровня вопросов было много, а времени мало.

Я подошёл к пленнику и крепко зажал ему рот ладонью.

— Ммф!...

Чвак!

Одним движением выдернул ручку из глаза.

Исследователя выгнуло, будто через него пропустили разряд. Он дёрнулся всем телом и замычал ещё громче, но я только сильнее прижал ладонь.

Звукоизоляция здесь, судя по всему, отличная.

Но зачем рисковать?

— Мм! М-м-м-м!...

Мне совершенно не хотелось, чтобы кто-нибудь испортил наш спокойный разговор.

— Рана серьёзная.

Ш-ш-ш...

Я капнул немного зелья прямо в повреждённый глаз.

— ММФ!... Кх... мм-м!...

На этом первая помощь была закончена.

Нескольких капель для полного восстановления, конечно, недостаточно. Но уж в таких вещах я разбирался. За свою жизнь меня ранили куда только можно, а зелий я выпил тысячи. От такой раны человек не умрёт.

«А если начнёт упрямиться, буду время от времени добавлять ещё по капле».

Я невольно улыбнулся.

Вот теперь можно было вести сверхгуманный допрос в полном соответствии с Женевской конвенцией: никаких пыток, только лечение — пока сам всё не расскажет.

— Первый вопрос.

Я медленно убрал руку с его рта.

Торговый автомат устроен просто: бросаешь монету, нажимаешь кнопку и получаешь выбранную вещь.

В детстве я их обожал. Автомат всегда стоял на одном месте и почти всегда честно отдавал ровно то, за что ты заплатил.

«Хотя старый автомат в больничном холле иногда проглатывал деньги...»

Но даже это было неплохо. По понедельникам приходил мастер, и стоило пожаловаться — он без споров возвращал вдвое больше.

Для ребёнка торговый автомат был воплощением постоянства, предсказуемости и даже небольшого везения.

«Эх. Ностальгия».

Сейчас я вспомнил о торговых автоматах по очень простой причине.

Старший исследователь работал почти так же.

Вместо монеты — несколько капель зелья. Вместо кнопки — вопрос. На выходе — нужная информация.

Например:

— Подробно объясни, что за эксперимент вы здесь проводите. Зачем ради Альфы заключили договор и зачем понадобился я?

— Это... это...

Точно. Монету забыл.

Ш-ш-ш...

Я пролил на рану ещё несколько капель. После коротких воплей автомат заработал как положено.

— М-мы из исследовательского центра «Панделион»! У нас одна цель! Создать оружие такой силы, чтобы оно принесло Империи победу в войне!

«Панделион».

По сведениям, которые я получил на первом подземном этаже, там изучали чудовищ и создавали из них живое оружие.

«Так они вообще не армейские».

Теперь многое встало на место. Не исследователи обслуживали военных, а научный центр привлёк армию для своих работ. Вот почему солдаты перед ними так стелились.

— И каким образом вы собирались делать это оружие?

— Это...

Я уже потянулся за флаконом, решив, что автомат снова требует оплаты.

Но на этот раз произошло чудо.

— Исследование «Печати», доступной лишь немногим паломникам, показало, что сверхспособности чудовищ закреплены не в теле, а в душе. Нашу исследовательскую группу направили на остров, чтобы провести опыты по пересадке силы, связанной с душой.

Я моргнул.

Что это? Ошибка системы?

Монету не бросал, а товар всё равно выдали.

Любой приличный игрок знает: если нашёл выгодный баг, сначала пользуйся, а уже потом думаешь, почему он работает.

— Нет, я спрашиваю, как именно вы переносите силу.

— Предпосылка первая: душа чудовища прочно связана с Матерью-Землёй, поэтому для пересадки необходимо истощить саму душу. Предпосылка вторая: объект должен...

— Опять объясняешь так, что кроме тебя никто не поймёт. Хочешь, чтобы снова стало больно?

Он замолчал.

— С этого момента объясняй так, чтобы понял ребёнок.

Исследователь посмотрел на меня с плохо скрываемым презрением, словно перед ним сидел дикарь, но спорить не стал.

— Первое: Альфу постоянно доводят до предела, чтобы его душа ослабла... то есть устала. Второе: к нему подселяют подходящего человека и повышают коэффициент синхронизации. Третье: с помощью препарата, разработанного в центре, силу Альфы пересаживают этому человеку.

Так было гораздо понятнее.

Хотя меня всё ещё раздражало, что он разжёвывает обычные слова вроде «ослабить», зато не объясняет собственные термины.

— Что такое коэффициент синхронизации?

— Чем сильнее Альфа сопереживает человеку, которого к нему подселили, привязывается к нему и полагается на него, тем слабее становится его связь с Матерью-Землёй. Одновременно растёт вероятность успешной пересадки.

Вот оно что. Всё это вместе они и называли синхронизацией.

— Почему выбрали именно Тетрасеа?

— Альфа относится к виду Стормгаш. Ему достаточно морской воды, чтобы полностью восстановиться, поэтому тело способно выдерживать истощение души.

— Понятно.

Часть вопросов исчезла. Зато на их месте тут же выросли новые.

— Ты сказал «вероятность успеха». Значит, пересадка уже когда-то получалась?

— Да. До массового применения ещё далеко, однако несколько солдат уже успешно прошли процедуру и на поле боя доказали, что могут служить живым оружием.

— Тогда зачем вы тащились сюда и повторяли уже успешный опыт?

— Во-первых, центр очень высоко оценил сверхспособности Стормгаша. С такой силой можно создать непобедимый флот.

— Раз есть «во-первых», будет и «во-вторых».

— ...Во-вторых, нас интересовал сам объект пересадки. Все предыдущие успешные кандидаты принимали MKS-017... препарат, который уже частично превращал их в чудовищ. Для широкого применения нужен был подтверждённый случай успешной пересадки обычному человеку.

Иными словами, главной частью здешнего эксперимента было даже не извлечение сверхспособности Тетрасеа, а её пересадка обычному Питеру.

— А если бы я не подошёл?

— Ввели бы нового кандидата. И повторяли бы процедуру до успеха. Каждый раз приходилось бы обнулять коэффициент синхронизации при помощи LT-4 и стирать Альфе память.

Стирание памяти.

«Что-то вроде Благословения Леты?»

Вот и такая технология у Империи уже была.

Эти люди вообще способны жить, не изобретая какую-нибудь жуткую хрень?

Некоторое время мы молчали. Потом я продолжил наш исключительно гуманный допрос.

— Ладно, со мной всё ясно. Каким по счёту я был?

— ...Что?

— Каким по счёту подопытным. Не первым же.

— Сто двадцать седьмым.

— Значит, предыдущие сто двадцать шесть умерли, и очередь дошла до меня.

Теперь стало понятно и то, почему Тетрасеа мучили день за днём, и то, как самый обычный имперский солдат оказался в этой лаборатории.

Но одна загадка оставалась.

— Почему Тетрасеа превращается в чудовище?

— ...О чём ты? Он уже чудовище.

Формально не поспоришь.

Только чудовища бывают очень разного уровня.

Что должно было случиться, чтобы существо 3-го ранга эволюционировало во Владыку Яруса? Мне всё сильнее казалось, что именно здесь спрятан ключ ко всей этой области.

Я уточнил вопрос.

— Я говорю о том, что Альфа станет существом уровня Владыки.

Исследователь решительно покачал головой.

— Невозможно. Наш эксперимент не имеет такой цели. Ты, вероятно, думаешь о случае Дредфира, но после того инцидента соответствующий проект закрыли. В нынешней программе пересадки риска подобной мутации нет.

Можно сколько угодно говорить «нет».

Я-то знал, что в будущем Тетрасеа действительно станет Владыкой.

Владыкой Слёз Тетрасеа — хозяином Великого моря на шестом этаже.

«Значит, впереди произойдёт ещё что-то».

Что именно — непонятно.

И этот исследователь, похоже, ответа не знал.

Но допрос на этом не закончился. Вдруг всплывёт полезная зацепка? Да и кое-что интересовало меня просто из любопытства.

— Все исследователи такие слабые?

Я никак не мог понять, почему Альберто с боевыми возможностями обычного человека оценивался выше девятого ранга.

Пленник возмутился.

— Разумеется, нет! Все сотрудники «Панделиона» — элитные специалисты с имплантированными магитехническими чипами! У Альберто ранг ниже моего, но даже он одним движением мог бы пробить тебе голову...

— Но не пробил же.

— Внутри экспериментальной базы чипы блокируются во избежание аварий. Поэтому встроенное в них магитехническое вооружение тоже нельзя вызвать. Если бы не это!...

А, вот оно как.

Судя по описанию, магитехнический чип служил чем-то вроде личного подпространства, из которого исследователи доставали новейшее оружие.

«Логично. В руинах тоже было полно механических монстров».

Руины Панделиона на седьмом этаже были одной из немногих зон «Подземелье и камень», где встречались механические противники.

— И всё же странно. Рядовым сотрудникам блокировку ещё можно объяснить. Но у руководства должна быть возможность снять её на случай чрезвычайной ситуации.

Пленник промолчал.

Я сразу понял.

— Ага. Значит, над тобой есть кто-то ещё.

Выяснилось, что старший исследователь вовсе не возглавлял базу. Над ним стоял главный исследователь.

Правда, сейчас его здесь не было.

— Даже лучше. По крайней мере, пока никто не сможет отменить твои распоряжения.

Я уже начал прикидывать, как с помощью этого человека вызвать сюда нашего будущего Владыку Слёз, а потом вывести Тетрасеа наружу.

И тут по всему зданию взвыла сирена.

ВИИИИИИИИУ!

По одному звуку было ясно: случилось что-то действительно серьёзное.

Как минимум — чрезвычайная ситуация первого уровня.

«Да что там опять...»

На секунду мелькнула мысль: не из-за меня ли?

Нет. Если бы тревогу подняли из-за побега и убийств, сначала в дверь ворвались бы солдаты, а уже потом включали сирену.

Значит, причина снаружи.

И это, с одной стороны, хорошо.

С другой — если ситуация настолько серьёзная, безопасных мест на базе больше нет.

Исследователи и рыцари наверняка первым делом пойдут за старшим исследователем, то есть сюда.

ВИИИИИИИИУ!

Время закончилось.

Теперь придётся действовать быстро.