В столичный Карнон я выехал рано утром, но до моей церемонии повышения было ещё чёртовски далеко.

Не меня одного сегодня собирались чествовать.

Перед поездкой я специально выучил присланное Королевским Домом расписание. Хотел хотя бы примерно понимать, когда меня наконец отпустят домой.

«Первый урок... речь директора, кажется?»

Когда все дворяне заняли свои места, к трибуне вышел герцог Кеалунус. С сегодняшнего дня он становился канцлером и фактически брал на себя управление государственными делами.

— Ниа Рафдония! Этому великому городу — вечной славы и бесконечного будущего!

Начал он мощно: с чеканного приветствия и громкого лозунга.

Сразу было слышно, сколько раз это репетировали.

Насколько я знал, герцог Кеалунус никогда не служил в армии. Да и в обычной жизни говорил тихо, размеренно, без театральщины. Его род вообще славился не воинами, а магами и учёными.

Теперь, выходит, ещё и канцлером обзавёлся.

Вступление получилось бодрым. Дальше пошёл привычный набор.

— Бесчестные мятежники возжелали этих вечных, несокрушимых стен, но мы отстояли город...

Поругать Ноарк.

Почтить погибших.

Похвалить победителей.

Под конец отдать всю славу Королевскому Дому.

Примерно через час первый урок закончился.

Вторым пунктом была церемония наследования титулов.

— Запомните: именно ваша молодая кровь станет будущим нашего города!

Один за другим вперёд выходили наследники тех, кто погиб во время недавних событий. Здесь им официально подтверждали право на семейный титул.

Смотреть было скучно.

И одновременно жутко.

«Столько людей погибло?..»

Наследников набралось около двух сотен.

— А вот и будущее графского дома Лумина! От имени Королевского Дома Рафдонии я, герцог Кеалунус, подтверждаю право Метеиа Лумина на графский титул.

— Ха-ха, тот самый маленький гений уже стал взрослым мужчиной. От имени Королевского Дома Рафдонии я...

Герцог старался гнать церемонию как конвейер: каждому бросал пару коротких добрых слов и сразу переходил к следующему.

Не помогло. Второй урок растянулся на вечность.

Мне это казалось пыткой, а вот остальные дворяне, похоже, развлекались.

— Тьфу. И такой распущенный щенок теперь возглавляет дом Болше... Всё, конец их графскому роду.

— С домом виконтов Бертон та же история. Да, единственный прямой наследник ещё младенец, но передать титул боковой ветви? Даже не регентство — сам титул!

— Я слышал, прямой наследник родился с увечьем. А этот ублюдок из боковой ветви уже прибрал дом к рукам и продавил наследование под этим предлогом.

— Немыслимо! Даже в такое смутное время нельзя попирать всякий порядок!

— Не кипятись. Они сами себя похоронят. Большинство домов теперь свернёт дела со всеми предприятиями виконтов Бертон.

— Верно. Ни один порядочный дворянин не захочет иметь ничего общего с такой неблагодарной тварью.

Старые аристократы успевали разобрать каждого наследника, хотя те проходили перед трибуной почти без остановки.

И вот что удивляло: люди всю жизнь только и делали, что были дворянами, но чужие семейные склоки знали с такой подробностью, будто лично прятались у соседей под кроватью.

— Теперь всё заполнила молодая кровь.

— Начинается новая эпоха...

— Кто знает, к чему это приведёт...

Лишь изредка в разговорах звучало что-то кроме сплетен: сожаление, облегчение, надежда, тревога.

Но я особых перемен не ждал.

«Смена поколений ещё не значит, что люди станут другими».

Даже Сократ, если верить известной байке, якобы ворчал, что молодёжь нынче уже не та.

В итоге всё одно и то же, только лица меняются.

— На этом церемония наследования завершена! Для гостей приготовлен пир. Благодарю всех, кто нашёл время прибыть, и прошу наслаждаться отдыхом без стеснения!

Расписание к этому моменту уже летело к чёрту, но второй урок всё-таки закончился.

Нас повели обедать.

Всё время играл придворный оркестр. На свободной площадке сменяли друг друга танцоры, исполняя изящные танцы.

Отдохнуть, конечно, мне всё равно не дали.

— Барон, мы ещё не знакомы. Я Метеиа Пиэс, недавно унаследовал титул. Как вам угощение? Пришлось ли по вку...

— БЕХЕЛ-ЛА-А-А-А-А-А-А-А!!!

— ...Ха-ха. Вижу, вам понравилось.

— И правильно. Не понравилось бы — не еде пришлось бы плохо.

— ...Простите?

— Я ем. Иди отсюда.

На протяжении всего обеда ко мне лезли дворяне, которых я в жизни не видел.

Почти все — молодые, только что унаследовавшие семейные титулы.

«Нет, всё-таки разница между поколениями есть».

Может, дело в возрасте.

Старая титулованная знать обычно не горела желанием дружить с таким дворянином иной расы, как я.

Хотя возможен и другой вариант: моё имя теперь весило столько, что людям стало не до привычных предрассудков.

— Ха-ха! Мой юный друг! Как поживал всё это время? Жаль, на прошлом празднике тебя не было...

Не все посетители были молодыми.

Граф Альминус, который регулярно покупал мою дружбу полезными подарками. Граф Фердехильт, при каждой встрече снова пытавшийся женить меня на своей дочери. И другие знакомые дворяне, с которыми я когда-то уже пересекался.

Таких прогнать посреди фразы было нельзя. Приходилось хотя бы ненадолго откладывать вилку и разговаривать.

Среди них оказался и барон-кролик.

— Давно не виделись, барон Яндель. Хотя... теперь мне уже называть вас виконтом?

— Церемонии ещё даже не было. Какой я тебе виконт? Но да, давно не виделись, барон Лиливия.

Как и полагается дворянам, мы начали с обычных вопросов о здоровье и делах. Я при этом всеми силами показывал, что хочу вернуться к еде.

Барон-кролик понял намёк, сник и уже собирался уйти.

Но напоследок выдал нечто настолько жалкое, что даже мне стало неловко.

— Эм... барон? Вы в последнее время почти не бываете на собраниях Мельбеса...

— Был занят.

— Н-но графа Альминуса при этом встречали часто...

— И что ты хочешь сказать?

— П-пожалуйста... не бросайте наш Мельбес...

— ...

— Тогда... приятного аппетита!

Он почти бегом улизнул прочь.

Я проводил взглядом его понурую фигуру и вдруг почувствовал что-то странное.

«Мельбес...»

Когда я туда вступал, расчёт был простой.

Мне, новому дворянину, требовалась опора. А положение Мельбеса позволяло получить от них больше всего помощи. Так и вышло: своё я получил сполна.

Только теперь всё стало немного иначе.

«Похоже, они превратились в моё слабое место».

Не то чтобы я испытывал к ним какую-то сентиментальную любовь.

Просто мы все были выходцами из иных рас. И теперь мне казалось неправильным бросать их, когда я уже в состоянии помочь.

Тем более они в своё время тоже не оставили меня с пустыми руками.

«На следующее собрание надо сходить».

Пока я об этом думал, обед закончился.

Начался третий урок.

Кстати, на этот раз церемонию вёл не герцог Кеалунус, а граф Альминус.

Потому что третьим пунктом шла официальная церемония вступления канцлера в должность.

Зевок

После обеда меня разморило. Я почти всё проспал и очнулся уже к концу.

Новый канцлер снова поднялся на трибуну.

Начинался четвёртый, последний пункт сегодняшней программы.

— Эта война подарила нам множество новых героев. Но даже среди них нашёлся человек, чьи заслуги сияют ярче звёзд.

Убийство Собирателя Трупов.

Бой с Мистическим Оком.

И, наконец, уничтожение того, кого объявили главным вдохновителем мятежа, — маркиза Терсериона.

Кеалунус долго, подробно и с удовольствием перечислял мои подвиги. Я ждал за сценой, а когда подошло время, поднялся на помост.

Церемонию повышения я уже проходил, но в прошлый раз всё выглядело куда торжественнее.

Теперь обряд был короче.

И логично. Тогда я из баронета становился бароном и впервые входил в число примерно тысячи официальных дворянских домов Рафдонии. По сути, это было почти посвящение, а не обычное повышение.

— ...Чего ждёшь? Бери ларец.

А. Точно.

Я опять задумался не вовремя.

Вспомнив выученный порядок, принял ларец, опустился на одно колено и поднял его перед собой.

Шорох

Герцог снял с крышки тёмно-синюю ткань и накрыл ларец голубой.

На этом, собственно, всё.

После обряда мне предложили сказать несколько слов.

О таком заранее не предупреждали, но проблем я не видел.

Кеалунус смотрел с явным ожиданием, будто надеялся услышать в свой адрес особенно красивую благодарность.

«И чего он ждёт от варвара?»

Я благополучно проигнорировал его взгляд.

Перед несколькими тысячами людей варварскому воину полагалось сказать только одно.

— БЕХЕЛ-ЛА-А-А-А-А-А-А-А!!!

Крик прокатился по залу.

И неожиданно почти никто не отреагировал.

Точнее, всем было всё равно.

— Опять за своё.

— Я ещё в тот момент, когда ему предложили выступить, понял, чем всё закончится.

— Привыкли уже.

Никто не цокал языком. Никто не возмущался, что дикарь не знает приличий.

И почему-то от этого стало чуть-чуть обидно.

Странно.

Но разбираться в собственной обиде мне не хотелось.

— Если закончил, можешь спускаться.

— Хорошо.

Вот так барон Яндель стал виконтом Янделем.

「Показатель славы персонажа повышен на 10.」

「Показатель славы персонажа повышен на 10.」

「Показатель славы персонажа повышен на 10.」

「Показатель славы персонажа повышен на 10...」

「...」

Титул изменился, а моя жизнь — почти нет.

Между бароном и виконтом разница в основном сводилась к правам дворянского дома: например, к разрешённой численности личных войск и другим подобным привилегиям.

У дома Яндель никаких личных войск всё равно не было.

Так что я просто стал чуточку почётнее.

«Может, титул графа или маркиза уже что-то меняет?»

Скорее всего.

Я слышал, что у графов уже заметно больше прав и возможностей. Хотя даже новый титул вряд ли перевернул бы мой быт.

Максимум я смог бы собрать вокруг себя собственную дворянскую фракцию примерно уровня Мельбеса.

«Ладно. Дел по горло и без этого».

После церемонии я быстро вернулся к обычной жизни.

Сходил на собрание Мельбеса.

Пообедал с герцогом Кеалунусом и обсудил с ним разные дела.

Теперь, став канцлером, он особенно хотел сохранить со мной хорошие отношения. Я не возражал.

Дружить с канцлером полезно: у такого человека раньше всех появляются сведения, которые простым смертным никто не рассказывает.

Например, точная дата открытия Лабиринта, ещё не объявленная даже Гильдии.

Или число исследователей, которым разрешат войти.

Список участвующих кланов.

Планы Королевского Дома отправить внутрь собственных людей.

Кеалунус делился всем этим без особых уговоров.

Понятно, зачем: хотел расположить меня к себе.

Пусть хочет.

— Почти все повреждения в святилище уже устранены. Со следующего месяца воинов начнут направлять на восстановительные работы в седьмой и восьмой районы.

Как и раньше, всеми внутренними делами святилища занималась Шавин Эмюэр.

Даже слишком усердно.

В последнее время она работала больше, чем до войны.

— Шавин Эмюэр... ты вообще спишь нормально?

— Не беспокойтесь. Под утро мне иногда удаётся уснуть.

— ...

Смотреть, как она загоняет себя, было тяжело.

Но и просто отобрать у неё работу казалось не лучшим решением.

«Наверное, со временем станет легче».

Зато благодаря её почти безумной работоспособности мне вообще не приходилось лезть во внутреннее управление.

Всё оставшееся время я отдал подготовке к Лабиринту.

Подробно расписал маршрут.

Снова и снова собирал людей, чтобы команды сработались и привыкли действовать вместе.

Дни пролетали один за другим.

А потом...

— Охренеть. Сколько же времени прошло с моего последнего похода в Лабиринт.

Нужный день наконец настал.