Один из людей Ноарка подошёл к телеге и потребовал показать груз.

На усердного солдата, честно выполняющего приказ, он не походил. Дело было даже не в неприятной роже — по голосу сразу чувствовалось, зачем он остановил Ротмиллера.

— Ты чего молчишь? Там что, ценности какие-то?

Ротмиллер окончательно понял: обыск этого человека интересует меньше всего. Он просто увидел возможность поживиться.

— Еда там. Больше ничего.

Ротмиллер надеялся, что после такого ответа тот потеряет интерес и отстанет.

Вместо этого мужчина широко ухмыльнулся.

— Еда? Ты хоть врать нормально научись, приятель. Мы тут все, между прочим, выживаем как можем. Чего жадничаешь?

— Чего ты хочешь?

— Да ничего особенного. Поделись немного. Свои же люди, вместе мучаемся. Ну?

Ротмиллер мысленно выругался.

Вот же угораздило нарваться именно на такого ублюдка.

Хотя... может, наоборот, повезло?

«Если ему нужны только деньги, можно отделаться без драки».

Решив так, Ротмиллер полез в [Сокровищницу] и достал несколько вещей, которые легко было продать за хорошие деньги.

— Это всё, что я готов отдать. Забирай и разойдёмся.

В другое время он бы счёл такую потерю серьёзной. Сейчас ему даже не было жаль.

Если за несколько дорогих безделушек можно спасти Бьорна Янделя, цена смешная.

Но у этого решения оказался один изъян.

— Ого. А вещи-то недешёвые.

Ротмиллер уже давно ушёл из исследователей. Он жил себе спокойно в священной земле варваров, обучал молодых воинов работе проводника и успел забыть простую истину.

Аппетит приходит во время еды.

И зверьё, которое умеет разговаривать, среди людей тоже встречается.

— Знаешь, приятель... я тут подумал.

Покажешь слабость — вцепятся в горло.

— Маловато будет.

Теперь в голосе вымогателя звучали неприкрытая жадность и уверенность.

Причина была очевидна.

Ротмиллер отдал ценности после нескольких фраз — значит, его можно давить дальше.

А в голове этого типа наверняка уже родилась другая мысль: раз человек так легко расстаётся с дорогими вещами, значит, в телеге спрятано нечто ещё ценнее.

— Что же ты там такое везёшь, раз даже это отдал? Дай-ка гляну.

— ...

— Оглох? Я сказал: покажи, что внутри.

Вначале мужчина держался на расстоянии, будто прощупывал почву. Теперь он подошёл вплотную и уже не скрывал, что при необходимости сам сорвёт покрывало и обыщет телегу.

— Тебе непременно нужно туда заглянуть?

— А если нужно?

Тот улыбнулся ещё наглее.

Ротмиллер подавил тяжёлый вздох.

«Ну вот и всё...»

Значит, по-хорошему не получится.

Он колебался всего мгновение, затем кивнул.

— Ладно. Смотри. Только я уже сказал: там и правда только еда.

— Да пиздишь ты. За идиота меня держишь? Наверняка просто хорошо запрятал.

Мужчина усмехнулся и шагнул к телеге.

Пальцы уже потянулись к ткани.

Вжух!

Короткий кинжал из [Сокровищницы] вошёл ему глубоко в шею.

— ...А?

Он ещё несколько секунд смотрел на Ротмиллера так, словно не понимал, что именно случилось. Потом ноги подогнулись, и тело рухнуло на землю.

Ротмиллер медленно огляделся.

Тук!

Теперь на него смотрели все, кто находился поблизости.

Ссора и без того привлекла внимание. А уж когда один человек посреди улицы перерезал другому глотку, не заметить это было трудно.

Однако теперь Ротмиллер понял то, о чём раньше только слышал.

Вот как на самом деле устроен Ноарк.

Ни в одном взгляде не было подозрения.

Никто не ужаснулся убийству. Никто не испугался.

В глазах окружающих не было ничего, кроме голой жадности.

И тогда Ротмиллер сам заорал на них:

— Чего, блядь, уставились?

Никто не ответил.

— Жить надоело? Не суйте нос в чужие дела и занимайтесь своими!

Он орал только затем, чтобы не показаться слабым.

Но взгляды всё равно не отлипали.

Хлюп!

Ротмиллер выдернул кинжал из шеи мертвеца.

«Сука. Сука. Сука. Сука...»

Продолжая ругаться про себя, он схватил труп за волосы и начал пилить шею лезвием.

Шорк. Шорк.

Сначала поддалось мясо. С костью пришлось возиться дольше.

Наконец голова отделилась от тела.

Слева на телеге торчал металлический штырь. Ротмиллер насадил на него голову одним резким движением.

Хрясь!

Потом снова посмотрел на окружающих.

— Ну? Кто хочет занять место справа?

Только после этого люди Ноарка отвернулись и вернулись к своим делам.

Др-р-р. Др-р-р.

Телега снова покатилась вперёд.

На этот раз чуть быстрее.

Др-р-р. Др-р-р.

И пока она ехала по улице, Ротмиллер наконец понял, зачем гоблины и орки обвешиваются костями.

Человеку такие украшения кажутся мерзкими.

Зато в варварской практичности им не откажешь.

Вот, например, сейчас.

— Это ещё что за псих?

— Куда он телегу тащит? Может, спросим?

— Да ну его. По роже видно — ебанутый.

Встречные предпочитали не связываться.

И ни одному не пришло в голову, что в телеге, которая открыто едет по улице с отрубленной головой на шесте, лежит тот самый Бьорн Яндель, которого они ищут всем районом.

Др-р-р. Др-р-р.

Скорость прибавилась совсем немного, но стена впереди уже заметно приблизилась.

Именно тогда телега снова остановилась.

— Ты кто такой? Вроде не ценитель подобных украшений, но вид у тебя занятный.

Дорогу перегородил маг с посохом.

На отрубленную голову он даже не посмотрел.

Его интересовало другое.

— Любопытно... что же ты так старательно прячешь, раз ради этого устроил такой милый спектакль?

В следующую секунду навстречу ударил сильный ветер.

Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш!

Ткань на телеге взметнулась под порывом ветра и открыла спрятанный груз.

Скрывать его больше было невозможно.

Вот уж действительно не повезло.

— Бьорн Яндель!...

— Это Бьорн Яндель!!!

В этом городе не осталось человека, который не знал бы его лица.

Свен Парав выбрался из восточного отделения благодаря совершенно неожиданной помощи медведицы(?) и оказался на улице.

А затем...

БА-БАХ!

Он разрушил колодец, соединённый с тайным ходом, и тем самым отрезал погоню.

У колодца его уже ждали.

— Парав!...

Лирис Мароне со слезами бросилась ему на шею. Рядом толпились спасённые беженцы, благодарившие его один за другим, и та самая медведица.

А ещё...

— Ха-ха! Рад знакомству. Кажется, мы впервые видимся? Хикурод Мурад. Можно сказать, твой старший товарищ.

Дворф протянул ему широкую ладонь.

— Старший товарищ?.. — не понял Свен.

— А! Господин Мурад раньше был спутником Янделя, — объяснила Мароне.

Свен кивнул.

Теперь он вспомнил. О таком человеке ему рассказывали.

— Точно! Вы ушли из Лабиринта и стали кузнецом...

— Верно! Правда, сейчас есть неплохой шанс лишиться всего хозяйства разом! Ха-ха-ха!

— Очень рад наконец познакомиться. Но как вы здесь оказались?

— Из-за вон того бедолаги. Собрался один искать жену, а сам в двух улицах заблудится. Куда такого отпускать?

Дворф кивнул в сторону мужа медведицы.

Только тогда Свен смог представиться и ему.

— Абман Урикфрид.

— А!... Я слышал о вас. Свен Парав.

— Ещё раз скажу: спасибо. Мне рассказали, что ты спас мою жену и ребёнка.

— Я... просто сделал то, что должен был.

— Может, и так. Но благодарность от этого меньше не становится. Если когда-нибудь попадёшь в беду — неважно, из-за нынешнего дела или по любой другой причине, — скажи мне. Брошу всё и приду помочь.

По голосу было ясно: он не говорит из вежливости.

И всё же у Свена осталось странное чувство.

Вот ведь как переплетаются чужие дороги.

Женщина, которую он тогда спас, оказалась женой бывшего товарища Янделя.

А если подумать ещё немного, именно решение помочь ей в итоге спасло жизнь и самому Свену.

— Господин Урикфрид и господин Мурад раньше были в одной команде? — спросила Мароне.

Дворф рассмеялся и ответил за обоих:

— Нет, что ты. Просто я начал ходить в Лабиринт раньше него.

— Правда? Вы так хорошо ладите, что я решила...

— Просто однажды познакомились и быстро сошлись. У обоих своё дело, выпить оба любим... ну и Яндель у нас общий знакомый.

— А-а, понятно. Я уже подумала, что ошиблась и вы действительно ходили в Лабиринт вместе.

Значит, вот какая у них была история.

Впрочем, ничего удивительного.

Сегодня они сами встретились только потому, что каждый был связан с Янделем.

— А кто тогда был в вашей старой команде? Я слышала про Янделя, про Карлштайн и про того мага... Но, кажется, ещё кого-то не знаю.

— Браун Ротмиллер. Он был нашим проводником. Можно сказать, твой прямой предшественник, — сказал Мурад, обращаясь к Свену. — Насколько я слышал, сейчас живёт в священной земле и учит молодых воинов работе проводника.

— Вот как.

— Мы оба вечно заняты и уже чёрт знает сколько лет не виделись. Если всё это благополучно закончится, надо будет самому к нему съездить. Выпьем как следует.

Дворф улыбнулся, и во взгляде у него была тихая тоска по старому времени.

Ш-ш-ш-ш-ш-ш!

Порыв ветра сорвал ткань с телеги.

После этого всё стало предельно просто.

На несколько секунд повисла тишина. Замер даже маг, который только что с мальчишеской усмешкой сорвал покрывало с чужой телеги.

А затем время будто снова пошло.

— Бьорн Яндель!...

— Бьорн Яндель!!!

Крики понеслись по улице.

Ротмиллер не запаниковал.

На миг у него и правда всё вылетело из головы, но он быстро заставил себя думать.

Четвёртый район занят Ноарком.

Однако стена между районом и столицей остаётся за Королевским Домом. Части Ноарка держат линию на некотором расстоянии от укреплений.

К тому же фронт здесь не особенно широк, если не считать участка у ворот.

«Если прорваться хотя бы через эту линию...»

Тогда шансы появятся.

Солдаты Рафдонии наверняка уже видят происходящее со стены. Откроют ворота, вышлют помощь — что-нибудь сделают, чтобы забрать Янделя.

Значит...

— Прости.

Ротмиллер коротко извинился.

Тк!

И вогнал наконечник стрелы в круп лошади.

И-го-го-о-о!

Животное рвануло с места от резкой боли.

Маг, до того застывший при виде Янделя, едва успел отскочить и покатился по земле. На несколько секунд дорога оказалась свободной.

Вероятность того, что лошадь протаранит толпу и доберётся до стены, оставалась ничтожной.

Но...

«Не нулевая».

За годы среди варваров Ротмиллер усвоил одну простую вещь.

Нет ничего глупее, чем сдаться, даже не попробовав.

Лучше потерпеть неудачу, чем отказаться заранее.

Особенно когда терять уже нечего.

Тук!

— Да! Бехел-ла-а-а-а-а-а!!!

Впервые в жизни Ротмиллер сам выкрикнул боевой клич, который за последние годы успел услышать до тошноты.

И в тот же миг откуда-то донёсся ответ.

— Бехел-ла-а-а-а-а-а-а-а!!!

Только это был уже настоящий боевой клич.

Ротмиллер прожил среди варваров достаточно долго и слышал тысячи голосов. Этот он узнал сразу.

«Погоди... этот голос...»

Айнар?..