Дядька Дракон, глава драконидов.

Глава рода Карлштайн, представлявший зверолюдей.

Этих двоих я уже знал. Остальных видел впервые, но понять, кто есть кто, можно было и без представлений.

— Ха-ха! Вот уж не думал, что познакомимся только сейчас. Титана много о тебе рассказывала! Говорит, ты здорово её выручил.

— Да какое там. Это я у Акуравы в долгу.

— Ха-ха! А ты, оказывается, скромнее, чем о тебе говорят!

Передо мной был Думока дворфов — Малаку Изор.

К слову, «Думока» на древнем языке означало «молот, выносящий приговор». По сути, это просто их название должности вождя.

«А этот старик, кажется, никогда не был исследователем».

Одна из примечательных особенностей Малаку Изора.

Если смотреть на нынешних глав народов и на старые хроники, почти все они в прошлом были исследователями. А этот поднялся на вершину исключительно благодаря доверию своих соплеменников.

«Впрочем, дело явно не только в доверии. Скорее уж он от природы охуенный политик».

В этом мире вообще опаснее всего недооценивать людей, которые кажутся безобидными и приятными.

Если человек умеет защищать себя, не срываясь на крик и не показывая раздражения, значит, зубы у него есть.

В отличие, например, от этого колючего фейри.

— Бьорн, сын Янделя. Из-за вашего отсутствия эту встречу пришлось переносить уже несколько раз.

— И?

— Я хотел бы услышать, почему сегодня вы всё-таки опоздали.

— А, это? Я приехал слишком рано, пошёл поесть неподалёку и засиделся.

— ...Поесть?

— А что? Ты не ешь?

Представитель фейри лишился дара речи от такой наглости.

Хотя «представитель» — это я по привычке. У них ведь глава называется не вождём, а Рагсианом. Кажется.

«Если подумать, у всех остальных есть какие-то солидные названия должностей».

Почему только у варваров всё предельно просто — «вождь племени»?

На секунду я действительно задумался.

Потом решил, что вопрос не стоит того.

И, как ни странно, именно поэтому ответ вдруг стал очевиден.

«...А. Вот почему у нас эта должность до сих пор называется просто вождём».

А на хрена менять?

«Вождь» — и так всё ясно.

— Та девочка...

Когда мне уже показалось, что мы закончили мериться характерами, красивый до неприличия представитель фейри снова заговорил.

— С ней всё хорошо?..

— Ты об Эрвен?

— А о ком ещё?

Вот ведь. Лицо доброжелательное, а голос режет, как нож.

— С Эрвен всё нормально. Живёт у нас на Священной земле, можешь не волноваться.

Всё-таки он был старшим из её рода, поэтому на этот раз я ответил без подколов.

Но следом он выдал ещё более странный вопрос.

— Вместе с другими вашими женщинами?

— С какими ещё женщинами?..

Я переспросил, не понимая, к чему он ведёт.

Ответ ясности не добавил.

— Она особенная даже среди нашего народа. И не только потому, что она наследница чистой крови. Её любят и берегут все наши.

— ...И?

— Если из-за вас она заплачет, будьте готовы отвечать за это.

Сказано было так, будто ради Эрвен он не побоится снова развязать войну, подобную прежней.

Но меня это не задело.

Если бы он угрожал мне по другой причине — другое дело.

А тут человек защищал Эрвен. Было бы совсем тупо лезть в драку из-за такой фразы.

— Не заплачет. Не переживай.

— ...Тогда этого достаточно. Позаботьтесь о ней.

И только теперь до меня дошло: похоже, он с самого начала был особенно холоден именно из-за Эрвен.

Не потому, что я варвар.

«Если бы он варваров на дух не переносил, вряд ли попросил бы меня заботиться о ней».

Когда этот разговор закончился, оставался последний участник — представитель людей.

— Кстати...

Я уже давно ломал голову, но так и не мог вспомнить, кто этот мужик.

Поэтому решил не мудрить и спросил по-варварски, без тормозов:

— Ты вообще кто?

Для совета глав народов вопрос получился охуеть каким невежливым.

Но представитель людей лишь спокойно улыбнулся.

— Виконт Максиленд. Мне выпала честь представлять людей на сегодняшней встрече.

Максиленд.

Это имя я помнил.

Он входил во фракцию канцлера и считался одним из людей маркиза — не правой рукой, конечно, скорее уж левой.

— А, вот как. Лично мы раньше не встречались, поэтому не узнал.

— Вообще-то встречались на церемонии повышения вашего титула...

— Там у меня голова шла кругом.

— Понимаю. Ничего страшного.

Теперь, когда я понял, кто он, стало ясно и другое: почему остальные почти не обращали внимания на человеческого представителя.

«Послание прозрачнее некуда».

Люди намеренно прислали не самого влиятельного вельможу.

Посыл был очевиден: они не собирались перетягивать встречу на себя. Послушают, что решат остальные, и спокойно уйдут.

Сам Максиленд, судя по всему, прекрасно понимал свою роль и действительно сидел тихо, не пытаясь вмешиваться.

— Что ж, теперь все на месте. Может, начнём?

Так и открылось моё первое собрание глав народов.

Честно говоря, я представлял его совсем иначе.

Думал, на обсуждение вынесут серьёзный вопрос, и мы начнём разбирать его по существу.

Или будем обсуждать положение в мире и принимать важные решения.

Или хотя бы услышу тайны, о которых обычным людям знать не положено.

Ничего подобного.

Пусть встреча только началась, но пока она больше всего напоминала место, где главы народов вежливыми словами высказывали друг другу накопившиеся претензии и ругались.

Примерно так:

— Я слышал, дворфы начали скупать землю у Древа Гномов. Вы решили заняться ещё и земледелием?

— А что? Для покупки земли теперь требуется разрешение фейри?

— Тогда, полагаю, наш народ и зверолюди тоже могут заняться металлургией?

К слову, во всех этих мелких территориальных склоках варвары оставались сторонними наблюдателями.

У нас в городе просто не было собственной территории.

А если делить нечего, то и драться за границы не приходится.

— Ха... Успокойтесь. На ваши владения я не претендую. Нам понадобилось расширить кузницы у Древа Гномов, вот и пришлось купить соседнюю землю.

Некоторые недоразумения удавалось уладить несколькими фразами.

Но не все.

— Если уж говорить о границах дозволенного, не зверолюди ли их недавно перешли?

— И что именно мы, по-вашему, сделали?

— О-хо! Значит, слух о том, что племя Чёрного Медведя приютило того предателя, — неправда?

Карлштайн промолчал.

По ходу разговора выяснилось, что один дворфийский мастер совершил преступление, был изгнан своим народом, а зверолюди приняли его к себе.

— Я понимаю ваше недовольство, Думока, но вмешиваться в судьбу каждого отдельного человека мы тоже не можем. Насколько я слышал, у представителей племени Чёрного Медведя перед ним старый долг.

— Ха-ха. То есть они просто из милосердия дали приют человеку, которому некуда идти? И вовсе не собираются выведать у него наши ремесленные секреты?

Вот так и выглядит вежливая шпилька.

— Глава Карлштайн, хватит нести чушь. Выгоните этого ублюдка, и на этом закончим.

Глава дворфов давил одним взглядом, но Карлштайн даже не моргнул.

— А если я откажусь?

— Тогда ничего не поделаешь. Нам тоже придётся ответить так, как мы сочтём нужным.

Повисла тяжёлая пауза.

Ни одна сторона не собиралась уступать.

В таких случаях вмешивались те, кого спор напрямую не касался.

— Даже если не учитывать возможную утечку ремесленных знаний, принимать у себя человека, которого официально изгнал другой народ, всё-таки неправильно. В этом вопросе я встану на сторону Думока.

— Я тоже.

Дело дошло до голосования. Большинство решило, что зверолюди должны снова изгнать дворфа.

Я, к слову, воздержался.

Какое мне дело до какого-то дворфа-преступника, о котором я впервые слышу?

«Скукотища. Обсуждают вещи, в которых разбираются только они сами».

Встреча продолжалась, и мне становилось всё тоскливее.

Я уже откровенно подпирал голову рукой и почти задремал, когда тема разговора неожиданно перескочила на меня.

— А что скажет вождь варваров?

— ...А?

— Насколько я слышал, в последнее время вы заинтересовались строительством. Раз уж мы собрались, было бы интересно услышать об этом подробнее.

А-а.

Этот старик сейчас не интересуется. Он меня прощупывает.

— Кстати, мне и самому любопытно, — вмешался дядька Дракон.

А вот он, похоже, действительно просто любопытный.

— Говорят, Священная земля сильно изменилась?

— Да. Прилично. Не можем же мы вечно жить как дикари.

— Раз уж вы пришли к такой мысли, может, начнёте с манеры разговаривать?

— Не могу. Традиция.

Да и зачем менять настолько удобную вещь?

Почти со всеми, кроме короля, можно говорить без всяких церемоний. Настоящий чит-код культуры.

В общем, я вкратце рассказал, как изменилась Священная земля после появления нормальных зданий.

Дядька Дракон выслушал с явным удивлением.

— По одному рассказу всё равно трудно это представить. Поразительно, что за столь короткий срок вы добились такого прогресса.

— Короткий?.. А когда ты был там в последний раз?

— Лет двадцать назад, наверное.

Вот теперь я окончательно понял, насколько иначе дракониды воспринимают время.

Я как раз собирался свернуть тему Священной земли, когда глава дворфов весело рассмеялся:

— Ха-ха! Как мастер я могу только радоваться, что варвары начали осваивать строительство. Слышал, ваш народ хочет участвовать и в новом королевском заказе. Это правда?

— Пока ничего не решено.

— Вот как.

Я невесело усмехнулся.

О заказе говорили всего несколько дней назад на собрании Мельбеса.

Не знаю, то ли у этих людей разведка работает как часы, то ли среди наших кто-то не умеет держать язык за зубами.

«Да у нас, блядь, вообще ничего в тайне не держится».

Впрочем, удивляться не стоило.

Мельбес — союз домов иных рас.

Почти всё, что там обсуждают, так или иначе доходит до глав соответствующих народов.

Но следующее меня всё-таки застало врасплох.

— Кстати... я слышал, ты собираешься жениться?

Дядька Дракон спросил как бы между прочим.

Я едва заметно дёрнулся и быстро обвёл всех взглядом.

И охуел: в курсе, похоже, были вообще все.

— А, вы об этом? Да, слышал, глава Мельбеса едва ли не силой заставляет вас наконец жениться.

— Пора бы. В его возрасте у многих уже трое детей.

...Какого хрена?

Откуда они знают даже это?

Глава Мельбеса вроде не похож на человека, который бегает по городу и всем пересказывает наши разговоры.

«Вот же страшные суки...»

По спине пробежал холодок, но внешне я постарался не подать вида.

Пока я носил маску Льва, я усвоил одно полезное правило.

Лучше выглядеть опасным, чем безобидным.

Да.

Обычно это работало.

— Если подходящей женщины у тебя нет, как насчёт одной из моих дочерей?

После этих слов дядьки Дракона лицо у меня всё-таки поплыло.

Если бы в тот момент я пил воду, точно бы подавился или всё выплюнул.

— ...Дочерей?

— А. Я не уточнил, старшую или младшую.

Э-э...

Я вообще не это имел в виду.

— Впрочем, если речь о тебе, меня устроит любая...

— Как это — любая?!

Представитель фейри внезапно нахмурился и повысил голос.

Дядька Дракон тут же начал оправдываться:

— А-а, прозвучало двусмысленно. Я предложил это только потому, что парень мне нравится. Я вовсе не пытаюсь устроить политический брак и породнить наши народы...

— Я не об этом.

— ...А?

— Первородный Дракон уже забыл обещание, которое Бьорн, сын Янделя, только что дал мне?

— Обещание? Разве было что-то такое?

— Я попросил его не доводить ту девочку до слёз. Он согласился. Более того, прямо сказал мне не беспокоиться.

— Э-э... Да, вроде так и было. Но какое это имеет отношение к моему предложению?

Дядька Дракон склонил голову набок. Судя по лицу, он и правда не понимал.

И тут в разговор внезапно вмешался третий человек.

— По-моему, вы все кое-чего не понимаете.

— Моя дочь уже состоит с этим человеком в очень близких отношениях.

Это был отец Миши.

— Верно... Такие слухи действительно ходили.

— ...Ну? Он говорит правду?

Представитель фейри и дядька Дракон одновременно посмотрели на меня.

Во рту вдруг пересохло.

Я потянулся к стакану воды на столе, взял его в руку... и поставил обратно.

Так и промолчал.

Почему-то казалось, что даже от одного глотка я сейчас подавлюсь.