Время продолжало отматываться назад, пока наконец не остановилось на одном моменте.

— Не могли бы вы войти первым?

Точно.

Джером только что попросил меня возглавить спуск.

И дальше я увидел собственный ответ.

— Хорошо. Но тогда дайте мне право выбрать до четырёх предметов из второй партии найденных ценностей.

— Четыре?.. Согласен. Для барона такой платы не жалко.

Мы быстро сторговались, и я без дальнейших сомнений полез под дерево вслед за старостой.

Я смотрел на себя со стороны и вообще не понимал увиденного.

Вот так просто?

В такой ситуации я даже не насторожился и полез неизвестно куда?

Реатлас тут же объяснила:

[Это судьба, которую я показала тому ребёнку. В этой линии вы не получили откровения. Поэтому ничто не заставило вас заподозрить неладное, и вы спокойно спустились вниз.]

«А-а...»

Тогда всё сходилось.

Именно пророчество заставило меня так болезненно реагировать на каждую мелочь в поведении Джерома. Я заранее знал, что случится какая-то дрянь, поэтому наблюдал за всем вокруг почти с параноидальной внимательностью.

Без предупреждения я действительно мог ничего не заметить.

Вжух!

Едва моё второе «я» скрылось под корнями, мир погас. В следующую секунду передо мной уже была другая сцена, словно кто-то моргнул вместо меня.

[Времени мало. Покажу только главное.]

Теперь мы находились в пещере.

В центре стояла каменная портальная стела. Я лежал рядом без сознания, а староста склонился надо мной и проводил какой-то непонятный обряд.

[Это тайное помещение под тем подвалом, куда вы уже однажды спускались. Оказавшись в деревне, вы долго сражались с несколькими сотнями противников и ждали подкрепления. Никто не пришёл. Когда силы закончились, вас схватили и принесли сюда.]

Значит, под подвалом, набитым трупами, скрывалось ещё одно помещение.

«Вот уж не подумал бы...»

В прошлый раз там было не до тщательного осмотра.

«И что они со мной сейчас сделают?»

[Смотрите. Осталось недолго.]

Время ускорилось.

Сначала вдвое. Потом втрое. Вчетверо.

События проматывались, как видеозапись на повышенной скорости.

Когда течение времени вернулось к нормальному, из тела старосты уже валил чёрный дым.

Ш-ш-ш-ш-ш!

Он тянулся ко мне тонкими потоками и постепенно впитывался в моё тело.

Через несколько мгновений староста обмяк и рухнул на пол.

А затем...

Шурх.

Моё лежавшее без сознания тело открыло глаза.

«Я» поднялся, несколько раз сжал и разжал пальцы, будто привыкая к новой оболочке. После чего произнёс совершенно чужим голосом:

— Наконец-то...

Сцена снова сменилась.

Теперь вокруг была не деревня, а тёмная середина острова, погружённая в густой мрак Лабиринта.

«Я» стоял напротив Джерома Сентреда.

— Теперь отдайте «это», как и обещали.

— ...

— Что, передумали? Советую сразу выбросить эту мысль из головы. Если вы не откажетесь от вещи, даже выбравшись наружу, нормально жить в этом теле не сможете.

— Да... Королевскому Дому хватит сил, чтобы устроить мне такую жизнь.

— Раз понимаете, тогда скорее...

— Значит, будет надёжнее сделать так, чтобы Королевский Дом вообще ничего не узнал.

— Что? Вы ведь не собираетесь...

— Мёртвые не разговаривают.

На этом разговор оборвался.

Мир мигнул ещё раз — и мне в лицо будто брызнула кровь.

— А-а-а-а-а!

Куда ни посмотри — повсюду шёл бой.

Экспедиционный корпус оказался окружён несколькими сотнями чудовищ. Наши отчаянно сопротивлялись, но строй понемногу ломался, люди отступали.

И всё из-за старосты, завладевшего моим телом.

— О-он... настолько силён?..

— Барон! Убейте барона Янделя!

Старосте не требовалось никого защищать.

Ему было плевать, сколько его чудовищ погибнет.

А варварское тело, которое я годами развивал именно ради того, чтобы прикрывать товарищей, в его руках превратилось в таран. Он прорывал строй, давил людей и шёл дальше, не обращая внимания на последствия.

Не знаю, сколько продолжалась бойня.

В какой-то момент исход уже стал очевиден.

И тогда...

— Кх!

Моё тело внезапно застыло.

До этого оно ворвалось в задние ряды магического корпуса и уже занесло молот над головой очередного мага.

— Рей... вен...

Чудом уцелевшая Рейвен смотрела снизу вверх, не скрывая ужаса. Она попятилась по земле, отталкиваясь ладонями.

Я увидел, как «я» рывками, будто с трудом управляя собственными руками, отбросил молот далеко в сторону.

Бах!

Следом на землю полетел щит.

Потом «я» расстегнул доспех, закрывавший верх тела.

Амелия стояла неподалёку и всё ещё держала оружие наготове. Судя по всему, во время боя её выпустили из-под стражи, и она вместе с остальными сумела выбраться.

— Ты... вернулся?

Ответ был коротким.

— Эмили... убей меня...

Амелия не двинулась.

Не ответила ни словом.

Клинок, который она спокойно держала перед любым врагом, теперь заметно дрожал.

И тут вперёд вышел Джером.

— Если вы не можете, отойдите!

Он обнажил меч.

«Я» долго смотрел на него, потом вдруг тихо усмехнулся.

Что именно в тот миг пронеслось у меня в голове, со стороны я понять не мог.

Но «я» закрыл глаза и опустил голову.

А потом...

— Нет!...

— Такова его воля!...

Амелия до крови прикусила губу и удержала рванувшуюся вперёд Эрвен.

Шр-р-к!

Меч Джерома, окутанный аурой, врезался мне в шею.

Одного удара не хватило.

Пришлось бить снова.

Шр-к! Шр-к! Шр-к! Шр-р-к!

Клинок опускался раз за разом, будто топор рубил толстое дерево.

На поляне стало неестественно тихо.

И в этой тишине вдруг раздался чей-то сорванный голос:

— Нет, нет, нет, нет...

Кто-то из товарищей подбежал к моему телу и начал лить на него зелья.

Разумеется, без толку.

Зелья не умеют воскрешать мёртвых персонажей.

— Ты!... Если бы не ты!...

— Успокойся, Терсия.

— В-вы это видели и собираетесь просто оставить всё как есть?!

— Если потеряешь голову, врагов не убьёшь.

— ...

— Остынь. Думай только о том, как отомстить за Янделя.

Люди из клана «Анабада» собрались вместе и подняли оружие против обескровленного экспедиционного корпуса.

Джером попытался их остановить.

— Подумайте разумно. Без нас вы справитесь с теми чудовищами?

Никто его уже не слушал.

Хуже того — солдаты самого корпуса начали выходить из строя.

— Барон... был героем. Даже в последний момент он пытался спасти нас...

— Мы выбросили такого человека, как ненужную тряпку, и получили вот это. И кто ещё скажет, что всё ради Королевского Дома?!

Меланд Кайслан поднял меч.

— Я, Меланд Кайслан, обнажаю клинок во имя справедливости, в которую верю! Кто разделяет её со мной — становитесь за моей спиной!

— Изменники! Рубите изменников!...

Ситуация уже неслась прямиком к новой бойне, когда Реатлас снова заговорила.

[Не туда. Посмотрите в другую сторону.]

Я последовал её подсказке.

Среди всей этой суматохи кто-то один будто вообще не замечал происходящего и тихо двигался к моему телу.

«Миша?..»

Миша Карлштайн присела возле трупа и достала что-то из-за пазухи.

Ш-а-а-а-а!

Сам предмет я видел впервые.

Но стоило ей приложить его к моему телу, как появился настолько характерный эффект, что я сразу всё понял.

Откуда такая вещь взялась у Миши — другой вопрос.

«Это же...»

Камень воскрешения.

Камень воскрешения.

Предмет с совершенно безумным свойством — вернуть мёртвого к жизни.

Условия получения были настолько чудовищными, что даже мне за девять лет удалось достать его лишь однажды.

«Почему он у неё?..»

Ответ нашёлся почти сразу.

«Ли Бэкхо».

То, что у него есть камень воскрешения, считалось довольно известным фактом. Как именно он умудрился его достать, я понятия не имел.

Но источник теперь был более-менее понятен.

Когда моё тело ожило, показанная сцена снова застыла.

Я обратился к Реатлас:

— Значит, в итоге я всё-таки не умру.

[Да. Вы не умрёте.]

Зачем Ли Бэкхо передал Мише камень воскрешения, я примерно догадывался.

А вот с Богиней, которая в буквальном смысле сидела у меня в голове, ясности не было.

— Реатлас... зачем ты мне помогаешь?

Ответ оказался коротким.

[Потому что такой конец неправильный.]

Интересно, какую именно развязку увидела Богиня судьбы, раз решила вмешаться.

Но расспрашивать я не стал.

Выбить из неё ответ силой всё равно не получится, а проблем передо мной и без того гора.

Например — вот эта.

Вспышка!

Мир снова погас.

Когда вернулся свет, я увидел знакомую пещеру.

Моё настоящее тело лежало возле портальной стелы без сознания.

— Что теперь собираешься показать?

[Ничего. Это не видение. Сейчас вы действительно находитесь здесь.]

...Что?

Я нахмурился, требуя объяснений хотя бы выражением лица.

Реатлас ответила почти виновато:

[Я... не умею останавливать время...]

А-а.

Вот оно что.

Пока я сидел и смотрел будущее как кино, в настоящем мире часы спокойно шли дальше.

[Но ваши товарищи живы. Их лишь задержали...]

Похоже, Богиня решила хотя бы кратко ввести меня в курс дела.

Ситуация оказалась простой.

Когда от меня ударил свет и я потерял сознание, мои спутники растерялись. В этот момент их внезапно обезвредили.

Меня же Джером передал старосте.

— Тогда возвращай меня немедленно! Мне надо выбраться отсюда, пока обряд не закончился!

[Вернуть ваше сознание несложно... Но даже если вы сейчас откроете глаза, все ваши способности будут запечатаны.]

— Что?..

Прекрасно.

То есть пробиться отсюда силой я не смогу.

— И что мне делать в таком состоянии?

Помощь Богини, конечно, была весьма кстати. Но если всё свелось к тому, что я очнулся без сил перед самым захватом тела, положение стало даже хуже.

И всё же я цеплялся за надежду.

Она ведь богиня.

Наверняка не стала бы вмешиваться без плана.

Я даже постарался говорить повежливее.

— Скажи. Как мне теперь действовать?

После короткой паузы прозвучал ответ:

[Я могу показать дорогу. Но проложить её вместо вас не могу.]

— То есть конкретного совета у тебя нет?

На этот раз она молчала довольно долго.

[Я наблюдала за всем вашим путешествием. Поэтому знаю: ваше главное достоинство — не холодный расчёт, не знание того, чего не знают другие, и даже не смелость, с которой вы идёте против любого врага.]

— ...

[Ваша настоящая сила — слова.]

С этим было трудно согласиться.

С тех пор как я проснулся в теле варвара, кулаками и оружием я решал проблемы явно чаще, чем разговорами.

Но Реатлас видела иначе.

[Опытный исследователь и благородный маг должны были погибнуть в тот день в Лабиринте Ларказа. Однако выжили. Потому что своими словами вы выиграли для них время.]

Похоже, она говорила о том случае в Лабиринте Ларказа, когда я поглотил [Сдержанное Желание] и начал торговаться с тем ублюдком по прозвищу Драконоборец.

[Ваши слова обладают силой. Пусть совсем немного, но однажды вы уже изменили ими чужую судьбу. Поэтому...]

Длинное вступление наконец закончилось практическим советом.

И прозвучал он почему-то вопросом.

[Может быть, и в этот раз попробуете... договориться?]

Тук. Тук.

Сердце билось в груди.

Я прислушался к этому ощущению и впервые за всё время по-настоящему почувствовал: жив.

Медленно выровнял дыхание.

— Очнулся.

Вот же глазастая скотина.

Хотя с такими глазищами неудивительно.

Я перестал притворяться, открыл глаза и сел.

Староста наблюдал за мной.

— Лучше бы ты оставался без сознания. И мне проще, и тебе спокойнее.

— Всё равно надо хотя бы попытаться побарахтаться.

Богиня, конечно, выдала мне гениальный совет: решить проблему «словами».

А что ещё делать?

Раз уж она вмешалась ради меня, придётся как-то выжать из её подсказки пользу.

Тем более одна идея появилась почти сразу.

Староста прищурился.

— Ты удивительно спокоен. Ведь даже не должен понимать, где находишься и что происходит.

— По-моему, сейчас как раз ты гораздо хуже понимаешь, что происходит.

Он замолчал и уставился на меня.

Похоже, моя реакция совершенно не укладывалась в ожидаемый сценарий.

А староста был не дурак. Достаточно умён, чтобы понять: что-то пошло не так.

Самое время показать первую карту.

— Староста, остановись. Даже если заберёшь моё тело, до города всё равно не доберёшься.

— Вот оно что. Ты просто решил проклясть меня напоследок...

— Это не проклятие. Я говорю о том, что уже видел.

Пора выкладывать вторую.

— Реатлас показала мне будущее.

Староста задумался всего на несколько секунд и, к моему удивлению, почти сразу поверил.

— Значит, тот серебряный свет и твой обморок... Всё-таки вмешалась она.

По совокупности обстоятельств это объяснение показалось ему самым правдоподобным.

Отлично. Не придётся тратить время на доказательства.

— Рассказывай. Если хочешь меня остановить, скажи, что именно она показала.

Для переговоров правду стоило немного подправить.

— Ты захватываешь моё тело, а потом Джером нападает на тебя. И ты проигрываешь.

— Мои расчёты безупречны. Я не могу проиграть им.

— Значит, расчёты ошибочны. Или ты не учёл, что эти ублюдки ударят исподтишка.

— Он... напал внезапно?

Глаза старосты блеснули в темноте.

Похоже, именно предательство Джерома в его расчёты не входило.

Для меня — отлично.

Я сразу продолжил, не давая ему спокойно всё переосмыслить.

— Я понимаю, зачем тебе чужое тело. Но почему обязательно моё?

— Потому что это надёжный путь. Рано или поздно ты выберешься с этого яруса и вернёшься в город.

— Ты видел это на Камне Записи?

Староста слегка изменился в лице.

— Не ожидал, что ты вообще знаешь о Камнях Записи.

Прямого «да» он не сказал, но ответ был очевиден.

Новая информация сразу породила ещё десяток вопросов.

Не сейчас.

Сначала надо выбраться живым.

— Тогда тебе подходит не только моё тело.

— Зачем мне рисковать без причины? Теперь, когда я знаю о поражении, достаточно изменить план...

Я перебил его.

— Джером Сентред.

Командующий экспедиционным корпусом. Рыцарь Света.

— Как тебе его тело? Да, он постарше меня. Зато граф, прекрасно владеет аурой. Ты ведь и сам рыцарь.

Но это были мелочи.

Главное преимущество лежало в другом.

И именно оно должно было зацепить старосту сильнее всего.

— Если заберёшь тело Джерома, сможешь выбраться из этой проклятой дыры хоть сейчас.

Я выдержал короткую паузу.

— У него есть эссенция Иблуса.

Вот моя ставка.