— Если речь об Иблусе...

— Не беспокойся. Я уже проверил: [Алтарь Еретиков] находится во дворце.

На самом деле это была всего лишь догадка. Правда, настолько уверенная, что ложью свои слова я не считал.

— ...Удивительно.

— Я так и думал. Всё-таки эссенция Иблуса...

— Я не об этом. Меня удивляет, что именно ты сделал такое предложение.

После этого староста надолго замолчал. Повисшая тишина меня вполне устраивала. С того самого мгновения, как я очнулся, события не давали даже собраться с мыслями, а теперь наконец появился шанс спокойно всё разложить по полкам.

«Джером Сентред...»

Что будет, если отдать старосте его тело?

Предложение я сделал с ходу и о последствиях толком не подумал. Но если прикинуть сейчас...

«А ведь неплохо».

То, что староста станет командиром Первого Королевского Рыцарского Ордена, само по себе играло мне на руку. Королевский Дом лишался одного из своих людей, а у меня появлялся тайный союзник на одном из ключевых постов. При необходимости мы могли бы обмениваться сведениями, заключать сделки и помогать друг другу из тени.

Оставалась только моральная сторона вопроса.

«Да пошёл он. Первым меня подставил именно этот мудак».

Не попытайся Джером сдать меня старосте, ничего этого вообще бы не случилось. В другом раскладе мы, возможно, вдвоём прикончили бы старосту. Да и тот, будь он уверен в своих силах, не стал бы ничего выдумывать: просто перебил бы всех и забрал моё тело.

[Оказавшись здесь, я окончательно убедился. Вы и есть тот человек, который несколько десятилетий назад действовал в Ноарке под именем Железной Маски.]

К тому же Джером уже не сомневался, что Железная Маска — это я. Значит, мне всё равно пришлось бы либо придумать убедительное объяснение, либо навсегда заткнуть ему рот. Стоило этой истории дойти до Королевского Дома — и у него появился бы отличный повод держать меня за яйца.

— Хочу спросить тебя об одном.

Именно в этот момент староста снова заговорил.

— Что случилось после того, как я проиграл им?

Ну да. Этого вопроса я и ждал. Он всё ещё не мог знать, насколько правдивы мои слова, и прежде чем принять решение, хотел собрать побольше сведений.

На этот раз я ответил честно.

— Тебя казнят. Лично Джером. Он семь раз ударит тебя мечом, и последним ударом снесёт голову.

— Такого не может...

— А потом один из моих товарищей применит ко мне, уже мёртвому, камень воскрешения.

Именно эту сцену будущего я видел.

— У вас... есть камень воскрешения?

— Хочешь верь, хочешь нет. Это правда.

Староста снова замолчал, обдумывая услышанное. Я не торопил его.

— Если всё так, тогда многое становится понятнее.

— Например?

— Почему ты вообще сделал мне такое предложение. Если, как ты утверждаешь, мой замысел всё равно обречён, твоя готовность искать другой выход вполне объяснима.

Значит, вот что его грызло.

Ловкий, зараза. Впрочем, виду я не подал.

— Как бы там ни было, пока существует камень воскрешения, добиться своего ты не сможешь.

У камня было две особенности. Во-первых, воскресить можно лишь того, кто умер совсем недавно и чьё тело ещё сохранилось. А во-вторых...

— После воскрешения человек теряет память.

Вот это и было главным.

В игре воскрешённый персонаж забывал прошлое, а накопленные показатели отношений и прочие подобные параметры обнулялись. Отвратительная, сука, механика. Я до сих пор помнил, как потратил два таких редких камня, воскресил персонажей — и оба в итоге всё равно ушли из группы.

— Да... это действительно проблема.

К счастью, староста знал свойства камня и без моих лекций.

— Судя по тому, что написано на Камне Записи, когда-нибудь ты покинешь это место. Но если у вас есть такой артефакт, человек, который в итоге выйдет отсюда, может оказаться уже не мной и даже не тобой, а кем-то третьим.

Вот теперь мы добрались до сути.

Староста хотел моё тело прежде всего потому, что считал его гарантией. По записи ему было известно: это тело однажды покинет ярус. Значит, завладев им, он как будто получал стопроцентный билет наружу.

Один-единственный камень воскрешения превращал эту гарантию в хер знает что.

— Ну так что решишь?

Оставалось услышать ответ. Заберёт он моё тело, несмотря на риск? Или предпочтёт Джерома Сентреда и попытается выбраться в город уже в его облике?

Ждать молча было нервно, поэтому я сразу сделал второй вариант привлекательнее.

— Если выберешь Джерома, я помогу тебе его взять.

— Ты совсем не похож на человека, о котором мне рассказывали.

— Понятия не имею, что ты там обо мне выяснял. Но это, между прочим, самооборона. Он первый решил меня продать.

— Тут не поспоришь.

— Так что отвечаешь?

Я сглотнул.

— Отказываюсь.

Блядь.

— Отказываешься?..

Я вообще не понял, какого хрена.

Я только что разжевал ему, почему тело Джерома — куда более разумный выбор. Староста не был человеком, который вдруг поставит чувства выше расчёта. Так с чего такой ответ?

— Почему?

— Из-за тебя.

— ...Чего?

В первый миг ответ показался полным бредом. Но объяснение всё расставило по местам.

— Допустим, я завладею его телом. Ты всё равно будешь знать, кто я на самом деле. Стоит тебе после возвращения открыть рот — и моя новая жизнь мгновенно превратится в кошмар.

Понятно. Он просто хотел убрать свидетеля.

— И что ты предлагаешь?

— Самое надёжное: убить тебя здесь, а затем забрать тело Джерома.

— Ты совсем идиот? Я помогу тебе предать командира Королевского Рыцарского Ордена, а потом пойду всем рассказывать, что мы сделали?

— Никогда не знаешь, как повернутся обстоятельства. Как ни странно, чтобы доверять человеку, не обязательно верить ему на слово.

Как ни странно, именно эта фраза дала мне зацепку.

Значит, ему нужна не вера, а гарантия. Нечто такое, что не позволит мне его сдать.

— Ладно. Чего ты хочешь?

Староста даже не стал притворяться.

— Твоё слабое место.

— ...

— Одним словом ты можешь погубить меня. Если у меня будет такая же возможность в отношении тебя, тогда я смогу довериться и заключить союз.

Охуеть. Решил выжать из сделки всё до последней капли.

— А если у меня нет ничего подобного?

— Человеку, которому нечего скрывать, такой вопрос в голову не приходит.

Логика, конечно, из серии «раз спросил — значит виноват». Только на этот раз он попал в точку.

Стоило ему заговорить о слабом месте, как в голове тут же всплыло сразу несколько вариантов.

Злой дух.

Резня Ордена Розы в Айсроке.

И то, что несколько десятилетий назад в Ноарке я помешал Джерому и утащил Осколок Камня Записи.

При желании мне было чем расплатиться. Более того, если одна из этих тайн позволила бы избежать будущего, показанного богиней, цена не казалась чрезмерной.

Но всё же...

«За лоха меня держит, что ли?»

— Нет.

Я не стал притворяться, будто мне нечего скрывать. Просто отказал.

— Нет?..

Теперь уже староста смотрел так, как совсем недавно смотрел я.

Ответ менять я не собирался. Сам факт его торга доказывал главное: мой вариант ему чёртовски нравился.

А раз так...

— Я уже всё сказал. Выбор у тебя из двух вариантов: принимаешь моё предложение или отказываешься и дальше выкручиваешься сам. Третьего нет.

И сразу уточнил:

— Никаких дополнительных условий.

— Смело для человека, у которого на кону жизнь.

— Варвары иначе не умеют.

Староста едва заметно усмехнулся.

— Ладно. Хватит торговаться. Лучше подумаем, как забрать тело Джерома Сентреда.

Фух.

Чуть не позволил себя развести.

После того как мы всё-таки договорились, разговор в пещере затянулся надолго.

С самим планом особых трудностей не возникло. Нужно было заманить Джерома Сентреда сюда и дать старосте завладеть его телом. Вдвоём мы вполне могли это провернуть.

Куда больше времени ушло на другое.

— Так что именно ты пообещал Джерому? Давай рассказывай. Теперь мы, можно сказать, в одной лодке.

Меня это давно интересовало. Что такого староста предложил Сентреду, если тот согласился отдать ему меня?

К моему удивлению, староста ответил сразу.

— Сердце Каруи.

— Каруи?..

Имя древнего Тёмного бога прозвучало настолько неожиданно, что я невольно нахмурился.

Староста указал на чёрную каменную глыбу посреди пещеры.

— Вот оно. Если принести в жертву человека, Сердце позволяет воспользоваться одной из сил Каруи, описанных в мифах. Способность переселяться в чужие тела я тоже получил благодаря ему.

В игре такого предмета не было. Впрочем, после всего пережитого удивляться новым артефактам было уже поздно.

— А Джерому-то оно зачем?

— Это одно из сокровищ Королевского Дома. Изначально Сердце принадлежало Бессмертному Королю. По сути, всё, что со мной случилось, началось с того, что я его украл.

Куда важнее оказалась другая деталь.

— Постой. Королевская реликвия? Неужели Бессмертный Король прожил столько лет именно благодаря Сердцу?

— Ты не знал? После рождения наследника он захватывал тело собственного ребёнка и так продолжал править. Именно поэтому Бессмертный Король всегда появлялся в маске.

Вот какая тайна скрывалась в истории огромного королевства Рафдонии.

«Кто бы мог подумать, что у Бессмертного Короля была такая тайна».

Возможно, Король Сотворения сверг его вовсе не ради какого-то освобождения, а просто потому, что хотел спасти собственную шкуру.

«Или всё было ещё проще: Сердце исчезло, и Бессмертный Король наконец оказался способен умереть».

Как ни крути, для Короля Сотворения, который пришёл к власти позже, такая реликвия должна была стоить немыслимо дорого. Неудивительно, что у Джерома съехала крыша от одного её упоминания. Его преданность Королевскому Дому была совершенно искренней.

— Подожди. Тогда что-то не сходится. Если Сердце украл ты, как Бессмертный Король после этого прожил ещё тысячи лет?

По хроникам Бессмертный Король жил чуть ли не вечно и умер всего около ста пятидесяти лет назад.

— Сам удивился, когда услышал. Но это Королевский Дом. Очевидно, они нашли другой способ.

— То есть ты понятия не имеешь.

Бессмертный Король. Сердце Каруи. Король Сотворения...

Что же тогда произошло на самом деле?

Мне очень хотелось узнать правду, но здесь ответов больше не было.

— Это всё, что ты хотел узнать?

— Нет, ещё одно. Что случилось с главой клана «Серебряный Лев», которого ты отправил в библиотеку?

— С ним? Я отправил одного из деревенских воинов следить за тобой. Если во время ритуала ограничить захват чужого тела одним месяцем, жертв требуется куда меньше, так что... Постой. Какого чёрта я вообще тебе всё это рассказываю?

А, дошло наконец.

Если честно, я и сам уже начал удивляться его разговорчивости.

— С расспросами закончили. Пойдём наверх.

Староста оборвал разговор и первым направился к выходу.

— Он ведь нас ждёт.

Джером Сентред.

Пора было рассчитаться с ним за тот удар в спину.