Ройдерн, рыцарь личной охраны первой принцессы, прекрасно помнил её приказ.

— Отправляйтесь к младшему и под предлогом занятий фехтованием спровоцируйте его.

— Простите? Спровоцировать?

Даже услышав объяснение, Ройдерн решил, что ослышался.

— Н-но если мы выступим так открыто, это может повредить и вашей репутации…

— Ничего страшного.

Первая принцесса улыбнулась совершенно спокойно.

— На поверхности всё будет выглядеть безобидно. Ребёнок, которого подобрал Гарсия, почти без собственной поддержки. Изолировать его проще простого.

— Но…

Ройдерн смотрел с явным сомнением.

После церемонии признания отношение к седьмому принцу уже начинало меняться.

Первая принцесса лишь отмахнулась.

— Не заблуждайтесь. Его всего лишь официально признали принцем. Людей впечатляет контраст: они ожидали ничего от бывшего крепостного, а он показал чуть больше. Чем ниже ожидания, тем сильнее эффект. Не более того.

Правда, среди рыцарей уже ходили совсем другие слухи — будто король впервые начал проявлять к седьмому принцу личную симпатию.

Вероятно, именно поэтому первая принцесса и торопилась.

— За вашу безопасность я отвечаю. В конце концов, это конфликт между наследниками, и за небольшую провокацию вас не накажут. Просто заденете его в пределах разумного. Дальше мальчишка всё сделает сам. Стоит чуть нажать — и он быстро потеряет самообладание.

Ройдерну показалось, что она тихо добавила:

— Тем более лекарство действует именно так.

— Что-то не так?

— Н-нет. Исполню приказ, Ваше Высочество.

Так Ройдерн и оказался у Иэна.

По старшинству первая принцесса стояла гораздо выше седьмого. Пока Турнир наследников не изменит порядок, мальчишка не посмеет просто расправиться с её рыцарями.

Поэтому Ройдерн говорил максимально вежливо — но так, чтобы каждое слово цепляло.

— Её Высочество беспокоится о вас. Она хочет, чтобы вы действительно росли, а не полагались на рыцаря с громким именем и сомнительной славой.

Галон был простолюдином, поэтому задевать его происхождение особенно удобно. Возможно, поэтому первую принцессу и устроило, что Нейтана сегодня нет.

Ройдерн был уверен: такой провокации достаточно.

«Я не понимаю всех её расчётов, но у принцессы всегда есть причина».

Нужно лишь заставить Иэна показать характер. Если он ещё и вытащит меч — идеально.

Да, можно обвинить самих рыцарей в провокации, но первая принцесса наверняка предусмотрела и это.

«Возможно, она свяжет этот случай с отрубленной рукой второго принца и выставит младшего опасным психом».

Но сейчас Ройдерн был вынужден нахмуриться.

Планы нарушили люди Лавальтора.

Иэн тем временем с удивлением посмотрел на новых гостей.

— А вы здесь зачем?

— Герцог сказал, что, в отличие от остальных членов королевской семьи, вы не имели возможности получить полноценное обучение фехтованию. Поэтому прислал нас. Он считает это минимальной мерой честности перед Турниром наследников.

Ройдерн растерялся.

Лавальтор не стал бы без причины отдавать Иэну драгоценное время рыцарей Первого ордена.

«Это уже откровенная поддержка седьмого принца».

Но разве герцога не пытались годами переманить на разные стороны, а он всё равно упорно поддерживал только второго принца?

Даже Иэн выглядел озадаченным.

Ройдерн понял, что ситуация уходит из рук, и поспешил вмешаться.

— Обучением седьмого принца займёмся мы, личные рыцари первой принцессы. Можете возвращаться в Первый орден.

Люди Лавальтора не уступили.

— Смешно. Вы предлагаете наследнику тренироваться у рыцарей его противника. У вас с головой всё в порядке?

— Похоже, вы что-то неправильно поняли. Первая принцесса высоко оценивает седьмого принца. Опасается она совсем не его.

— А-а, поэтому на церемонии и потребовала вернуть Турнир наследников. Теперь нам понятна её глубокая забота.

— Ты смеешь оскорблять первую принцессу?

— Оскорбление начали вы.

— Что?

— Думаете, мы не слышали, как вы только что разговаривали с Его Высочеством? Об этом обязательно станет известно. Ни король, ни герцог Лавальтор подобной дерзости не простят.

Личные рыцари первой принцессы стиснули губы.

Они специально выбрали момент, когда рядом никого не должно было быть, — и всё равно эти люди явились.

А после короткого спора стало окончательно ясно:

«Они действительно относятся к седьмому принцу благосклонно».

Даже Иэн выглядел немного удивлённым.

Ройдерн решил повысить ставки. Принцесса сказала, что главное — вывести мальчишку из себя.

«Можно использовать и этих людей».

Но Иэн вдруг тяжело вздохнул.

Вместо вспышки гнева он заговорил холодно и спокойно:

— Моими тренировками займётся сэр Галон. Всем остальным можно уходить.

Ройдерн почувствовал неладное.

Замысел первой принцессы не работал.

Люди Лавальтора тем временем почтительно поклонились Иэну.

— Мы можем обучить вас особому фехтованию. По меньшей мере это будет полезнее, чем занятия с сэром Галоном.

Лицо Иэна похолодело.

— Насколько мне известно, сам герцог Лавальтор признаёт сэра Галона одним из трёх великих рыцарей. Сейчас вы хотите сказать, что ваш господин ошибается?

Рыцарь побледнел.

— Простите, Ваше Высочество! Мы вовсе не это имели в виду!

Они поспешили оправдаться.

— Сэр Галон всё ещё рыцарь герцога Гарсии. Рано или поздно ему придётся покинуть вас.

— А нам приказано оставаться рядом столько, сколько вы пожелаете…

— Какая дерзость. Сэр Галон уже не рыцарь Гарсии. Он мой рыцарь. И если вы смеете при мне унижать моего человека, выходит, вы оскорбляете не только герцога Лавальтора, но и меня?

Лица рыцарей застыли.

— Видимо, здесь до сих пор не понимают, кто я такой.

— Мы заслуживаем смерти! Простите!

Но их потрясло не только давление Иэна.

«Кто чей рыцарь?»

Все разом посмотрели на Галона.

— С-сэр Галон… вы принесли клятву верности седьмому принцу?

— Герцог Гарсия действительно позволил вам уйти?

Галон даже не счёл нужным отвечать.

Он просто обнажил меч и шагнул вперёд.

— Если вы продолжите проявлять неуважение к Его Высочеству, я больше не стану терпеть.

До сих пор Галон сдерживался, учитывая низкое положение Иэна в порядке наследования.

Но теперь было ясно: оскорбления в адрес хозяина его по-настоящему разозлили.

Оба отряда невольно напряглись.

Происхождение Галона можно было высмеивать сколько угодно, но его мастерство никто не ставил под сомнение.

«Клятва у него самая обычная, зато по чистому навыку спорить с ним бесполезно».

«Человек, который талантом перешагнул пределы собственного происхождения».

Если Гарсия действительно отпустил рыцаря, которого, казалось, никогда не отдаст, другие фракции сами должны были подумать, как переманить такого человека.

Но прежде чем напряжение переросло в бой, Иэн остановил Галона взглядом, слишком глубоким для ребёнка его возраста.

— Впрочем, неважно.

Все замерли.

— Если вам так хочется меня учить, пусть занимается сильнейший из вас.

— Ну? Кто здесь сильнее всех?

На площадке стало тихо.

Иэн пожал плечами.

— Не знаете? Тогда подеритесь. Победитель и будет моим учителем.

Рыцарь Лавальтора тут же обнажил клинок.

— Хорошо. Я покажу своё мастерство.

— Это я должен был сказать!

Рыцари уже готовы были сцепиться.

Ройдерн в растерянности чуть не выпустил оружие.

Потому что Иэн развернулся и пошёл к выходу.

— Сэр Галон, идёмте.

— В-ваше Высочество! Куда вы?!

— Вы же сказали, что будете учиться у сильнейшего!

— Да. Так и продолжайте драться. Только, похоже, сильнейшего среди вас всё равно нет.

— Что?!

— Я как раз собираюсь к герцогу Лавальтору. Или кто-нибудь из вас сильнее него?

Все мгновенно замолчали.

Иэн с самого начала видел их намерения и напоследок холодно добавил:

— А первой принцессе передайте точно: если хочет прислать мне учителя, пусть хотя бы найдёт кого-нибудь сильнее сэра Галона. Эти рыцари оказались совершенно бесполезны, поэтому я возвращаю их обратно.

Те, кто секунду назад собирался рубить друг друга, остались стоять полными идиотами.

Ройдерн вернулся к хозяйке с мрачным лицом.

Звяк!

— Что значит «не сработало»?

— П-простите, Ваше Высочество.

Первая принцесса, обычно невозмутимая, откровенно злилась.

Ройдерн отвечал почти обиженно:

— Я сделал всё, как вы приказали. Провоцировал седьмого принца, но он не отреагировал. Не понимаю почему — оставался совершенно спокоен.

— Не может быть…

На миг она растерялась, но быстро вернула себе прежнее выражение и подняла чашку.

— Никаких изменений вообще? Даже если он не разозлился, должны были проявиться другие признаки.

— Э-это…

Ройдерн вспомнил Иэна.

Холодный, рассудительный мальчик не показал ни одного симптома, о которых говорила принцесса.

Более того, по словам слуг…

— Его талант к мечу вполне соответствует Кайстейну. И никто не замечал, чтобы он терял рассудок или достоинство.

— Ты уверен?

— Неужели я стал бы лгать вам? И ещё одно.

Ройдерн вспомнил Галона.

— Если бы с его способностями действительно было что-то не так, сэр Галон заметил бы первым. Как бы мне ни было неприятно это признавать, мастерство Галона бесспорно.

Он склонил голову.

Первая принцесса крепко сжала губы.

Что-то явно шло не по плану.

«Неужели информация неверна? Мне точно сообщили, что в комнате младшего установили это».

Вот поэтому и нельзя полностью полагаться на чужие руки.

— Хорошо. Можете идти. Похоже, мне придётся поговорить с матерью.

Она собиралась посетить королеву — свою мать и мать второго принца.

И тут дверь распахнулась.

— Сестра!

В комнату почти вбежала вторая принцесса.

По её лицу было ясно: случилось что-то серьёзное.

Следом появился слуга.

— Ваше Высочество! Вам нужно немедленно идти. Её Величество королева сейчас с седьмым принцем…

Первая принцесса резко поднялась.

Иэн тем временем направлялся к Первому рыцарскому ордену, собираясь поговорить с герцогом Лавальтором напрямую.

И тут…

— Ваше Высочество! Я выяснил!

Иэн удивлённо посмотрел на Карана, который обычно двигался лениво и неохотно, а сейчас почти бежал.

Именно ему поручили расследовать ароматические свечи, поэтому они сразу отошли туда, где их никто не услышит.

Лицо Карана было непривычно серьёзным.

— Где вы вообще взяли эту вещь?

— Вы ушли меньше суток назад и уже всё выяснили? Даже разведчикам…

— Не сравнивайте меня с обычными разведчиками. У нас мозги по-разному устроены.

Иэн рассмеялся.

— Что нашли?

Каран ещё раз огляделся и понизил голос.

— Эта вещь вообще не должна находиться в свободном обращении. В Кайстейне она официально считается запретной.

— Почему?

— Уже само владение ею почти приравнивается к покушению на убийство.

— Яд?

Каран не сразу ответил.

Даже третий сын великого дома Гарсия, обычно никого не стеснявшийся, явно не хотел произносить это вслух.

Наконец он прошептал:

— Этот дым лишает человека таланта к фехтованию.

Иэн застыл.

Галон тоже заметно изменился в лице.

Неужели вообще существовала подобная вещь?

И тут в голове Иэна словно что-то щёлкнуло.

«Тогда… может, именно поэтому в прошлой жизни я так и не смог нормально освоить меч?»

Он вспомнил слова королевских рыцарей о полном отсутствии таланта.

Каран продолжал:

— И это ещё не всё. Он снижает концентрацию, вызывает постоянную усталость и заставляет чрезмерно злиться из-за мелочей.

Основой служила успокаивающая трава, поэтому обнаружить воздействие было почти невозможно.

Каран посмотрел на Иэна так, словно спрашивал: неужели тот собирался применить такую вещь на Турнире наследников?

Иэн усмехнулся.

— Не подумайте лишнего. Это не моё. Такие свечи стояли в моей комнате и в столовой. С самого первого гостевого помещения и до Хрустального дворца.

— Боже…

— Вы ничего не чувствовали? Ломоты, слабости, странного настроения?

— Совсем ничего.

Иэн задумался о прошлой жизни.

Тогда он не стал особенно вспыльчивым, зато постоянно чувствовал усталость и быстро выдыхался.

Он всегда считал, что просто слаб здоровьем.

Каран облегчённо выдохнул и снова улыбнулся своей хитрой улыбкой.

— На людей старше определённого возраста или на достаточно сильных бойцов свеча не действует.

Иэн насторожился.

— А дворцовые слуги Кайстейна — взрослые люди, почти все обучены боевым искусствам. Получается, здесь есть только одна подходящая цель.

— Я.

— Именно.

Но Каран неожиданно улыбнулся ещё шире.

— Хотя, возможно, это даже к лучшему.

По выражению его лица было видно: он нашёл что-то интересное.

— Вообще я не собирался рассказывать эту часть сразу. Просто у меня есть знакомый специалист.

Иэн вопросительно поднял бровь.

— Похоже, это проклятие можно превратить в благословение.

Иэн и Каран переглянулись.

На лицах обоих появились одинаково нехорошие улыбки.

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta

Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta