Соту не отпускала мысль: куда подевались все обитатели этого исполинского дворца? За все время вылазки ему не встретилась ни единая живая душа. Ни супруги герцога, ни детей.

— И где же они прячутся?.. — пробормотал юноша, оглаживая подбородок и глядя сквозь узкую бойницу наружу. — Неужели караульные за стенами даже не догадываются, что господской семьи давно нет в покоях?

Опустив взгляд на рукоять клинка, он мысленно спросил:

— Сая, ты ведь что-то поняла? Есть догадки?

«Ну... полной уверенности нет, но...» — заколебалась сущность меча.

— Договаривай. Не тяни кота за хвост.

«Тебе стоит увидеть это собственными глазами, хозяин. Осталось лишь одно неисследованное место во всем особняке — винный погреб. Тот самый подвал, где несчастная служанка застала герцогиню за каннибализмом».

— Понял. Иду туда, — вздохнул Сота, направляясь к выходу из спальни. — И все-таки, о чем ты подумала?

«Если мои подозрения верны... всё куда омерзительнее и страшнее, чем ты себе малюешь. Но только если я права».

Поправив маску на лице, парень наглухо запечатал каналы маны, укрывая внутреннюю энергию в глубинах плоти. Впрочем, здешняя стража была слишком слаба, чтобы учуять его присутствие без направленных поисковых заклинаний. Засечь его в таком режиме могли лишь уникумы с редчайшим сенсорным даром — вроде Линн.

«А ведь Линн Яоли определенно стоит подтянуть в наш отряд, — мелькнула прагматичная мысль на ходу. — Если развить ее врожденную чувствительность и дать парочку тайных боевых искусств, из нее выйдет феноменальный чародей-радар».

Вспоминая особый экзамен, он отдавал должное ее таланту: девушка безошибочно вычислила стрелка высшей магии сквозь километры пересеченной местности. Живой радар подобного масштаба на пороге большой континентальной бойни стоил целой дивизии. По слухам, верховный понтифик Святого Королевства Истинного Бога обладал столь чудовищным сенсорным охватом, что держал под колпаком территорию в радиусе десяти тысяч верст. Если Кластер действительно бежала из тех чертогов, оставалось лишь гадать, какая неведомая сила помогла крохе выскользнуть из-под надзора верховного владыки.

«Уж кто-кто, а эта фиолетововласая скромница тебе ни за что не откажет, — хихикнула Сая. — Позови ее в отряд — от счастья до небес прыгать будет~»

— Как-нибудь позже, — оборвал ее гоблин, спускаясь в служебное крыло.

Впереди показался широкий лестничный пролет, круто уходящий под землю. Из глубин склепа веяло первобытной, липкой тьмой.

Едва приблизившись к верхней ступени, Сота ощутил, как тяжелая, удушающая волна навалилась на плечи. Зловещее давление недр буквально расплющивало воздух, заставляя виски ломить от потустороннего холода.

— Вот это плотность... Ну и фон, — изумился юноша. Сила за порогом была колоссальной.

«Заранее наложи на себя все усиливающие чары, — предупредила Сая строгим, лишенным насмешки голосом. — Внизу мана станет непослушной. Переступишь порог — сплести новую формулу не сможешь».

— Разумно.

Сота мгновенно активировал весь арсенал личных боевых усилений: вспыхнули руны телесного укрепления, сухожилия налились стальной упругостью, а реакция взлетела до звериного предела.

Опасаться дозоров не приходилось: темная эманация, рвущаяся из подвала, была настолько чудовищной, что на ее фоне слабый отголоск его личной магии терялся без следа. Сам подвал явно укрывали чары сокрытия — снаружи замка эта бездна не ощущалась вовсе.

Не обнаружив на стене ни одного масляного светильника, парень положился на врожденное ночное зрение монстра.

С тихим шелестом обнажив [Меч Ваджры: Сая], Сота бесшумно скользнул вниз по ступеням.

В нос немедленно ударил тошнотворный, концентрированный дух застарелой крови и скотобойни. Подземелье поражало размахом: здесь легко мог развернуться крупный кавалерийский эскадрон. Пол и кладка стен сплошь заросли бурой, склизкой порослью — приглядевшись, Сота понял, что это вековой слой запекшейся крови.

Двигаясь на источник пульсации, он миновал несколько пустых залов и замер на пороге циклопической центральной каверны.

Атмосфера здесь стояла свистящая, разреженная до духоты. А в самом сердце чертога покоилось... нечто.

— Это еще что за дьявольщина?.. — зрачки Соты сузились в рубиновые иглы.

Тварь в центре зала казалась ожившим ночным кошмаром.

И в этот миг каменные плиты под ногами взбесились. Своды, колонны и пол заходили ходуном, осыпаясь градом гранитной крошки!

«Не время глазеть, уходи сию же секунду!! — истошно взвыла Сая в сознании. — Быстрее, пока оно не пробудилось окончательно!»

— Ухожу! — Сота развернулся на пятках и тенью метнулся к выходу, выжимая из мускулов абсолютный максимум скорости.

В считаные секунды он взлетел по лестнице наружу, проверил фиксацию маски и, подхватив припрятанный дневник служанки — главное вещественное доказательство безумия герцога, — рыбкой выскользнул в сад.

Сотрясавшие особняк толчки утихли лишь тогда, когда юноша перемахнул через чугунную ограду. Караульные во дворе метались как оглашенные, сжимая копья, но ни один солдат не рискнул переступить порог резиденции: строжайший приказ сеньора под страхом виселицы запрещал гвардии совать нос в господские покои.

Скользнув в темные городские переулки, Сота довольно осклабился: улик против Кадмона было более чем достаточно, чтобы Джаред и гильдейские старейшины закрыли контракт.

Свернув за угол мостовой, парень внезапно споткнулся: прямо на брусчатке ничком лежали два человеческих тела в лужах свежей, еще дымящейся на холоде сукровицы.

Они погибли считаные минуты назад. Перевернув мертвецов, Сота невесело усмехнулся:

— Ну надо же... Опять выпотрошены подчистую.

Брюшные полости были начисто вырезаны: ни единого внутреннего органа. Тварь в герцогском подвале жрала жадно и требовала постоянной подпитки свежей плотью.

«Сюда идут!» — полоснуло предупреждение Саи.

Сота дернулся уйти по крышам, но не успел: из переулка выскочила запоздалая горожанка с корзиной. Завидев залитые кровью трупы и склонившегося над ними человека в жуткой маске и темном балахоне, женщина зашлась истошным воплем:

— УБИЙЦА-А-А!! КАРАУЛ!! ЗДЕСЬ УБИЛИ ЛЮДЕЙ!!

— Да чтоб тебя... — мысленно сплюнул Сота.

Прикид лазутчика играл с ним дурную шутку.

Не прошло и пары мгновений, как переулок наполнился топотом подкованных сапог. На крик сбежалась толпа зевак, а следом кольцом сомкнулся отряд городской стражи, выставив вперед наконечники алебард.

Слишком быстро. Патруль нарисовался так стремительно, словно заранее дежурил за углом. Подстава?

«Уходи, Сота! — закричала Сая. — С твоей силой раскидать эту шантрапу — секундное дело! На тебе маска, лица они не видели — просто прыгай на карниз!»

Однако Сота остался стоять на месте с абсолютно невозмутимым видом.

«Ты рехнулся?! Чего ты ждешь?!»

— Хочу лично поглядеть в глаза тому кукловоду, что возомнил горожан своим жертвенным стадом, — холодно отозвался он в мысленном канале.

— Именем закона герцогства Ферш — вы арестованы! — прорычал десятник стражи, сверкая сталью. — Оружие на землю! Малейшее движение — и мы режем на поражение!

— Спокойнее, служивые. Сопротивляться я не собираюсь, — Сота медленно поднял открытые ладони, кивнув на тела у ног: — Только спешу заметить: покойников не я уложил. У обоих начисто вырезана требуха. Будь я тем самым потрошителем — где, по-вашему, их внутренности? В карманах, что ли?

— Разберемся в казематах! — отрезал командир патруля. — Ты главный подозреваемый на месте резни. Взять его!

Тем временем под мостовыми города...

БУХ!! БА-А-АМ!!

— Получи, тварь! — рявкнул Брайан, обрушивая огненный вал на морды наседающих чудовищ.

Поскольку удержать мечника от драки было выше человеческих сил, Люмилия нашла идеальный компромисс: оставила боевого маньяка прикрывать отход, пока они с Брандо спешно эвакуируют собранные редкие травы на поверхность. Брайан вцепился в эту идею обеими руками — ему наконец-то дали волю размяться на полную катушку.

Брандо бежал впереди старосты, готовый встретить щитом любую внезапную тварь.

— Ты уверена, что бросать Брайана там одного — здравая мысль? — тяжело дыша на бегу, спросил латник.

— Вполне, — отозвалась Люмилия, на бегу оставляя метки маной на развилках, чтобы мечник не плутал на обратном пути. — Брайан достаточно силен, чтобы раскатать парочку зверей второй ступени перерождения. Я велела ему не выжигать резервы до донышка: стоки — лишь второстепенное дело. Главная битва ждет нас на поверхности, когда Сота вскроет логово сеньора.

Прямолинейный рубака послушно проглотил наживку: перспектива уступить Соте лавры победителя главного злодея мотивировала его лучше любых уговоров, и он поклялся выбраться наружу при первых же признаках затишья.