Сота, Брайан, Люмилия, Кластер и Найо сидели вокруг длинного деревянного стола в гостиной. Напряжение последних дней наконец отступило, сменившись неторопливой дружеской беседой и легким смехом.

— Потерпите минуточку, я сейчас все накрою! — хлопотала Линн, расставляя перед каждым глубокие тарелки, после чего поспешила обратно на кухню за остальными приборами и горячим.

Найо поднялась со стула, оправив походный жилет:

— Пойду подсоблю Линн на кухне, а то она от волнения все горшки перебьет.

— Ага, спасибо, выручишь, — кивнул ей Сота.

— У-у-ух, скорее бы! Запахи такие, что слюнки текут! — Брайан потер ладони с самым предвкушающим видом.

Скосив глаза на Кластер, Сота отметил, что девочка непривычно притихла. Малышка все еще настороженно поглядывала на Линн и Найо: при появлении малознакомых людей она всегда замыкалась в себе. Впрочем, после событий в Грипине доверие к девушкам у сироты уже зародилось — обе искренне бросились в бой ради Люмилии и получили тяжелые раны, что оставило у крохи исключительно теплый отпечаток. Просто требовалось время, чтобы барьер окончательно растаял, и Кластер смогла вести себя с ними так же непосредственно, как с ним или старостой.

Улыбнувшись своим мыслям, гоблин отсек лишние сантименты и повернулся к девушке напротив:

— Староста, можно вопрос?

— М-м? — Люмилия оторвала взгляд от чашки с травяным отваром и вопросительно склонила голову набок.

— Мне любопытно: слухи о бойне в Грипине уже докатились до столицы?

— Да еще как докатились! — громогласно встрял Брайан, не дав старосте и слова вставить: — Только о тебе, Сота, весь Ладрос и гудит без умолку!

— Вполне ожидаемо... — невозмутимо отозвался парень. Любое столкновение подобного масштаба с участием высшей знати моментально становилось главной темой пересудов в тавернах, так что новость его ни капли не удивила.

Он выразительно посмотрел на Люмилию, жестом предлагая выложить факты без прикрас.

— Да... весть о битве разлетелась по всему Королевству Хебрей буквально за одни сутки, — терпеливо принялась объяснять староста. — Сейчас об инциденте в Грипине не судачит разве что ленивый.

Сота слушал не перебивая, раскладывая полученные крупицы информации по полочкам аналитической сетки.

Как выяснилось со слов Люмилии, на следующее же утро после грандиозного побоища городские патрули обнаружили бездыханное тело Грегори Видрато в глухом грязном переулке. Эта новость заставила Соту внутренне содрогнуться: выходит, кто-то хладнокровно прикончил лорда уже после того, как тот сумел выползти из зоны действия [Бестроу]!

Но кто?! У кого в королевстве хватило смелости и безумия пустить под нож патриарха могущественного дворянского клана?!

Эта казнь шокировала всю страну. Городские дознаватели и сыщики перерыли каждый камень, но не обнаружили ни единой зацепки.

Разумеется, обезумевшие от ярости родичи клана Видрато немедленно попытались повесить смерть своего сюзерена на Соту. Однако у парня оказалось железное алиби: десятки очевидцев из числа перепуганных горожан и торговцев воочию видели, как искалеченного авантюриста уносил на спине гигантский зверь сразу после угасания пламени титанического взрыва.

Наместник Грипина и лично граф Урсус фон Асварес публично опровергли любые обвинения в адрес Соты. Власти предоставили железные доказательства и прикрепили официальное заключение патологоанатомического вскрытия: лорд Грегори скончался от удара тонким узким лезвием точно в сердце и сонной артерии, тогда как зеленокожий студент во время дуэли орудовал массивным мечом.

Более того, скрыть при себе скрытый стилет Сота физически не мог: его походная куртка была разорвана в лохмотья и практически испепелена жаром, обнажая израненное тело. Да и тяжесть ожогов была такова, что без помощи верного медведя он не сумел бы даже перешагнуть порог крепостных ворот, не говоря уже о выслеживании и скрытном убийстве опытного вельможи в лабиринте трущоб.

Что же касалось противоестественной свирепой энергии Бест Ферам, которую Сота обрушил на врага — городские власти и граф Урсус не стали скрывать правду. В официальном манифесте было четко указано: авантюрист принял чудом сохранившееся реликтовое зелье монстров древней эпохи. Также власти подчеркнули, что первокурсники Института Ладроса связали Грегори боем задолго до выхода Соты, вынудив главу клана растратить резервы на высшие чары 3-го круга.

Эта декларация мгновенно вознесла имена студентов на вершину славы. Особенно гремело имя Рэндольфа Фейна, умудрившегося в одиночку на равных сдерживать натиск разъяренного титана.

Однако, слушая размеренный доклад старосты, Сота все отчетливее ощущал, что в общей картине зияет колоссальная дыра.

А как же тот факт, что он лично размахивал перед лицом знати артефактом Темного ранга?!

Почему об оружии национального масштаба — ни единого слова в официальных хрониках?!

Посерьезнев, Сота в упор посмотрел на сокурсников:

— А что насчет моего меча? В докладах упоминалось оружие, которым я дрался?

— Хм-м?.. Вроде бы нет, ничего подобного не слышала, — на секунду задумавшись, покачала головой староста.

— Да уж, мечик у тебя — закачаешься! — оживился Брайан, вспоминая бойню: — Я своими глазами видел, как эта железка полыхала дикой силищей, пока ты метелил того жирдяя!

— Теперь, когда ты заговорил об этом, я тоже припоминаю странное свечение... — протянула Люмилия, скользнув взглядом по поясу Соты в поисках привычных ножен, но оружия там не обнаружила.

«Вот оно как... Брайан и Люмилия понятия не имеют, что [Меч Ваджры: Сая] относится к Темному рангу. Они попросту ни разу в жизни не видели истинной активации артефактов подобного класса, приняв эманации за редкое зачарование... Но верхушка-то не могла ошибиться!» — Сота нахмурился, потирая подбородок.

Ни граф Урсус, ни наместник Грипина не были слепцами: оба наблюдали за развязкой с командных высот и обладали колоссальным боевым опытом. Они обязаны были распознать клинок Темного ранга, мощь которого заставила дрожать даже спесивого Грегори.

Так с какой стати власти предпочли наглухо замять эту деталь?

«Кто-то могущественный аккуратно подчищает следы из-за кулис, хозяин~» — вкрадчиво прошелестел в черепе насмешливый голос Саи.

«Я и сам догадался... Но кому это выгодно? Тому же неизвестному, кто прирезал Грегори в подворотне?»

Вопросов становилось все больше, но ни одной внятной зацепки логика пока не давала.

От тяжелых раздумий его отвлек звон расставляемой посуды: прямо перед его носом опустилось широкое блюдо, источающее умопомрачительный мясной аромат.

Оглядевшись, гоблин увидел, что Линн, Люмилия и Найо уже вернулись из кухни и с мягкими улыбками наблюдают за его реакцией.

— Что ж... Всем приятного аппетита, спасибо за угощение! — расплылся в улыбке Сота, подхватывая столовые приборы: — Налетаем!

Атмосфера в гостиной мгновенно потеплела. Ребята весело переговаривались, набивая рты сочным мясом и тушеными овощами: напряжение последних дней окончательно растаяло без следа.

Найо, сидевшая напротив, заметила, как Линн то и дело украдкой бросает робкие взгляды на жующего парня. На губах плутовки заиграла хитрая ухмылка:

— Эй, Сота?

— М-м?.. — он поднял голову, вопросительно приподняв бровь.

— Ну и как тебе стряпня Линн? Вкусно получилось?

— Н-Найо!! — вспыхнула лучница, в панике вцепившись подруге в локоть, но ту было не остановить.

— Ну давай, поделись впечатлениями!

— Вообще бомба! Куда вкуснее той бурды, которую обычно стряпает Сота! — с набитым ртом авторитетно выдал Брайан.

— Тебя кто-то спрашивал, дубина?! Я у Соты интересуюсь! — рявкнула Найо, испепеляя мечника взглядом.

— А почему сразу у Соты-то?! — искренне обиделся рубака.

— Мозгами пораскинь, пень стоеросовый! Извилинами шевелить полезно хоть иногда! — Найо выразительно постучала пальцем по собственному виску.

— Ты чего несешь?! Я на парах в Академии столько думаю, что в выходные мой мозг имеет полное право на законный отдых! — возмутился парень.

— Господи помилуй... Ты клинический безнадежен, — Найо сокрушенно уронила лоб на ладонь.

За столом повисла пауза: даже Люмилия с трудом сдержала смешок.

— Хи-хи, братик Брайан глупенький, — звонко захихикала Кластер, уплетая десерт.

— Эй! Мелкая, ты-то куда?! За что вы все на меня ополчились?!

Тяжело вздохнув, Сота промокнул губы салфеткой:

— Если серьезно — пальчики оближешь. Тут Брайан прав: получилось великолепно.

— Я... я так рада, что тебе понравилось! — Линн облегченно прижала ладонь к груди, ее лицо озарилось счастливым девичьим румянцем.

— Вот видишь, а ты тряслась, — подмигнула ей Найо.

— Спасибо тебе огромное, Найо...

— Обращайся: ради подруги мне ничего не жалко, — самодовольно фыркнула воровка.

— Так, хорош трепаться, давайте доедать, пока не остыло, — пресек балаган Сота, вновь берясь за вилку.

— Сота дело говорит! — Брайан тут же вернулся к уничтожению своей порции.

Спустя четверть часа с обедом было покончено.

— Фу-у-ух... Вот теперь я точно человек, — Сота сыто откинулся на спинку стула, поглаживая набитый живот.

— Поддерживаю, знатная вышла трапеза, — довольно вторила ему Брайан, повторяя жест точь-в-точь.

Линн тут же поднялась на ноги, собирая тарелки:

— Я уберу со стола и вымою посуду.

— Брось, не утруждайся. Оставь, я сам позже разберусь, — остановил ее хозяин дома.

— Н-нет, я все сделаю сама! — запротестовала лучница, до белизны костяшек вцепившись в край фартука.

Сота со вздохом покачал головой:

— Ну и упрямица... Ладно, раз так приспичило — мешать не стану.

— С-спасибо! — девушка смущенно поклонилась, сгребая стопку посуды.

— Я помогу тебе на кухне, — тут же поднялась Люмилия, перехватывая часть приборов.

Сота молча проводил фигуру лучницы задумчивым взглядом. И в ту же секунду в глубине его подсознания раздался вкрадчивый, ехидный шепот:

«Ты ведь не настолько непробиваемый чурбан, хозяин, чтобы не заметить очевидного... Ты ведь прекрасно понимаешь, какие чувства эта девочка питает к тебе~»

— Прекрасно понимаю, — одними губами прошептал Сота, устремив тяжелый взор в потолочные балки.