Назад Том 1 · Глава 141

Калиан либо не терпит вовсе, либо сдерживается один раз.

А Франц — раза три.

Таков уж был их предел выдержки, который они могли проявить за один присест. Конечно, не всякий раз всё складывалось одинаково, но в общих чертах дело обстояло именно так.

— Почему это вы вдруг велите мне не приходить?

Из уст Франца вырвался прерывистый вздох. Всё из-за того, что перед ним стоял человек, который ни на что не способен ответить простым «да» с первого раза.

Очень хотелось что-нибудь сотворить с этим сумасшедшим магом, не желавшим слушать ни единого слова, но пока Франц сдержался.

— Эй. Маг.

— Я вице-командующий корпусом. Вице-командующий.

Франц на мгновение прикрыл глаза. Сдержался во второй раз.

Пока он терпел, то старался рассуждать, опираясь на здравый смысл и логику.

Что ж. В словах этого безумного мага есть доля правды. Он вице-командующий «Валкана», и Франц тоже вице-командующий «Валкана». Но, как всякому известно о Франце…

Он — принц.

Попробуем мысленно сложить.

Арсен — всего-навсего вице-командующий. А Франц, помимо должности вице-командующего, ещё и принц. Слов, определяющих Франца, больше.

Теперь попробуем вычесть в обратную сторону.

Если отнять звание вице-командующего у Арсена — не останется ничего путного. Если же отнять звание вице-командующего у Франца — останется принц. Благородная особа королевской крови, в чьих жилах течёт кровь Сиспаниан.

— Разве мы в павильоне Вильгельма?

Франц вышел из кабинета Румейна и спускался по лестнице дворца Арпия. А Арсен как раз поднимался по той же лестнице, направляясь в кабинет Алана. Там они и столкнулись.

Следовательно, это место без всяких сомнений было дворцом Арпия.

А раз они не в павильоне Вильгельма, то Франц здесь прежде всего принц, и лишь затем — вице-командующий «Валкана».

— Но когда вы велели не приходить на встречу, на которую нас звали по делам «Валкана», разве не как вице-командующий вы это говорили?

И Арсен ответил вот так.

Калиан вообще не состоит в «Валкане». Он всего лишь принц, которого всюду сопровождает Арсен. Независимо от того, касалось ли то, что он хотел сказать, дел «Валкана» или нет, Калиан просто позвал Арсена.

Однако Франц запретил ему приходить на зов Калиана, и в ответ маг привёл довод, который даже на отговорку не тянул. Ну что за сумасшедший маг!

Как бы то ни было.

Принц снова глубоко вздохнул. Выдержал и в третий раз.

Из плотно сжатых губ Франца вырвался низкий голос:

— У моего драгоценного братца сегодня выдался неприятный день, так что не смей являться. Я же сказал, что сам присмотрю за ним, а когда выкрою время, загляну в павильон Вильгельма. Какого чёрта ты…

— Я вице-командующий корпусом. Вице-командующий.

Стоит отметить, что Францу сейчас шестнадцать лет.

Иными словами, Арсен старше Франца на тринадцать лет. И тем не менее подобная перепалка между ними оказалась возможна лишь потому, что у одного из двоих душевный возраст либо запредельно высок, либо до смешного низок. А может, всё дело сразу в обоих.

Так или иначе, запас терпения Франца, рассчитанный на три раза, иссяк. На лице юноши проступила по-детски миловидная улыбка, когда он неторопливо пригладил волосы:

— Вице-командующий, ты… Если продолжишь сегодня так же тявкать, того и гляди совсем пропадёшь.

На этом — всё.

Какой бы ни была цель, Арсен, прекрасно чувствовавший грань перед взрывом, мигом сменил тон на более почтительный и произнёс:

— На сегодня я вас понял. Сейчас я как раз на выездном поручении и могу оказаться недоступен, но если вы заглянете в павильон Вильгельма и позовёте меня, я тотчас же явлюсь. Могу я теперь идти?

Надо же — «выездное поручение».

Арсен, умудрившийся столь заманчиво преподнести наказание в виде расчистки руин дворца Хейсия, почтительно склонил голову.

Увидев это, Франц снова прикрыл глаза, глубоко вздохнул и чуть качнул головой в сторону. Это означало: исчезни немедленно, пока я не открыл глаза. Арсен ухмыльнулся и вновь зашагал к кабинету Алана.

Франц лишь тихо выдохнул.

Калиан либо не терпит вовсе, либо сдерживается один раз.

А Франц терпит до трёх раз.

Когда терпение лопается, Калиан хватается за клинок или дубину. А Франц закрывает глаза.

Франц и не подозревал, что это была одна из причин, по которым Рэйвен и Арсен безоговорочно следовали за Калианом.

Однако, будучи старшим братом, он не мог просто облаять и покусать, как младший. Поэтому Франц спустился по лестнице, смирившись с мыслью, что на сегодня это действительно в последний раз.

И тут он увидел Чейза, шагавшего ко дворцу Арпия. Стоило их взглядам встретиться, как и Франц, и Чейз замерли одновременно.

«Почему именно сейчас?»

С губ Франца вновь сорвался короткий вздох.

Калиана здесь уже не было — он вернулся в Чермиль.

Именно Калиан позвал Арсена на ужин. Но надо быть совсем безумцем, чтобы после встречи с Чейзом, который уезжает уже завтра, спокойно усадить перед собой Франца и Арсена вдвоём.

Потому-то Франц силой и запретил Арсену приходить.

Разве маг не должен заплатить за то, что разнёс дворец, и за то, что его там кормят? Примерно так рассуждал принц. Неизвестно, правда, равноценна ли была эта плата.

Но тут на пути возник совершенно неожиданный Чейз.

Франц не знал, что Чейз уже виделся с Арсеном. Зато смутно догадывался о том, какие дурные отношения связывают этих двоих. Поэтому сперва он хотел сказать, что в кабинете Алана уже кто-то есть и кронпринцу лучше просто повернуть назад.

Но вместо этого Франц плотно сжал губы.

Чейз тоже никак не ожидал встретить Франца в такой час. Из-за этого на миг проступило наружу то, чего он не смог скрыть.

Заметив это, Франц промолчал.

Уголки глаз Франца чуть сузились, когда он увидел, что именно отразилось в этих фиалковых глазах.


Ни единая мелочь не забыта.

Он шёл вперёд, ступая прямо по луже крови. Надменное лицо, словно взирающее на весь мир свысока. Низкий, ледяной голос, будто сжимающий горло того, к кому обращён.

Чейз отчётливо помнил, как стоял перед этой картиной — когда казалось, будто все кости крошатся от скорби, плоть рассыпается в отчаянии и наконец даже последняя капля крови покидает тело.

Чейз понял всё, едва взглянул на него.

«Сошедший с ума король».

Он сразу понял, почему все так его называют.

Эти глаза.

Они походили на стеклянный шарик, испещрённый трещинами во все стороны. Светло-зелёный стеклянный шарик, готовый рассыпаться в пыль от малейшего прикосновения.

Как может не быть ни единого проблеска света в глазах цвета только что пробившейся к жизни травы?

Даже посреди той невыносимой скорби у него мелькнула эта мысль.

Забавно.


Мимолётный взгляд.

Его последнее воспоминание оборвалось на том, как ледяное копьё Арсена пронзило сердце. А прямо перед этим они с Францем встретились глазами. Это воспоминание нахлынуло на него прежде, чем он успел его остановить.

Чейз, внезапно вспомнивший горькую картину прошлого при виде смотрящих на него глаз, закрыл лицо руками и проговорил:

— Одну секунду.

Хоть до сих пор он всегда держался с Францем твёрдо и невозмутимо, на сей раз его охватило внезапное волнение. Образ из прошлого наложился на стоявшего перед ним юношу.

К тому же это случилось сразу после долгой беседы с Калианом.

Пока Чейз тревожился о пути, который изберёт Калиан, и думал о том, что пытался защитить Берн, его разум заполнили воспоминания о времени после ухода Берна, когда защитить ничего не удалось.

Глядя на Чейза, который при прошлых встречах всегда находил что сказать или держался уверенно и собранно, Франц лишь кивнул, ничего не отвечая. Разумеется, Чейз не мог этого видеть.

Спустя мгновение Чейз опустил руки и поприветствовал его так, словно ничего не произошло:

— Рад вновь встретить вас вот так, принц Франц.

— … Я ничего не видел, принц.

Это не было ответом на приветствие.

Чейз, уже успевший вернуть себе привычное самообладание в нужный миг, мягко улыбнулся и кивнул. Он знал, что Франц сообразителен и наблюдателен, потому ничуть не удивился этим словам.

— День сегодня выдался немного суматошный. Ничего страшного.

Франц негромко вздохнул.

Страшно или нет — не ему судить. Раз уж собеседник уверяет, что всё в порядке, остаётся лишь сделать вид, будто так оно и есть.

— Я думал, вы встречаетесь с моим братом.

— Мы встретились. Он уже вернулся.

Во дворец Чермиль.

Стало быть, к Калиану.

Неизвестно, понял ли Франц всё до конца, но на этот раз он просто кивнул. Затем повернулся в сторону дворца Чермиль и добавил:

— Полагаю, с графом Манасилом вам лучше увидеться позже.

Он знал, что Чейз отбывает завтра.

Утром наверняка состоится завтрак с Румейном, но король вряд ли пригласит на него принцев. Разве не все трое неугомонных сыновей этого великого семейства недавно натворили дел и сидят теперь под домашним арестом?

Так что после сегодняшнего дня и Францу какое-то время не представится случая поговорить с Чейзом. И всё же, предупредив насчёт Алана, он не стал разворачиваться и уходить лишь потому, что беспокоился: вдруг у кронпринца остались к нему вопросы.

Если Калиан обладал поистине безграничной способностью понимать других, то Франц обладал столь же безграничным чувством вины.

— Не ожидал такого.

Эти слова — то ли шутливые, то ли искренне удивлённые — удержали Франца на месте. Он повернул голову и посмотрел на Чейза.

— Принц Калиан не знал, что принц Франц приходил ко мне.

«Чёрт».

Обращение снова поменялось.

Франц в очередной раз нахмурился от этих титулов, переменчивых, точно погода в Кайрисе в разгар лета.

— Удивительно, что принц Франц пошёл на такое ради помощи принцу Калиану, и удивительно, что сам принц Калиан об этом не ведает.

— … Ничего особенного.

Пустяк, не стоящий внимания. Он даже не счёл нужным придавать этому значение. В конце концов, между ними и так полно вещей, о которых они не знают друг о друге, так что чему тут удивляться.

Выдав такой короткий, небрежный ответ, Франц заговорил снова. Поскольку Чейз — не Калиан, он решил, что тот мог понять его превратно.

— Правда, ничего такого.

Поэтому и добавил это. Мол, не стоит благодарностей и лишних мыслей.

Чейз, похоже, всё понял и кивнул. Тогда Франц без лишних слов повернулся к Чермилю.

— Однако…

Голос Чейза вновь остановил шаг Франца.

В воспоминаниях Чейза та холодная, бесчувственная поступь, которую, казалось, ничто на свете не способно замедлить, здесь оборачивалась слишком уж легко.

— Что ещё?

В голосе звучало раздражение, но вместе с тем и задумчивость.

Чейз едва заметно улыбнулся и неспешно заговорил:

— Странно, что именно я говорю об этом, но как бы то ни было… это то, о чём не знает принц Калиан.

Произнеся это, Чейз на миг задумался, глядя словно бы вдаль. А затем снова открыл рот и продолжил тихим, размеренным тоном:

— В прошлый раз вы велели мне готовиться. Я подумал, что у вас должна быть веская причина для таких слов.

Чейз перевёл взгляд и посмотрел прямо в глаза Францу:

— Скорее всего, так оно и есть. Я именно так и думаю.

Франц тоже так считал.

Речь шла не о нынешних событиях. Франц понял: Чейз говорит о том, что встречал его в том самом времени, которое пережил Берн.

Франц чуть вскинул голову.

Чейз не стал бы упрекать его, даже прояви принц равнодушие или нежелание слушать. Но, напротив, Франц смотрел на Чейза с таким сосредоточенным вниманием, какого ещё ни разу не показывал.

— У меня было чувство, что причина непременно должна быть. Мне даже стало обидно оттого, как сильно хотелось её узнать.

К сожалению, додумать ту мысль до конца ему не удалось.

Кивок.

Светло-зелёные глаза закрылись, и он один раз качнул головой.

Вместе с ним шагнул вперёд командующий корпусом «Валкан».

И он тихо произнёс, что сожалеет.

То был последний раз.

— Зачем вы это рассказываете?

— Говорю потому, что не знаю, пытаетесь ли вы, принц Франц, помочь или же расплатиться.

Действует он, чтобы помочь Калиану, или пытается отдать ему долг?

— Помогаю, а не расплачиваюсь.

Франц на мгновение прикрыл веки.

— Разве похоже, что я отдаю долг?

— Что ж, не знаю. Возможно, вы решили помогать или же расплачиваться, но мне кажется, что вы уже по-своему сами создаёте для себя яд. Похоже, смутная вера в самого себя не служит вам спасательным кругом.

Чейз не знал, станет ли рассказ о том дне лекарством или отравой для Франца. И всё же решился заговорить, рассудив: даже если эти слова окажутся ядом, хуже, чем сейчас, уже не станет.

— Даже если на то была причина, Берн не сможет простить поступка Франца в тот день. Но я говорю вам это, потому что думаю: возможно, это поможет нынешнему Францу лучше понять самого себя.

На этом рассказ Чейза оборвался.

Франц молча слушал, а Чейз больше ничего не добавил.

Спустя некоторое время Франц тихо открыл глаза:

— Ясно… Я учту это.

Франц не знал, зачем Чейз затеял этот разговор.

Потому и ответил так, с лицом, уже вернувшим себе прежнее спокойствие. Чейз повёл себя точно так же. Коротко кивнув Францу, он направился в сторону павильона Рубиа — Алан должен был зайти к нему позже.

«Рад знакомству» или «до следующей встречи».

Их отношения не располагали к подобным речам.

Такие приветствия им ещё только предстоит произнести когда-нибудь в далёком будущем.