Машинально принимая приветствия попадавшихся навстречу слуг и горничных, он всё равно оставался недоволен.

Калиан быстрым, но ровным шагом вошёл во флигель павильона Рубиа и на мгновение замер.

Он остановился и прижал ладонь ко лбу — с каждым шагом мысли разрастались всё сильнее, не давая покоя. Хорошо ещё, что он оставил Яна ждать в главном здании Рубиа.

Стоило попытаться сдвинуться с места — начинала кружиться голова; стоило попытаться сосредоточиться — ноги переставали слушаться.

Он остановился перед елью, словно пытаясь сложить здесь всю поклажу, которую нёс на себе. От тяжести ноши, сброшенной в тот день, перехватывало дыхание.

«Прости меня».

«Нужно взять себя в руки».

Только вчера он сказал прежнему Калиану: «Я тоже хочу жить». И словно в ответ на это прозвучало: «Ну что ж, попробуй пожить» — и на плечи свалилась ещё одна задача.

Сила алого света, которой обладал Рэнделл. С ней необходимо было разобраться. Чтобы заполучить недостающий фрагмент мозаики, требовалось развязать Рэнделлу язык. А чтобы развязать ему язык, следовало снять с него оковы. Мысли путались всё сильнее, не находя выхода. Поэтому он и пришёл сюда. К Чейзу.

Фух…

Надо встретиться.

Раз уж велят попробовать пожить — так ведь и вправду надо жить, верно?

Калиан убрал руку ото лба и отступил на шаг. Больше не медля, он пошёл по дорожке, пока не добрался до покоев, где, по словам Чейза, тот остановился.

У двери никого не было. Рыцарь Тэйлан, должно быть, находился либо внутри, либо где-то в другом месте. Калиан ещё раз глубоко вздохнул и поднял побелевшую руку — чтобы постучать, совершить действие, к которому он ни разу не прибегал с тех пор, как обрёл тело Калиана.

— Входите…

Но прежде чем кончики пальцев Калиана успели коснуться двери, изнутри донёсся голос:

— Принц Калиан.

Похоже, и на этот раз его уже ждали.

Калиан тихо усмехнулся тому, что даже разрешения спрашивать не пришлось, коротко выдохнул и распахнул дверь.

Дверь открылась и закрылась с негромким стуком.

Рыцаря Тэйлана внутри не оказалось. В комнате был только Чейз. Поняв это, Калиан невольно выдохнул вопрос:

— Зачем же вы отослали охрану?

По пути сюда ему встречались лишь люди из дворца Кайриса. Пусть Чейз и занимал весь этот флигель один, разве не слишком опасно оставаться совсем без сопровождения?

Стоявший у окна Чейз спокойно улыбнулся. Должно быть, он ещё из окна заметил, как сюда направляется Калиан.

— Всё в порядке.

Ответив так, Чейз указал рукой на кресло. Лишь тогда Калиан осознал, что заговорил первым, даже не поприветствовав наследного принца должным образом, и на миг замялся. Чейз снова улыбнулся — явно понимая, о чём тот сейчас думает.

— И это тоже не страшно, так что присаживайтесь.

Не став извиняться, Калиан лишь слегка склонил голову и прошёл к своему месту. Чейз, проводив его взглядом, принёс две чашки кофе, который заварил сам, и поставил их на стол.

Кофе.

На губах Калиана появилась улыбка.

Берн любил кофе. Чейзу же он не слишком нравился. А Калиан его избегал.

От этого становилось смешно.

— Благодарю.

Не добавив больше ни слова, Калиан отпил глоток ароматного напитка, который не любил никто из здесь присутствующих. Чейз, молча наблюдавший за ним, заговорил:

— Вы ведь ещё не до конца оправились, так что не знаю, пойдёт ли вам на пользу кофе, но ничего другого мне в голову не пришло.

Он не считал нужным скрывать то, что помнил о Берне, ведь понимал: так Калиану будет проще.

Калиан медленно кивнул и ответил:

— Ничего серьёзного не случилось, и сейчас я уже полностью здоров. Можете не беспокоиться.

Затем он опустил чашку, немного поглядел на неё и вновь заговорил:

— Мандарины были очень вкусными.

Благодарить за помощь во время покушения он не стал. Чейз в Кайрисе по своему усмотрению распорядился шпионами Секреции и прислал к Калиану Тэйлана. Стоило поблагодарить за такое содействие — и в следующий раз он, чего доброго, снова пойдёт на безрассудный риск.

Поэтому Калиан выразил благодарность лишь за кислые мандарины, к которым большинство людей и притронуться не смогло бы.

Чейз кивнул.

Это означало, что он понимает всё — сказано оно вслух или нет.

«Кстати говоря… кислое я ведь не особо люблю».

Только сейчас он вспомнил.

В тот день мандарины съел Франц.

Калиан коротко усмехнулся и, глядя на Чейза, произнёс:

— У меня возник один вопрос.

— Да, говорите.

Вскоре Калиан завёл разговор о Рэнделле. Он поведал Чейзу обо всём, не утаив и того, о чём они беседовали в саду совсем недавно.

— Я мало что знаю о Тенсиле, поэтому хотел спросить, не помнит ли принц Чейз чего-нибудь об этом.

Чейз, молча выслушавший всё до конца, кивнул и ответил:

— Что это за организация, мне неизвестно. Я даже не успел выяснить, существовала ли она в прошлом или же будущее уже изменилось.

Калиан и сам предполагал нечто подобное.

Пока не пробудятся воспоминания Франца или Арсена, как бы Чейз ни старался, узнать это невозможно. Если бы об этом можно было разузнать через «Птиц», сведения наверняка всплыли бы ещё в прошлом.

— Что же касается Тенсила…

Произнеся это, Чейз на мгновение погрузился в воспоминания.

Поскольку он не был непосредственным свидетелем тех событий, ему требовалось время, чтобы припомнить подробности.

— По крайней мере, я знаю, как принц Рэнделл стал тамошним королём и что при этом произошло.

— Вы говорите о несчастном случае, когда у кареты сломалась ось.

Услышав это, Чейз коротко усмехнулся.

Он просил Алана всё рассказать, но Калиан, похоже, об этом ещё не слышал.

Впрочем, Чейз не стал упоминать, что у Алана были свои причины, не позволившие ему договорить: решил, что нашлись какие-то другие обстоятельства, из-за которых Алан ещё не встретился с Калианом или не стал ничего ему рассказывать.

Вскоре Чейз принялся объяснять:

— Не думаю, что это был несчастный случай.

Дзынь.

Калиан, как раз собиравшийся снова взять со стола кофе, опустил чашку обратно. И, не произнеся больше ни слова, опустил взгляд. Увидев эту до боли знакомую привычку, Чейз лишь улыбнулся глазами и замолчал, давая ему время поразмыслить.

Причина, по которой Чейз хотел передать эти сведения, была проста.

Он хотел предостеречь Калиана: Рэнделл не просто сбежал и скрылся в Тенсиле.

Спустя долгое время Калиан поднял голову и заговорил:

— Вам случайно не известно, когда это случилось?

Чейз кивнул.

Однако на этот раз ответ прозвучал не сразу.

— В сентябре следующего года. Точной даты я не знаю.

Франц стал наследным принцем после своего восемнадцатого дня рождения, в ноябре следующего года. А шесть лет спустя Румейн загадочным образом скончался, и Франц взошёл на престол этой страны.

Взвесив сложившуюся картину, Калиан произнёс:

— Даже останься брат Рэнделл здесь, титул наследного принца естественным образом отошёл бы к брату Францу. Войска внутри дворца держала в руках Силика, войска за его пределами — маркиз Бриссен, торговую мощь контролировал Леннон, а главные пограничные силы сплотились вокруг Грея.

В частности, земли, которые сейчас охранял Грей, находились как раз на границе с Тенсилом. Это означало, что, случись что-нибудь с Рэнделлом, Тенсил не смог бы немедленно двинуть туда войска — Грей бы их остановил.

Стало быть, Рэнделл ни при каких обстоятельствах не сумел бы стать наследным принцем Кайриса.

— Значит, брат Рэнделл… Либо он сам хотел стать королём Тенсила, либо этого желал тот, кто разделил с ним клятву. Или же…

— Он не хотел умирать.

Калиан кивнул и продолжил:

— Брат Рэнделл однажды выразил при мне желание стать королём.

Тогда он обозначил это намерение лишь как расчёт на два-три шага вперёд. Так что на самом деле становиться королём он, вероятно, и не собирался.

— Но таков был выбор нынешнего брата Рэнделла, задумавшего «прибрать меня к рукам». Весьма вероятно, что в прошлой линии времени брат Рэнделл давно отказался от мысли о короне. Пока существовали Бриссены, он всё равно никогда не смог бы её добиться.

— Да, полагаю, мнение принца Калиана верно.

— Насколько я помню, после восшествия брата Рэнделла на трон отношения между Кайрисом и Тенсилом были не так уж плохи. Поэтому я считал, что он не знал, как погибла прежняя королева Айша. Однако вопреки моим ожиданиям, брату Рэнделлу это было известно. Скорее всего, он знал об этом и в прошлом.

Рэнделлу это было известно заранее, и перемены в самом Калиане никак на это не повлияли. Значит, и в прежнем мире Рэнделл наверняка знал, что Айшу погубила Силика.

— Брат Рэнделл достаточно эмоционален, чтобы нарушить клятву ради желаемого. Но с другой стороны, он предельно рассудителен. Сложно поверить, чтобы такой человек стал просто так поддерживать добрые отношения с Кайрисом, зная истинную причину смерти прежней королевы Айши.

Сказав это, Калиан на миг взглянул на Чейза, словно ожидая услышать его мнение. Но Чейз промолчал, и Калиан заговорил вновь:

— Стал бы брат Рэнделл, понимавший, что не сумеет отомстить Кайрису даже став королём Тенсила, по своей воле отправляться туда и занимать престол? Неужели ему было достаточно просто называться «королём», не важно какой страны? Поразмыслив над этим, я пришёл к ответу «нет». Брат Рэнделл не из тех, кто стал бы лично затевать подобное ради одного лишь места на троне. Да и осуществить такое на деле почти невозможно.

Конечно, однажды его расчёты насчёт Рэнделла уже подвели, но на сей раз он был уверен, что не ошибается.

Уж лучше до последнего оставаться в Кайрисе и выжидать случая добраться до сердца Франца — Рэнделл не стал бы зариться на трон бессильного государства и строить козни против короля Тенсила. Да и будь у него такой замысел, нашёлся бы разве кто-то, способный отправиться в Тенсил и лично привести всё в исполнение? Вряд ли.

Додумав до этого места, Калиан посмотрел на Чейза с таким видом, будто упустил из виду какую-то важную деталь.

— Тогда почему вы решили, что это был не несчастный случай?

— В то время погибли все «Птицы», которые за этим следили.

Разумеется, Берн об этом не знал.

Потому что сведениями о Тенсиле распоряжался сам Чейз.

Некоторое время Калиан сидел молча, а затем произнёс:

— Чтобы разрушить Печать Клятвы, вторая сторона договора должна исчезнуть.

— Да, я знаю.

В тот миг, когда умерла Силика, он почувствовал, как спали оковы, сжимавшие его сердце. Это был единственный способ освободиться от Печати Клятвы. Значит, перед Калианом оставалось лишь два пути.

— Похоже, мне придётся выбрать одно из двух: либо разыскать всех, кто связан этой клятвой, и перебить их до единого, либо отказаться от попыток выведать тайны брата Рэнделла.

— Наверняка найдётся сила, противостоящая королю, который сейчас правит Тенсилом. Найдётся и тот, кто попытается управлять принцем Рэнделлом, заманив его на трон Тенсила обещаниями помочь отомстить Кайрису. Точно так же, как Бриссены в Кайрисе.

С этими словами Чейз выдвинул ящик прикроватной тумбочки возле дивана, достал оттуда толстую стопку бумаг и протянул Калиану.

Неброский, очень мягкий почерк.

Чейз написал всё это собственной рукой.

— Тенсил устроен иначе, чем Кайрис, и тамошние силы раздроблены на множество ветвей. Прошу, воспользуйтесь этим, если возникнет необходимость.

Бегло пролистав страницы, Калиан нахмурился.

Там были собраны сведения о дворянских родах, которые один за другим исчезали после восшествия Рэнделла на престол.

Калиан тихо пробормотал:

— … Зачистка.

Рэнделл отправился в изгнание в Тенсил в одиночку и сразу же занял трон. А затем устроил чистку среди знати.

— Это значит, что кто-то помог брату Рэнделлу.

— Либо ему помог тот, с кем была разделена Печать Клятвы, либо Рэнделл объединился с новой силой, чтобы уничтожить прежнего соучастника клятвы. Одно из двух.

Калиан посмотрел на бумаги с выражением человека, перед которым легла очередная сложная загадка.

— Благодарю.

Чейз, пристально глядевший на Калиана, негромко произнёс:

— Завтра я возвращаюсь домой.

Он уже выяснил всё, что хотел, и подготовил всё необходимое, чтобы поддержать Калиана. Помощь была оказана.

Больше не оставалось причин задерживаться здесь.

Да и при всём желании это было невозможно.

При этих неожиданных словах Чейза, прозвучавших столь буднично и вместе с тем странно, Калиан молча сомкнул губы. Глядя на него, Чейз продолжил:

— В начале следующего года я тоже собираюсь начать собирать магов.

То, что он вдруг объявил о завтрашнем отъезде из Кайриса, уже удивило Калиана, но эти слова оказались ещё более неожиданными. Он никак не ожидал подобного от того Чейза, которого знал. Мягко улыбнувшись, Чейз пояснил:

— Кое-кто тут заглядывал ко мне. Целую вечность читал мне нотации, требуя не взваливать на него ещё одну обузу. Похоже, принц Калиан об этом и не догадывался.

Калиан тихо хмыкнул.

Кто же это ещё мог быть, кроме Франца?

Он на миг не смог даже вообразить Франца, который «целую вечность» читает кому-то нотации, и невольно улыбнулся. Чейз же негромко обратился к нему:

— Принц Калиан. Если случится то же самое, что и прежде… можете не защищать Секрецию.

Калиан ничего не ответил.

— Вы уже сделали достаточно.

Это был дар, преподнесённый Берну его старшим братом и королём. Настоящее отпущение грехов.