Фан Цзин не ожидал, что Ян Цзянь так решительно сбросит звонок — даже шанса на переговоры не оставил.

Он всего лишь хотел отделаться от Ян Цзяня, а уж когда выберется из школы и окажется в безопасности — без колебаний откажется от своих слов и не отдаст пергамент.

Но решительность и прямота Ян Цзяня мгновенно вогнали его в панику.

И что ещё хуже — за спиной снова послышались шаги.

Подсказки Ян Цзяня лишь на время помогли ему оторваться от призрака за спиной.

«Что делать, что делать? Как же быть? Без помощи Ян Цзяня мне отсюда точно не выбраться, точно погибну от лап свирепого призрака. Я не хочу умирать! Моё будущее только начинается, с пергаментом я непременно стану в этом мире кем-то особенным — как я могу смириться с тем, чтобы вот так здесь умереть?»

В душе Фан Цзина царила паника, холодный пот струился по лицу, и он машинально продолжал бежать, надеясь хоть немного оторваться от шагов за спиной.

Но всё было напрасно — шаги за спиной становились всё ближе.

Тьма вокруг, казалось, тоже сгущалась, готовая поглотить человека целиком.

«Нет, нельзя, я не могу умереть! Отдам ему пергамент. Ян Цзянь прав: если я умру, то даже зная больше — всё равно бесполезно. К тому же будущее я уже примерно понял и усвоил, ценность пергамента для меня не так уж и велика, как казалось».

Под угрозой смерти ничем нельзя не пожертвовать.

Руки Фан Цзина дрожали, когда он взял телефон и перезвонил Чжан Вэю.

«Ту-ту-ту…»

Телефон ответил.

«Отдам тебе пергамент, отдам, только обещай вытащить меня отсюда!» — выпалил он, не дожидаясь, пока собеседник скажет хоть слово.

С той стороны послышался голос Ян Цзяня: «Брось пергамент на землю, я подойду и заберу».

В этот раз Фан Цзин больше не хитрил — без колебаний достал из кармана стопку тёмно-коричневых листов и швырнул на землю.

«Я сделал, как ты сказал! Помоги, скорее помоги, я не хочу умирать!»

Ян Цзянь сказал: «Сначала научу тебя оторваться от того призрака за спиной. Иди направо».

«Хорошо, спа-спасибо, спасибо тебе!» — Фан Цзин в панике поспешил выполнить указание.

«Ещё правее», — продолжал Ян Цзянь.

Фан Цзин снова послушался — и результат сразу же дал о себе знать.

Шаги за спиной постепенно отдалялись, а потом и вовсе исчезли. Фан Цзин испугался и обрадовался одновременно, понимая, что пока в безопасности.

«Глупец».

Ян Цзянь убрал телефон, по губам скользнула холодная усмешка. Он остановился и посмотрел, как Фан Цзин впереди, среди деревьев, кружит, словно муха без головы, да ещё и радуется — это показалось ему смехотворным.

Шаги, что следовали за Фан Цзином, вовсе не принадлежали призраку.

Это был он сам.

Да, за Фан Цзином не гнался никакой призрак — за ним шёл Ян Цзянь.

Запуганный призраками, Фан Цзин не мог распознать территорию призрака — кто бы мог подумать, что за ним тащится человек?

«Так вот он какой — пергамент с записью будущего?» — Ян Цзянь поднял вещи с земли.

Коричневая кожа, мягкая и отдающая холодом, словно её только что достали из морозильной камеры, источала смутное, зловещее и странное ощущение.

Едва он взял её в руки, как глаз на тыльной стороне его ладони невольно открылся, испуская слабое красное свечение.

«Это не пергамент… это человеческая кожа, и с ней что-то не так», — похолодел внутри Ян Цзянь, и в голове вспыхнула эта мысль.

Он развернул её.

На пергаменте была написана строка.

«Меня зовут Фан Цзин. Когда ты прочтёшь это письмо, я уже буду мёртв. Не удивляйся: я — ты из будущего, через некий особый способ передаю тебе сведения из грядущего. И ты, прежний я, обязательно запомни всё, что написано ниже».

«В этом мире уже появились призраки, это не шутка. Когда ты узнаешь эту новость, будет уже слишком поздно — ты отстанешь от других укротителей призраков минимум на полгода».

«Берегись своего одноклассника Ян Цзяня. В будущем он станет ужасен… я был убит им. Так что ты должен убить Ян Цзяня заранее, иначе твоё будущее “я” непременно погибнет от его руки. Запомни: убей Ян Цзяня».

«Двадцатого июня какого-то года на вечерних занятиях ты встретишь сотрудника Интерпола Чжоу Чжэна, который расскажет тебе о некоторых особых вещах. Это очень важно. Чжоу Чжэн — укротитель призраков из азиатского отделения, позывной “призрачный младенец Чжоу Чжэн”, но он здесь проездом, не принимай его слишком близко к сердцу».

«Берегись призрачного младенца, который выберется из его тела. Эта тварь растёт, и через пару месяцев этот призрачный младенец вырастет в… советую держаться подальше… иначе умрёшь».

«Как можно скорее вступи в Интерпол…»

«Запомни… золото… бумага».

«Держись подальше… беги».

«…призрак…»

Когда Ян Цзянь увидел эти записи, он обнаружил, что буквы на пергаменте стремительно тускнеют и размываются.

Ключевая информация одна за другой стиралась какой-то силой, полностью исчезая на глазах. Плотно исписанный лист превращался в чистый пергамент.

Словно символы на экране компьютера — исчезали один за другим.

Ян Цзянь даже не успел прочитать ничего полезного, как все надписи на пергаменте с информацией из будущего уже пропали.

— Что, чёрт возьми, происходит?

Он глубоко нахмурился и перевернул пергамент туда-сюда.

Действительно, все надписи исчезли, не осталось ни следа.

Глядя на это, Ян Цзянь невольно вспомнил фильм, который когда-то смотрел: если изменить прошлое, изменится и будущее.

Неужели он отобрал у Фан Цзина этот пергамент с информацией из будущего, и поэтому его будущее «я» стёрло следы?

Но не успел Ян Цзянь толком подумать, как на пергаменте снова появились записи.

Штрих за штрихом они возникали на глазах, словно невидимый человек водил по бумаге перьевой ручкой.

«Меня зовут Ян Цзянь. Когда ты прочтёшь это письмо, я уже буду мёртв. Я — ты из будущего, и неким особым способом передаю тебе сведения из грядущего…»

Увидев это, Ян Цзянь похолодел, и его зрачки невольно сузились, пока он смотрел на пергамент в руке: — Что это за чёртовщина…

Это точно не пергамент с информацией из будущего.

Он чувствовал жуткую и зловещую природу этой человеческой кожи. Появившиеся только что надписи стёр не будущий Фан Цзин — эта кожа стёрла их сама.

Она сменила хозяина и должна была стереть сведения прежнего владельца, поэтому сейчас создавала записи Ян Цзяня.

— Нельзя верить тому, что там написано. Эту штуку нельзя оставлять.

Взгляд Ян Цзяня замерцал; он ощутил неведомый страх.

Он оглянулся по сторонам, желая выбросить эту человеческую кожу в канализацию и навсегда от неё избавиться.

Но на пергаменте появилась вереница символов: «Только не выбрасывай, только не выбрасывай… я могу тебе помочь».

«…без меня ты умрёшь… умрёшь скоро» — все надписи исчезли, остались лишь два слова: «Оставь, оставь».

Эти два слова повторялись снова и снова — кривые, беспорядочные, разного размера, они покрывали всю человеческую кожу.