За учебным корпусом раскинулся школьный стадион.

Огромный стадион, свет погас, всё тонет в полумраке — но всё же куда лучше, чем внутри корпуса.

Тьма в здании была такой густой, что, казалось, вот-вот проглотит человека целиком; здесь хоть и сумрачно, но всё вокруг ещё можно разглядеть.

Только добежав сюда, остальные понемногу отпустили страх.

Все почти обмякли и попадали на землю, хватая ртом воздух, — подняться не было сил.

Дело не в выносливости: слишком долго они просидели взаперти в корпусе, а дикий ужас плюс отчаянный бег в один миг вымотали их до предела.

— Напу-угался я, — дрожащим голосом протянул один парень. — Только что было так жутко… такое близкое расстояние, почти передо мной, этот младенец сидел на плече у Ван Шаньшань и смотрел на меня… Я вообще не заметил, когда он туда заполз.

— Это точно призрак, этот младенец точно призрак, тут кругом призраки, повсюду, нам конец, конец… — бледная девчонка уже была не в себе.

— Погодите, Ван Шаньшань же схватил тот призрак, а почему тогда и Ян Цзянь пропал? — вдруг подала голос Мяо Сяошань.

Она сидела с Ян Цзянем за одной партой, они были знакомы ещё со средней школы, поэтому за ним она всегда приглядывала.

Чжан Вэй обвёл взглядом округу — Ян Цзяня и правда нигде не было.

Он не удержался и потёр уголок глаза: — Ян Цзянь прожил жизнь с честью и погиб смертью храбрых, героически пожертвовал собой, чтобы нас спасти. Он был сыном народа, я его не забуду. Буду потом на праздники жечь ему бумажные деньги, а если у семьи будут похороны — отвалю побольше, чтобы проводили его с почестями. Всё-таки при жизни он был человеком приличным.

— Мяо Сяошань, ты тоже не убивайся, мёртвых не воскресить. Отдохните тут немного, а я схожу проверю, точно ли Ян Цзянь уже того… Если точно, тогда и решим, как выбираться.

Сказав это, Чжан Вэй стиснул зубы и собрался идти обратно на разведку.

— Чжан Вэй, судя по твоим словам, могу с уверенностью сказать: дружба у нас пластмассовая. В следующий раз, если снова наткнёмся на призрака, я тебя точно спасать не стану — пусть сам выживаешь как хочешь, — вдруг раздался голос Ян Цзяня за спиной.

Все обернулись — он шёл, поддерживая Ван Шаньшань.

— Ян Цзянь, ты невредим, вот здорово! — обрадовалась Мяо Сяошань.

Остальные, увидев, что Ван Шаньшань и Ян Цзянь целы, тоже воспрянули духом — это была единственная хорошая новость за сегодня.

С самого начала из их класса погибло слишком много народу.

— Повезло, отделался лёгким испугом, — кивнул Ян Цзянь.

Чжан Вэй возбуждённо заговорил: — Ян Цзянь, я так и знал, что с тобой ничего не случится! Я это так, просто к слову сказал, ты только не принимай близко к сердцу. Ты уж в следующий раз обязательно меня спасай, я теперь до конца жизни на тебя рассчитываю.

— Мне мужики неинтересны, спасаю только красоток, — ответил Ян Цзянь. — Красотка хоть отблагодарить может, собой, а на худой конец потом домашку за меня сделает. А какой прок спасать мужика? В орлянку с ним играть?

Стоявшая рядом Ван Шаньшань чуть покраснела и смущённо потупилась.

— Не будь таким бессердечным, я же тебе все свои ресурсы отдал, ничего не зажал, мы с тобой братаны, должны друг за друга держаться, тем более вместе через такое прошли, — сказал Чжан Вэй. — Стой, что-то не сходится. Как вы с Ван Шаньшань вообще выбрались из такой передряги?

Внезапно лицо его переменилось, и он с подозрением уставился на Ян Цзяня.

— Разумеется, одним ударом отправил того младенца в полёт, схватил Ван Шаньшань и выбежал. А ты как думал я выбрался? — сказал Ян Цзянь.

Чжан Вэй посерьёзнел: — Братан, в том корпусе призраки! В то, что У Сун тигра уложил, я ещё поверю, а ты осмелился призрака бить? Да брось ты. Теперь я сильно сомневаюсь, что ты вовсе не Ян Цзянь, а перевёртыш-призрак, который хочет втереться к нам в доверие и всех перебить. В ужастиках всегда так показывают.

После этих слов и без того перепуганные насмерть люди с ужасом уставились на Ян Цзяня.

Словно он и впрямь был призраком.

— Опять ты за своё. Нельзя что ли хоть немного головой думать? Каждый день подозреваешь то того, то этого в том, что он призрак. Встретил бы ты настоящего призрака — давно бы дух испустил, не до разговоров тут было бы, — сказал Ян Цзянь.

— Раз так, задам тебе один вопрос: как моё английское имя? По-го-ди, стоп, сменим вопрос, этот мы уже задавали в корпусе, вдруг у стен есть уши и призрак уже подслушал. Спрошу другое: как английское имя Чжао Лэя? — Чжан Вэй сделал вид, что невероятно проницателен.

Казалось, он гордился своей осмотрительностью и осторожностью.

— Понятия не имею, — ответил Ян Цзянь.

— А с тобой точно что-то не так. Английское имя Чжао Лэя — Вошишаби. Держитесь от него подальше, — Чжан Вэй поспешно отступил на несколько шагов и приготовился в любой момент дать дёру.

Ян Цзянь переспросил:

— Погоди, я не расслышал. Повтори, какое у Чжао Лэя английское имя?

— Хе-хе, не знал, да? Английское имя Чжао Лэя — Вошишаби, — холодно усмехнулся Чжан Вэй.

— Кто я? — сказал Ян Цзянь.

— Вошишаби.

Ян Цзянь кивнул:

— Так ты всё-таки в курсе, что ты придурок. Значит, не всё ещё потеряно.

— ... — Чжан Вэй.

Ван Шаньшань, Мяо Сяошань и остальные смотрели на него взглядом, каким обычно утешают умственно отсталых.

Только что Чжан Вэй самоотверженно сражался с воздухом и ничем не отличался от слабоумного. Рядом с Ян Цзянем он выглядел как бронза против короля — ведь выжили они только благодаря тому, что Ян Цзянь вёл их за собой и прикрывал сзади.

— Да чтоб тебя, я не придурок! — изо всех сил возразил Чжан Вэй.

— Он что, понял мой взгляд? — один из одноклассников округлил глаза, про себя изумившись.

— Я... — Чжан Вэю хотелось расплакаться.

Но сейчас было не до отдыха.

Ян Цзянь сказал:

— У меня телефон сел. Кто-нибудь знает, сколько сейчас времени?

— Мои часы, кажется, сломались. Смотрите, сейчас четыре часа ночи, — Мяо Сяошань с удивлением посмотрела на мультяшные часики у себя на запястье.

— Ого, у меня на телефоне тоже четыре ноль пять. А ведь только что было полдевятого.

— Когда успело столько времени пройти?

Все заметили, что со временем что-то не так.

Ян Цзянь обернулся, взглянул на окутанное тьмой здание школы вдалеке и сказал:

— Время сейчас не главное. Я вот о чём думаю: здесь случилось такое, прошло столько времени — почему снаружи вообще никакой реакции?

— Точно, я же до этого в полицию звонил.

— Я маме звонила.

— Вокруг так тихо. В это время за школой обычно машины шумели, а сейчас даже огонька фар не видно.

Ян Цзянь поднял голову и посмотрел на небо.

Тусклое, без единого просвета, будто затянутое мглой. Ни лунного света, ни звёзд — а такого просто не бывает.

— Ян Цзянь, что происходит? — Чжан Вэй тоже почуял неладное, и страх снова подступил к сердцу.

— А что тут может происходить... Мы всё это время внутри территории призрака.

Лицо Ян Цзяня напряглось, и он негромко произнёс:

— И главное — мы всё это время так и не выбрались. Территория призрака — это не только учебный корпус: в неё входит и спортплощадка, а может, и ещё больше. Просто раньше корпус, скорее всего, был в самом центре, а теперь мы чуть ближе к краю. Или… этот призрак двигается, и его территория смещается вместе со стариком. Но старика мы нигде вокруг не видим, так что нас это пока не особо задевает.

— Хотя мне больше кажется, что территория призрака — это особое замкнутое пространство. Неважно, в центре ты или с краю: насколько сильно тебя цепляет — не так уж важно, а вот выбраться оттуда одинаково трудно. И расстояние тут, похоже, вообще не главное.

— Другими словами, мы в ловушке, как птицы в клетке. Клетку передвигают, и птицам приходится двигаться вместе с ней — просто сам толчок мы не чувствуем.

— И что… что теперь делать?

Дрожащим голосом спросила стоявшая рядом Ван Шаньшань. Она вцепилась в руку Ян Цзяня и невольно прижалась к нему, будто уже видела в нём своего спасителя.

Она была готова поклясться, что больше никогда в жизни не хочет пережить то, что случилось на лестничной площадке.

Остальные тоже смотрели на Ян Цзяня — со страхом и надеждой, — ожидая, что он придумает, как окончательно убраться из этого проклятого места.

Ян Цзянь молчал, поглаживая закрытые глаза на тыльной стороне ладони.

Выбраться отсюда, пожалуй, можно только одним способом: снова воспользоваться силой свирепого призрака.

Но Чжоу Чжэн говорил: каждый раз, когда используешь силу свирепого призрака, тот внутри тебя пробуждается ещё чуть-чуть, и ты оказываешься на шаг ближе к смерти. Похуже яда будет.

«Не зря Чжоу Чжэн в конце сказал, что стать укротителем призраков нужно не только ради других, но и ради себя. Потому что иногда спасаешь не только людей — себя от свирепого призрака тоже приходится спасать», — подумал про себя Ян Цзянь.

— Но перед этим я должен кое в чём разобраться и заодно закрыть один должок. Иначе и умирать неохота.

Приняв решение, Ян Цзянь сказал:

— У кого в телефоне есть номер Фан Цзина? Дайте мне. Если я не ошибаюсь, он застрял здесь так же, как и мы.