После того как Саймон Эвразия и Эскардо Штенберг за два дня выследили и сразили владыку Горного хребта Курт…

Слухи о свирепой битве, стершей с лица земли целую горную гряду, молниеносно облетели все пограничье.

Прошла еще одна неделя. К тому времени, когда трое пострадавших в зачистке молодых господ наконец пришли в сознание, Саймон Эвразия и Эскардо Штенберг уже вернулись в родовое поместье.

…

Я осушил чашу с отваром, оставленным аптекарем Бастони.

Коль—!

— …

Лицо невольно исказилось от острой боли в сердце.

Расплата за то, что в минувшей битве я через силу подгонял ману вопреки бушующему обратным ударом телу.

«Придется проваляться в постели целый год, но… не чудо ли, что я вообще выжил?»

Поставив пустую склянку из-под восстанавливающего снадобья, я перевел дух.

В навязанном бою со вторым Убийцей рыцарей я разил клинком, готовый к тому, что Сердце маны разлетится на куски, а живое сердце остановится навсегда.

То, что все обошлось лишь ноющей болью, можно было счесть невероятной удачей.

«Хотя вряд ли дело только в везении».

Я горько усмехнулся странным ощущениям в Сердце маны.

Один лишь его размер увеличился раза в три по сравнению со сферой 6 звезд.

«В тот миг я определенно ступил на ступень 7 звезд».

И то, что последствия самоубийственного удара ограничились лишь этим, стало возможным благодаря перестройке плоти при выходе на уровень Сверхчеловека.

Поднявшись с постели, я подошел к стоявшему в комнате зеркалу.

Длинный рубец тянулся от шеи к самому плечу.

След от раны, полученной в схватке с Убийцей рыцарей, так и остался на коже.

«Спасибо тебе».

В памяти всплыл разговор с Эданом, случившийся сразу после потери сознания.

Непобедимый рыцарь из тех времен, когда он еще не перешагнул порог Сверхчеловека и не познал истинной грани жизни и смерти.

Не будь тех воспоминаний о нем, добычей в той бойне стал бы я сам.

— Говорят, чтобы свести шрамы, нужно идти на поклон в храм?

Обернувшись на голос, я увидел вошедшего в спальню Юлиана.

Я вновь поймал себя на мысли, что нахожусь на чужбине. Будь мы в главном замке Эвразии, никто бы не посмел столь бесцеремонно вламываться в мои покои.

— Что стряслось?

— Разве мог я сидеть сложа руки, зная, что мой стратег ранен?

«Мой стратег…»

Я молча окинул Юлиана взглядом.

Из четырех молодых господ он завершил зачистку в наилучшем состоянии.

— До меня дошли слухи, тебе придется восстанавливаться целый год.

Целый год.

Пока внутренние повреждения не затянутся окончательно, мне придется воздерживаться не только от циркуляции маны, но и от тренировок с мечом.

Суровый приговор для рыцаря, стоящего на пороге качественного рывка.

Я отнесся к этому с полным спокойствием и спросил о новостях, последовавших после моего беспамятства.

Общие сведения мне уже поведал жрец, но требовалось выяснить детали.

— Второго Убийцу рыцарей сразил лично сэр Эскардо. Говорят, он оборвал жизнь твари одним-единственным ударом.

Я молча кивнул.

Именно эта весть меня и занимала больше всего.

«Убийца рыцарей ступил в ранг Сверхчеловека, но оставался незавершенным. Будь он полноценным созданием такого масштаба, никого из молодых господ уже не было бы в живых».

Включая и стоявшего передо мной Юлиана.

Хотя сам он, судя по всему, об этом даже не догадывался.

— Глава рода тоже наведался сюда. Едва прибыв, он сразу поднялся в горы и вступил в бой.

Юлиан слегка вздрогнул, вспоминая пережитое.

Гнетущее присутствие главы рода ощущалось даже из центрального пояса хребта, а потом…

— Небо раскололось надвое. Глава рода явно постиг силу, подобную божественной Власти.

— …

Владыкой горного массива являлся архилич, достигший ранга 8 звезд.

Юлиан с горящими глазами пересказывал битву главы рода:

— Спустившись с горного хребта, глава рода выглядел так же величественно, как и всегда.

— Вот как.

— И он лично передал мне наказ: ждать встречи в главном замке!

— Понятно.

— Ха-ха-ха! Клянусь, так и сказал!

Юлиан довольно рассмеялся и продолжил.

По его словам, сразу после зачистки владыки глава рода вскочил на коня и верхом отправился обратно в Эвразию.

Слушая эту героическую оду, густо сдобренную домыслами брата, я обратил внимание на иную деталь:

«Раз он не смог воспользоваться даже Камнем перемещения, приступ Разрыва сердца оказался по-настоящему тяжелым».

Очевидно, что Магический камень архилича отправили вперед через Камень перемещения, и главный аптекарь сейчас вовсю готовила спасительное зелье восстановления.

«Если главный аптекарь преодолела свой глухой тупик, она без труда изготовит нужное снадобье… Значит, зачистка официально и бесповоротно завершена?»

Пусть и ненадолго, но я прикоснулся к уровню 7 звезд.

Чтобы не растерять это бесценное ощущение, следовало как можно скорее вернуться в клан и сосредоточиться на восстановлении тела.

— Когда мы выступаем обратно?

— Куда спешить? Из замка поступил приказ.

— …?

— Бастони устраивают триумфальный пир в честь победоносного завершения зачистки.

— С чего вдруг такой приказ? — нахмурился я.

Устраивать пиршество сразу после бойни не являлось чем-то необычным.

Даже после обильного кровопролития клан обязан был продемонстрировать незыблемость своей мощи и укрепить союзы.

Но мы находились во владениях Бастони, а не в родовом замке Эвразии, да и мое физическое состояние оставляло желать лучшего.

— Поступило распоряжение: всем молодым господам присутствовать без исключения. Глава рода лично повелел это перед отъездом. Ну, брат Пайан уже отбыл в замок — решать вопрос с протезом для руки.

«Отличный предлог, чтобы скрыть истинное состояние главы рода».

Юлиан, даже не догадывавшийся о подоплеке, сиял от распиравшего его самодовольства:

— Чтобы смыть память о крови, пролитой в Горном хребте Курт, пир закатят грандиозный. Не удивлюсь, если съедутся все окрестные владетели.

В этой кампании Юлиан заслужил бесспорные воинские заслуги.

Теперь, когда влияние Пайана сошло на нет, многие неизбежно попытаются наладить мосты с третьим принцем.

— Что с остальными орденами?

— Скверно, — цокнул языком Юлиан и вкратце обрисовал масштаб потерь.

Орден Черных Рыцарей уничтожен, а передовой отряд Ордена Алых Рыцарей потерял убитыми и тяжелоранеными ровно половину бойцов. На этом фоне урон Белого и Синего орденов выглядел незначительным.

«Слишком горько называть это неизбежной жертвой».

Единственным утешением служили перемены, ожидавшие воинов, выживших в схватке с Убийцами рыцарей. Преодоление смертельного порога и Великое озарение неминуемо подстегнут их рост.

То же самое касалось Демиана и Пайана.

— Киллиан, пройдя через эту зачистку, я уверился в одном.

— В чем же?

— Если мы объединим силы, победа в борьбе за наследование — лишь вопрос времени.

В глазах Юлиана читалась невиданная прежде спесь.

«Чем дольше я его знаю, тем яснее вижу, насколько он прост».

Доходило до мысли, что ради будущего Эвразии этому человеку стоило бы добровольно сойти с дистанции. Впрочем, вслух я этого не произнес: союз с этим простофилей пока оставался для меня полезным.

— Мне нужно отдохнуть. Учебные бои нам в ближайшее время не светят, так что встретимся на приеме.

Как и в начале похода, я безапелляционно указал ему на дверь, но на сей раз реакция Юлиана оказалась иной.

При мысли о том, что скрещивать со мной мечи больше не придется, его губы расплылись в довольной улыбке:

— Да, набирайся сил. Загляну к тебе перед самым началом пира.

Убедившись, что Юлиан ушел, я опустился на постель.

«Похоже, на какое-то время я прикован к покою».

Я прикрыл веки.

Тяжесть минувшей зачистки взяла свое, и сон мгновенно окутал сознание.

…

Западное пограничье.

В кабинете главы рода Корнелия, признанного гегемона этих земель, мужчина просматривал донесение.

То был Селрот Корнелия — исполняющий обязанности главы рода и мастер-маг 7 звезд.

— Архилич… Значит, он все-таки переступил черту.

Он провел рукой по аккуратно подстриженным фиолетовым волосам и спросил:

— Шарль, изложенные в докладе сведения верны?

— Да, дядя. Я лично перепроверила все с помощью «Ясновидения».

Шарль Корнелия, вторая дочь рода, чьи роскошные фиолетовые волосы ниспадали до самых плеч, ответила мягкой улыбкой.

Селрот одобрительно кивнул.

Ее достижение — закрепление на ранге 5 звезд в двадцать пять лет — внушало уважение, однако истинная ценность девушки заключалась во владении тайной родовой магией.

«Ясновидение».

То, что на промежуточной ступени 5 звезд она могла применять заклинание, обычно подвластное лишь мастерам 7 звезд, служило лучшим тому подтверждением.

Даже при подпитке маной от Башни магов и поддержке подчиненных чародеев подступиться к подобному без абсолютного понимания магической формулы было невозможно.

— Гарольд Макканн стал архиличом и владыкой Горного хребта Курт, а глава Эвразии лично лишил его жизни. Для Корнелии такой исход прискорбен во всех отношениях.

— От главы рода по-прежнему никаких вестей?

— Увы. Главный аптекарь и заместитель первосвященника Храма Рото время от времени наведываются проверить его состояние, но… придется еще подождать.

Селрот тяжело вздохнул, вспомнив о старшем брате, ушедшем в глубокую уединенную медитацию.

Хель Корнелия — мастер-маг 7 звезд и архимаг, чье грозное имя «Пламенный Император» гремело по всему континенту.

Он ушел в затворничество примерно в одно время с Саймоном Эвразией, но ощутимых плодов это пока не принесло.

— Если этот Гарольд Макканн действительно достиг 8 звезд, его гибель могла бы даровать Великое озарение для прорыва главы нашего рода, — с досадой цокнул языком Селрот.

Последним зафиксированным рангом Гарольда Макканна значилась промежуточная ступень 7 звезд. Специализируясь на магии модификации плоти, он долгое время пользовался поддержкой рода Корнелия и делился плодами изысканий.

Пять лет назад чародей ушел в Горный хребет Курт под предлогом поиска подопытных образцов, после чего связь с ним оборвалась.

Лишь недавно через Западное отделение Хеннесси, отношения с которым пошли в гору, удалось выяснить, что маг затворился в горах.

И буквально сразу после этого Эвразия начала свою зачистку.

— Мы оплошали, не учтя, что архимаг подобного калибра способен превратиться в чудовище.

Владыки хребтов возводили свои владения в недосягаемых горных недрах и не покидали их. А поскольку вокруг них естественным образом скапливались полчища монстров, служивших подобием личной гвардии, подступиться к ним без полномасштабной зачистки было невозможно.

— Для нашего рода это серьезный удар.

— Из-за Разрыва сердца?

— Именно.

Род Корнелия унаследовал множество тайных чар и сокровенных знаний из записей предков. Благодаря этому они сумели возродить Башню магов на пограничье и взращивали как минимум двух магов 7 звезд в каждом поколении.

О том, что достигшие ранга 8 звезд страдают от симптомов Разрыва сердца, им также было известно из древних хроник.

— У Эвразии есть выдающийся главный аптекарь.

— Лоэн Фавр. Ты о том мастере снадобий, про которого упоминал глава рода?

— Полагаю, даже ей не под силу справиться с симптомами Разрыва сердца, но… совпадение по времени настораживает.

Если Гарольд Макканн стал архиличом и владыкой хребта, его сердце идеально подходило на роль ингредиента для снадобья, подавляющего Разрыв сердца.

Корнелия потеряла сразу два козыря: результаты исследований Макканна и рычаг давления в переговорах с Эвразией.

— Дядя, это не все, что открылось мне через «Ясновидение».

— Хм?

— Дело в четвертом молодом господине Эвразии.

Селрот нахмурился, извлекая из памяти полузабытые слухи:

— Четвертый молодой господин… Ах да, бастард, привезенный с континента.

— Верно. Его зовут Киллиан Эвразия.

— Точно. Совершенно заурядный юноша. Почему ты вспомнила о нем?

— Полагаю, четвертый молодой господин покорил ранг 6 звезд.

— Что?…

Хмурое лицо Селрота вытянулось от неподдельного изумления.

— Похоже, в наши сведения закралась ошибка. Не исключено, что Эвразия намеренно распускала слухи, чтобы отвести глаза.

— Ха…

Среди четырех молодых господ рода Эвразия лишь двое обладали навыками, заслуживающими внимания: признанный гений Демиан Эвразия и второй молодой господин Пайан Эвразия. Если судить шире, можно было приписать к ним третьего принца Юлиана, тянувшего на уровень посредственного мечника.

Но четвертый молодой господин — младший из братьев, считавшийся бездарем, — внезапно достиг 6 звезд?

«Неужели его втайне ковали, чтобы использовать как тайный клинок главы рода?»

Иного объяснения попросту не находилось.

— Если так… Саймон Эвразия ловко обвел меня вокруг пальца.

В отличие от окаменевшего лица Селрота, на губах Шарль по-прежнему играла безмятежная улыбка:

— Я слышала, в замке Бастони устраивают пир. И все молодые господа Эвразии примут в нем участие.

— Намерена отправиться туда?

— Брату Арлесу как раз не помешает встряска.

Арлес Корнелия, старший сын рода, закрепился на ранге 5 звезд в возрасте двадцати шести лет. Подобно главам семейств, он с давних пор соперничал с Демианом Эвразией.

— Как исполняющий обязанности главы рода, я даю согласие. Подбор свиты оставляю на твое усмотрение.

— Благодарю, дядя.

Шарль мягко улыбнулась, вспоминая увиденную через «Ясновидение» схватку рыцарей с Убийцей рыцарей.

И того сереброволосого юношу, чей клинок разил чудовище с такой пугающей невозмутимостью.

«Киллиан Эвразия. С нетерпением жду нашей встречи».

Она и сама не заметила, как уголки ее губ приподнялись в предвкушении.

«Ох, горе… У Шарль снова разгорелось любопытство», — с тревогой подумал Селрот, глядя на племянницу.

Глава 36