То ли нарочно, то ли искренне забыв, дамы-гостьи часто оставляли при визитах вещи вот так. Обычно прислуга находила их при уборке до отъезда гостей и возвращала, так что никому не приходилось проделывать путь дважды.

Однако говорили, что Клара оставила перчатки не в банкетном зале, а в уборной при гостиной, поэтому никто не заметил их до сих пор.

— Она проделала весь этот долгий путь только ради пары перчаток?

Расстояние от баронского поместья Веро до владений Конте было отнюдь не коротким.

С такими усилиями, тратами и временем куда проще было бы купить новую пару.

— Я тоже так подумала, но она упомянула, что они принадлежали её покойной матери, так что потерять их было немыслимо.

— Понятно.

Раз уж она зашла так далеко и явилась лично за ними, добавить было нечего. Она могла просто забрать их и уйти.

Адриан счёл вопрос закрытым и собирался было отпустить его, но миссис Линд не отступила.

— Почему вы утруждаете себя докладом мне об этом?

— Что ж, раз уж она проделала весь этот путь… она ведь не чужая, а племянница баронессы Веро. Разве не подобает вашей светлости показаться перед ней, прежде чем отправить её восвояси?

Любой бы увидел, что это дело рук баронессы Веро. Смехотворная, прозрачная уловка, чей скрытый умысел был очевиден.

Если он просто откажет ей сейчас, болтливая баронесса Веро в следующий раз может притащиться сама. Куда лучше было бы покончить с этим сейчас с Кларой, которая, по крайней мере, казалась тихой, прежде чем замок превратится в шумный балаган.

— Хм.

Адриан скрестил руки, словно размышляя, бессмысленно глядя в потолок затуманенными глазами.

Как же раздражает.

Вдобавок ко всему, Адриан чувствовал ещё меньше расположения к девушке просто потому, что услышал имя Клара из уст Дианы.

Одна мысль об этом снова его злила.

— Хорошо. Где она?

— Ждёт в гостиной на первом этаже.

— Я спущусь.

Поднявшись с места, Адриан накинул пиджак, висевший на стуле, и направился вниз.

Отпустив лакея, пытавшегося последовать за ним, Адриан вошёл в гостиную без стука. Клара, глядевшая в окно, обернулась на Адриана испуганными глазами.

Она задрожала, словно пойманная с поличным на месте чего-то неблаговидного.

Хотя Адриан прекрасно понимал, что это затея баронессы, он всё же вежливо поприветствовал её.

— Прошу прощения, что заставил ждать, леди Уимзи. В последнее время меня завалило работой, и трудно выкроить время.

— Ах, нет. Я вовсе не долго ждала, милорд.

Как только Адриан быстро занял место во главе, Клара грациозно опустилась на тканевый диван рядом.

Закинув длинные ноги — выставив напоказ прохладные эмалевые туфли — Адриан не пытался скрыть, насколько он занят. Он надеялся, что Клара уловит намёк и перейдёт прямо к делу.

И всё же Клара лишь вертела в руках перчатки, которые с таким трудом нашла, храня полное молчание.

«Как же утомительно».

Даже после того, как он прямо упомянул, что занят, ей не хватило такта перестать тратить его время.

Адриан ритмично постукивал пальцами по подлокотнику.

По несчастью, большие настенные часы были скрыты за массивным декоративным растением, оказавшись вне поля зрения Адриана.

Часть его хотела встать и выйти прямо сейчас, но ради поддержания благородного, джентльменского образа графа Конте выбора не было. По крайней мере, в его постели ждала милая игрушка, на которой можно было выместить весь этот стресс, так что это было терпимо.

— Милорд.

— Да.

После колебаний Клара собралась с духом, глядя на точёное лицо Адриана — лицо, способное в мгновение ока украсть сердце любой женщины, — и заговорила.

— М-Могли бы вы… посетить со мной Праздник Основания?

— Праздник Основания?

Адриан слегка склонил голову, припоминая, когда проводится Праздник Основания. Он помнил, что это следующая осень. Не только до него было больше года, но, к её несчастью, у Адриана уже был другой спутник.

На свой день рождения Адриан сообщил посланнику короля, что намерен жениться на Диане Кэтлин. Он потратил немало времени, оформляя официальную просьбу к Его Величеству о выдаче разрешения на брак.

Хотя семья Кэтлин пала ещё до того, как Диана достигла совершеннолетия, огромное богатство и власть графа Конте могли легко её восстановить.

Даже если титул был лишь номинальным, она технически была благородного происхождения, так что у короля не было причин отказывать в браке.

А поздним вечером накануне посланник короля прибыл с официальным разрешением на брак.

Поскольку Адриан хранил его в тайне, не говоря ни душе, никто в доме пока об этом не знал.