Оставшись в тронном зале один на один с императором, Лиотар на мгновение задумался.

О той абсурдной ситуации, когда Асин Джудин просто выбила двери ногой, тогда как ему самому пришлось ждать аудиенции положенное время.

Это было неслыханное проявление неуважения, но император Визе не проронил ни слова, и Лиотар тоже был вынужден хранить молчание. Напротив, император лишь раскатисто смеялся, наблюдая за Асин так, словно она показывала милые фокусы.

В тронном зале находились только они вдвоем, но снаружи, как всегда, толпилось множество людей. Золотой холл, где целыми днями собирались знатные вельможи для праздных разговоров, а министры обсуждали насущные дела. Император позволил Асин устроить такое представление на глазах у всех.

Словно насквозь видя мысли Лиотара, опершийся на подбородок Визе произнес:

— Я приношу извинения за дерзость Асин вместо нее.

— Не стоит, Ваше Величество.

— Уж очень эта девчонка горяча.

Визе намеренно продемонстрировал ему — нет, всей империи — монаршую милость, которой Асин пользовалась, даже не осознавая этого.

— Разве она не прелесть? Я отродясь не видел никого милее моей Асин.

— ……

Это было недвусмысленное давление: кто посмеет отказаться от человека, столь горячо любимого могущественным правителем, поставившим точку в затяжной континентальной войне?

— Она дорога мне как сестра. Отнесись к ней со всем уважением и проведи с ней всю жизнь.

Однако, сколь бы милой ни казалась эта маг императору, в его собственной жизни для Асин Джудин места не было. Всю дорогу в императорский дворец после бессонной ночи Лиотар коротко обдумывал, найдется ли ответ лучше того, что он уже носил в сердце.

Но в конце концов:

— Не согласен.

Это был отказ, которого следовать не должно, но Визе даже не удивился.

— Надо же. Впервые вижу, как ты от чего-то воротишь нос. В чем дело? Что не так?

Визе поманил рукой Лиру — кошку, которая крутилась у дверей, откуда только что вышла Асин.

— Ты, у которого сроду не было никаких четких «за» или «против», вдруг так решительно заявляешь «не согласен»? Не «невозможно» и не «не буду», а именно «не согласен»? Признаться, мне даже любопытно почему.

С еще более забавным выражением лица Визе оперся подбородком на руку и погрузился в раздумья.

— Разве это не идеальная пара для твоего положения? Асин не станет помогать твоему отцу, она тем более не станет заложницей, за которую тебя смогут зацепить, да к тому же в случае чего она способна стать твоей сильнейшей военной мощью. Сейчас тебе нужен именно такой союз.

— Почему именно она?

Визе прищурил один глаз.

— Вы хотите обеспечить леди Джудин политическую опору?

— Разве не ты у нас самый выдающийся?

Императорский указательный палец небрежно ткнул в сторону лица Лиотара.

— Асин я даю только самое лучшее.

— ……

— Тебе стоит получше приручить Асин. Она не сдвинется с места, если сама того не захочет.

Кошка императора запрыгнула ему на колени. Визе погладил Лиру по лбу, и та издала чистое «мяу».

— Если женишься на Асин, я исполню и твою просьбу. Ты ведь просил закрыть глаза на все события в Айлеме на ближайший год? Хорошо, я добавлю еще два и дам тебе три.

— Эта просьба никак не связана с браком.

— О нет, связана, и самым прямым образом.

— ……

Лиотар долго смотрел на то, как Визе гладит кошку. Пытаясь просчитать истинные намерения правителя, он прямо ответил:

— Три года или вся жизнь.

— Ты же не собираешься ставить на кон в эти три года всю свою жизнь, верно? По-моему, очень честно.

Визе был уверен. Лиотар затеял войну за наследство в Айлеме и рассчитывал занять место главы рода меньше чем за год. И Визе ни на секунду не сомневался, что тот потерпит поражение. Впрочем, так думал не он один. Да и сколько вообще в этой империи людей, готовых поставить на проигрыш Лиотара?

Так что протянуть руку испытывающему временные трудности Лиотару было делом абсолютно беспроигрышным.

Визе с самого начала недоумевал, почему дом Айлем предал Лиотара. Впрочем, у столь древнего владетельного рода, из поколения в поколение правившего целым регионом, наверняка были свои причины. Империя держалась на союзе вассальных владений, и Визе предпочитал, чтобы каждый владетельный дом тихо, без лишнего шума, разбирался с собственными проблемами.

Ему вовсе не улыбалось слушать о внутренних распрях у себя в столице. Раз уж в Айлеме возникли какие-то проблемы и Лиотар собирался разобраться с ними тихо, Визе был только рад.

— Другой на моем месте выбирал бы что-то одно, а я предлагаю оба варианта сразу. Разве я не щедр?

Брови Лиотара едва заметно дрогнули. Подперев щеку рукой, Визе усмехнулся.

— Вот только попадаться мне на глаза тебе не стоило.

— О чем вы?

— Быть может, всё дело в том, что сижу высоко, но от меня ничего не утаишь. Кто на кого смотрит, куда направляется, что пытается скрыть.

Визе загадочно улыбнулся, восседая на троне.

— Кроме этого брака у тебя нет другого способа выиграть время. Я не выделю тебе ни единого дня. И что же ты будешь делать?

Словно соглашаясь со словами императора, Лира коротко мяукнула. Похвалив кошку за сообразительность поглаживанием по голове, Визе сделал знак рукой:

— Так что подумай хорошенько, а теперь ступай.

Когда Лиотар вышел из тронного зала, в коридоре толпилось куда больше народу, чем раньше. Тяготясь собственным положением объекта для сплетен, он зашагал по галерее. В окне промелькнула покидавшая императорский замок Асин. Шагая размашисто и гневно, она заставляла приближавшихся вельмож расступаться перед ней в обе стороны. Походка явно выдавала человека, которого довели до белого каления.

Особняк Асин ломился от императорских даров.

Опустившись прямо на сверкающий не хуже дворцового ковер, Асин принялась яростно дрыгать ногами в воздухе, пока туфли не слетели с ее ног.

— Император что, окончательно рехнулся? Это же полнейший бред.

Брачный союз?

Конечно, в глубине души она смутно понимала, что рано или поздно это придется сделать. Но не так же. Точнее, это точно не должен был быть Лиотар ван Мур. Обхватив руками растрепанные волосы, Асин мысленно вернулась к воспоминаниям о нем.

Примерно десятый день после окончания войны.

Весь путь назад армейский лагерь гудел от праздников. С бутылкой и двумя бокалами в руках Асин вошла в палатку Лиотара.

Несмотря на то, что он наверняка слышал ее шаги, Лиотар по-прежнему сидел за столом для совещаний, углубившись в бумаги.

— Мур.

На зов Асин мужчина лишь бросил на нее косой взгляд и легко кивнул. Когда она умолкла, его карие глаза снова вернулись к документам.

Подойдя к столу для главенствующих лиц, Асин наполнила бокалы и протянула Лиотару тот, от которого пахло сладким фруктовым вином.

— Благодарю.

— Невероятно. Кругом все празднуют, а ты уже несколько дней сидишь один в этой унылой палатке и ковыряешься в бумажках. Ты вообще человек?

Лиотар лишь пригубил вино и поставил бокал обратно. Пить дальше или выбираться наружу он явно не собирался.

Разве это не потрясающий в своей убогости экземпляр? Закончилась многолетняя война, день за днем гремят празднества и раздаются награды, а этот человек даже носа не высовывает из-за письменного стола.

Подперев щеку рукой и глядя на него, Асин сделала глоток.

— До чего же странный тип.

Она попыталась заглянуть в бумаги, но те лежали под таким углом, что ничего разобрать не удавалось.

— Чего ты там такое разглядываешь? Помочь?

Стоило ей чуть приподнять край листа, как его перо наконец замерло. Аккуратно отложив птичье перо, он посмотрел прямо на Асин.

— По какому делу?

Внутри палатки все окрасилось в багрянец заходящего солнца. Глаза Лиотара казались почти красно-бурыми. Кое-как зачесанные назад волосы, отросшие за время войны, падали прядями на лоб. Ни он, ни Асин не отводили глаз. За всю долгую войну они вот так часто и подолгу смотрели друг другу в глаза. И каждый раз, когда это происходило, Асин убеждалась в одном. Это определенно…

Уголки губ Асин маняще изогнулись.

Даже в этом лагере от желающих осыпать ее пылкими взглядами не было отбоя. Так было с самого ее детства во дворце. Было бы странно удивляться, если бы даже непобедимый Лиотар в конце концов не пал жертвой ее чар.

— Мур, я все знаю.

— О чем ты?

Поставив бокал на стол, Асин поднялась на ноги. Легкое опьянение присутствовало, но рассудок был ясен. Уперевшись руками в край стола, она сверху вниз посмотрела на сидевшего прямо Лиотара.

Выражение его лица оставалось непроницаемым. Но отвести взгляд он даже не попытался.

Музыка нанятого для сопровождения похода оркестра и пение солдат доносились глухо, словно звуки из-под воды. Время было выбрано идеально.

Обязанности командующих с обеих сторон подошли к концу, послевоенные соглашения тоже почти утряслись.

Все те случаи, когда они до хрипоты спорили над разработкой стратегии, теперь казались далеким прошлым. Так что теперь вполне можно было стать чуточку ближе, но он все продолжал сидеть над работой. У Асин и без того терпение никогда не отличалось особой прочностью, так что сегодня она решила поставить точку в этом вопросе.

— Только давай без недомолвок. Если на стратегических совещаниях штаба я и вела себя так, будто готова тебя прикончить, то исключительно из-за разницы во взглядах, а вовсе не из-за личной неприязни.

— Никаких недомолвок нет.

Отлично. Атмосфера была превосходной.

С самой первой встречи с Лиотаром Асин ждала этого момента. До сих пор ее не интересовали представители противоположного пола, она даже головы в их сторону не поворачивала, но, столкнувшись с ним, она наконец всё поняла. Да у нее просто не было никакого интереса к мужчинам, потому что до сих пор попадались лишь те, рядом с кем не на чем было задержать взгляд.

Огромное тело, от которого падала отчетливая тень, смуглая кожа с рельефом переплетенных мышц, подавляющая мощь костей и при этом — удивительно изящное для такого великана лицо.

Добавить к этому происхождение из знатнейшего рода и неизменно высокомерный характер — в нем не было ни единого изъяна, который ей бы не понравился.

Конец долгой войны — разве пара не заслужила награду друг для друга? Пора уже выбросить из головы дела и заняться личной жизнью. Асин прекрасно знала, что ее собственная внешность привлекает абсолютно всех без исключения.

— Ну так…

Асин заправила за ухо упавшую прядь волос. Лицо и шею защипало от прилившего жара. Опираясь на руки, лежавшие на столе, она подалась вперед. Медленно, дюйм за дюймом, сокращая расстояние, пока их носы почти не соприкоснулись.