Когда они закрыли глаза и их дыхание смешалось, раздался хруст — бумага смялась.

Шурх.

Бумага зашуршала. Асин бросила взгляд на стол. Документы сминались в сжатой в кулак руке Лиотара. На его тыльной стороне ладони вздулись и зашевелились вены.

В отличие от руки, его лицо при повторной встрече выглядело чересчур спокойным. Настолько, что трудно было поверить, будто перед ним объект его симпатии.

«Джудин, ты пьяна?»

«Я трезвая.»

Мужчина, который, казалось, был намертво прирос к своему письменному столу, поднялся.

«А?»

«Я провожу тебя до палатки.»

С тех пор Асин больше не сталкивалась с Лиотаром до самого возвращения. Хотя Асин сама была командующей и избежать встреч было непросто, Лиотар умудрялся справляться даже с этим.

Асин была уверена, что он отчаянно избегал ее. Настолько сильно она ему претила. Именно поэтому она больше никогда не заводила разговор о том случае. Ей становилось так стыдно, когда по пути она вдруг вспоминала тот день, что она издавала вопль и содрогалась всем телом.

Да нет же, я думала, что Мур тоже меня хочет!

Разве не так? Каким бы ужасным ни казался тот момент, Асин не просто так себе это придумала.

Это не могло быть иллюзией. Лиотар ведь тоже определенно…

Стук в дверь прервал ее мысли, и камергер доложил:

— Прибыл лорд Мур.

Асин равнодушно ответила:

— Пусть входит.

Судя по всему, закончив аудиенцию у Визе, в комнату вошел Лиотар. Асин бросила на него мимолетный взгляд и, словно ей было даже лень сидеть, глубоко зарылась в ворох подушек.

Каждый раз, при виде этого смазливого лица, ей становилось трудно сдерживать вредность.

Все в империи превозносили Лиотара ван Мура как человека возвышенного, но даже если бы она бросила в него камень, словно говоря «тьфу», это ничуть не отразилось бы на его блестящем будущем. Поэтому Асин упрямо думала про себя: как ни крути, это определенно не было иллюзией, просто в самый последний момент он трусливо дал задний ход.

Можно было назвать бесчисленное множество причин, по которым трус Лиотар отвернулся от нее.

Причина, которая занимала среди них самое главное место, всплыла в памяти мгновенно.

Асин была чужеземкой и простолюдинкой. Пусть она и владела наделом земли, дарованным императором, а сам император Визе относился к ней как к сестре, настоящим членом императорской семьи она не являлась. По сравнению с Лиотаром, который фактически был близок к боковой ветви императорского рода, между ними существовала пропасть в происхождении.

Поэтому, когда война закончилась, он решил меня проигнорировать. Бесит. А ведь как страстно он таращился на меня раньше.

Кажется, ее воспоминания слегка исказились, но не суть.

— Джудин, ты уснула?

— А вот и нет!

Стоило ей открыть рот прямо лежа лицом вниз, как голос, прижатый к подушке, выдал невнятное бормотание.

— Наверняка ведь выбила у Его Величества обещание аннулировать указ?

— Как бы не так. Его Величество непоколебим.

«Фух.»

Асин уткнулась лицом в подушку и выдохнула горячий вздох.

Это было отчаяние. Она подняла голову, поддерживая себя за лоб. Однако Лиотар, похоже, изучал комнату или занимался чем-то еще — Асин его абсолютно не интересовала. Бесит, что даже придя на ее территорию, он ведет себя подобным образом.

— Убранство твоего особняка — это твой вкус?

— Нет, это подарок Его Величества. Я не справляюсь, поэтому они так и валяются горами. Даже если пытаюсь раздать, никто не берет.

— Почему же?

— В прошлый раз того, у кого обнаружили подарок, чуть не обезглавили.

— Как и говорили, Его Величество относится к тебе с предельным трепетом.

— Настолько предельным, что от этого тяжело, но толку-то. До того, чтобы пойти против воли Его Величества, все равно не доходит.

— ……

— Император никогда не отменяет указы. Сколько бы я ни капризничала, он не изменит своего мнения, а лишь находит это милым. Мур, мы же намертво застряли в этом браке. Сделай же что-нибудь.

— По-твоему, что я могу сделать?

— Откуда мне знать. Но вы, лорды, вечно проворачиваете там всякую политику и всё такое, да? Преподнеси Его Величеству какую-нибудь ценную штуковину.

Даже приподняв голову, она видела лишь его затылок. При каждом его движении ткань рубашки отсвечивала. Асин подумала: с какой стати ей пялиться на затылок какого-то вредителя — и снова уткнулась лицом в подушку. Щека прижалась к подушке, но ей было всё равно.

— Ты не хочешь брака со мной или я тебе противен?

— Сам брак противен. С чего вдруг такая спешка? К тому же я этого не просила, и ни к чему хорошему это не приведет. Ничего хорошего точно не жди, сплошной крах, с какой стати мне на это соглашаться? Вот скажи. Тебе ведь тоже противно?

Пусть и не с такой славой, как у рода Мур, знатных семей на землях этой империи хватало. Если уж для сохранения башни требовался брак, лучше уж найти нового союзника для поддержания дружеских отношений, но с Лиотаром всё было кончено. Стоило лишь взглянуть на его лицо, как тут же хотелось устроить ссору — ни к чему хорошему это бы не привело.

— Чего молчишь?

Не дождавшись ответа, Асин украдкой повернула голову и осторожно подняла глаза. Мужчина уже стоял прямо перед ней. Задирать голову, чтобы посмотреть ему в лицо, было неудобно — их рост слишком сильно различался. Асин уже хотела было поднять взгляд повыше, но передумала.

Взгляд, застрявший было на уровне груди мужчины, медленно опустился ниже. Унизительный факт, но когда Лиотар находился рядом, глаза сами собой устремлялись туда.

Асин скользнула взглядом по его крепкой голой груди и прессу, видневшимся сквозь прорези придворного наряда, и сама того не заметив, облизнула губы.

В жарком и засушливом климате Рията обнажать кожу посреди дня было привилегией аристократов.

Все влиятельные лица повсюду таскали за собой слуг с зонтами, и чем реже человеку приходилось бывать под палящим солнцем, тем тоньше была одежда из льняных тканей, которую он носил. Обычно одевались наподобие Асин: оборачивали вокруг тела широкий кусок ткани и закрепляли узлом или поясом, либо же носили длинную рубашку без застежек поверх брюк, как Лиотар.

В императорском дворце, этом храме демонстрации роскоши, находились даже те, кто расхаживал в одних лишь штанах, оставляя верх открытым. Но Лиотар всегда носил верхнюю одежду, и тогда Асин оставалось лишь довольствоваться плотной тканью, туго натянутой на рельефных мышцах. Несмотря на неприязнь, невольно скользить по нему взглядом было для неё чем-то инстинктивным

Пока у нее во рту собиралась слюна, Лиотар заговорил:

— Джудин. Есть ли у тебя соперники по жизни?

Сменив позу и усевшись на подушку, Асин ответила, даже не задумываясь:

— Соперники? Хм… были, но они все уже мертвы.

— А бывало ли так, что кровные родственники становились врагами?

— С чего бы? Ты что, мою маму не знаешь?

— Если даже те, кто дал мне жизнь на этой земле и вырастил меня своими руками, могут стать соперниками…

Его взгляд, оторвавшись от Асин, устремился к окну.

— О чужаках и говорить нечего.

Лицо, вечно лишенное эмоций, на миг показалось уставшим.

— Я тоже не хочу добавлять в свою жизнь лишних хлопот.

— К чему это…

— Но противиться указу нельзя. Тем более, когда на кону стоит будущее Айлема.

— Чего ты вдруг такой серьезный?

— Если только она не предаст, большего я и желать не стану, Джудин.

Будучи человеком, восставшим против собственной семьи, он был наполнен недоверием — это она понимала. Но внезапная серьезность Лиотара казалась ей непривычной. Указ появился словно из ниоткуда всего за одну ночь, разве не странно воспринимать его так тяжело уже с самого начала?

Даже если имперский дом продолжит настаивать на этом браке, стоило ей просто сбежать, и дело с концом. Пусть она и капризничала перед Визе, потому что сам брак был ей неприятен, Асин уже держала в уме побег. Будь он проще к этому отношусь, ей было бы спокойнее, но Лиотар, похоже, и не думал об этом.

Сделав вид, что не поняла его слов, Асин небрежно бросила:

— Нашел о чем переживать.

Она сложила пальцы колечком и поднесла к глазу. Прищурив другой глаз, она поймала профиль Лиотара в округленном поле зрения, словно через бинокль. Хихикая, Асин добавила фразу, которая наверняка должна была его взбесить:

— Если ты просто будешь хорошо ухаживать за своим смазливым личиком, у нас не будет поводов стать соперниками, и предавать тебя мне тоже не придется.

Как она и ожидала, он поморщился. Увидев, как исказились его гармонично изогнутые брови, она почувствовала странное удовлетворение. Как ни странно, каждый раз, когда Лиотар реагировал подобным образом, Асин было весело. Наверное, потому что он вечно ходит с каменным лицом.

В общем, Асин и сама не горела желанием связываться с Лиотаром сейчас… точнее, горела? Нет! Ни капли. Ей ведь прямо в лицо отказали, с какой стати навязываться? Поживешь — еще кого-нибудь похожего встретишь. Разве что Лиотар сам станет умолять ее о браке, но от его нынешнего обреченного вида Асин тоже бы отказалась.

Если Визе не отменит указ, придется просто сбежать. Стоило Асин всерьез задуматься о побеге, как поймать ее в империи смогли бы единицы.

…Хотя сбегать навсегда с самого начала она не собиралась.

Ну, дней на десять?

Для начала стоило разведать обстановку. Пробормотала Асин.

За это время Его Величество наверняка простит…