— ...Пепел?

Астарот нахмурился, наблюдая за тем, как в воздухе кружится серый пепел.

Пеплу было неоткуда взяться, особенно учитывая, что магия огня не использовалась.

Это была не пыль, а именно пепел — почему?

— Откуда это...

Прежде чем он успел завершить мысль, сзади прилетел кулак, с грубой силой ударив Астарота в лицо.

— Угх!

От удара у него в голове всё зазвенело, и Астарота отбросило назад.

— Что?..

Астарот, с чьего носа капала кровь, яростно уставился на Дейла, нанёсшего этот удар.

Как вообще кто-то мог выжить после ранения, которое он только что нанёс?

«Нет».

В груди Дейла зияла дыра размером с человеческую голову.

Его сердце вместе с лёгкими должно было полностью разрушиться от всплеска демонической энергии.

Так как же он всё ещё был жив?

И что ещё важнее...

«Рана исчезла».

Зияющая дыра в груди Дейла каким-то образом пропала, оставив его тело полностью исцелённым.

— Ха.

С губ Астарота сорвался тихий, полный неверия смешок.

— Сила, способная мгновенно залечить такую рану, даже когда вырваны сердце и лёгкие.

В мире было не так много сил, способных на столь абсурдный подвиг.

— Должно быть, это «благословение».

Благословение от богов, которым, как известно, обладали лишь редкие герои.

Теперь Астарот понял, почему этот седой кандидат был так уверен в себе даже при встрече с архиепископом.

— Значит, у тебя в рукаве припасено больше одного фокуса.

Он думал, что загадочная синяя жидкость в стеклянной бутылке была пределом скрытых козырей Дейла, но кто бы мог подумать, что у него ещё и благословение имеется?

— Это... совсем не тот интересный поворот событий, на который я надеялся. А, не мог бы ты хотя бы назвать имя благословения? Я ещё никогда не видел такого, чтобы столь смертельную рану исцеляли настолько быстро.

— Ты слишком много болтаешь.

Дейл яростно топнул о землю, явно не собираясь поддерживать праздную беседу.

«Времени нет».

До окончания действия усилителя стигмы оставалось всего три минуты.

«Когда эффект закончится, всё кончено».

Хотя мана Дейла недавно значительно увеличилась после поглощения Первозданного Пламени, её всё ещё было недостаточно для борьбы с Астаротом, она едва достигала даже половины уровня остальных кандидатов.

— С-сс...

Дейл собрал всю ману, увеличенную усилителем стигмы, и сфокусировал её на кончике своего меча.

Сжатая мана начала поглощать окружающий свет, превращая лезвие в абсолютно чёрное.

Солнечный Меч.

Пятая Форма: Чёрное Пятно.

Хотя его радиус действия был намного меньше, чем у высшей формы, Сияние, его концентрированная атакующая мощь оказалась значительно сильнее.

— Р-р-аах!

С рыком Дейл высвободил сжатую ману в одну точку.

Почерневший меч с яростной скоростью устремился к Астароту.

— Кхм!

Астарот поспешно отступил назад, окутав себя барьером из демонической энергии.

Однако...

Крррк! Хрусь!

Концентрированная магия прорвала фиолетовый барьер, сковывающий Астарота, пронзив его сердце.

Нет, если точнее...

— Ха. Было очень близко.

Астароту лишь показалось, что его сердце пронзено.

Меч отклонился прямо перед тем, как достичь его груди, заблокированный пространством, исказившимся подобно миражу.

— Честно говоря... это поразительно. Как ты можешь пробить мой барьер с таким мизерным количеством маны?

Хотя его магия взрывообразно возросла после выпитой синей жидкости, общий запас маны Дейла всё ещё оставался относительно низким — едва в два-три раза превышающим средний показатель курсанта. Для Астарота это было не более чем детской забавой.

«Если этот курсант когда-нибудь накопит больше маны...»

Одно лишь представление о том, каким монстром может стать Дейл, пробрало его до мурашек.

— Но что ж... Сейчас мне об этом беспокоиться не нужно.

Сейчас главное — заполучить Семь Глаз, а у Дейла не было сил его остановить.

— О, и кстати.

Астарот улыбнулся, и по его лицу расползлась зловещая ухмылка.

— Ты не единственный, у кого есть тузы в рукаве.

От стигмы Астарота исходило зловещее свечение, а по его торсу уродливо вздулись вены, похожие на корни дерева.

Его фиолетовая демоническая энергия паутиной распространилась вокруг, оскверняя пространство.

Пространство, испорченное его демонической энергией, начало искривляться, как марево от жары.

— Благословение Искажения.

Астарот со скрюченной улыбкой посмотрел на искажённое пространство.

— Это милость, дарованная мне Демоническим Богом.

Благословение, искривляющее саму ткань пространства, к которому прикасается демоническая энергия.

Это было благословение с разрушительной силой, но оно требовало высокую цену.

Однако против противника, стоявшего перед ним, сдерживаться не было смысла.

— Никогда бы не подумал, что мне придётся выкладываться на полную против какого-то курсанта, даже не профессора.

Астарот с самокритичной улыбкой широко раскинул руки.

— Посмотрим, чьё благословение больше милостиво богам — твоё или моё.

По щелчку его пальцев искривлённое пространство ринулось на Дейла.

Хрусь! Хрум!

Его конечности вывернуло.

Череп проломился, забрызгав всё мозговым веществом.

Раздавленные органы вывалились через сломанные рёбра.

— Кяааах! Дейл, нет!

Крик Ирис снова эхом разнёсся по похожему на сон барьеру.

Не было никаких сомнений, что он умер мгновенно.

Тело Дейла, превратившееся в бесформенный кусок мяса, беспомощно покатилось по земле.

— Ну-ка, попробуй восстановиться после такого.

Каким бы чудесным ни было благословение, казалось невозможным вернуться к жизни, будучи превращённым в кусок мяса.

Уверенный в этом, Астарот неторопливо отвёл взгляд от изуродованного трупа Дейла.

— Сколько угодно.

Вух!

Под кружащийся вокруг пепел меч Дейла полоснул по Астароту.

— Что...?!

Глаза Астарота расширились от шока.

— Ха... У тебя что, какое-то благословение бессмертия?

— Кто знает.

Строго говоря, это было Благословение Возрождения.

Неспособность умереть, что бы с ним ни делали, фактически ничем не отличалась от благословения бессмертия.

— Бред.

Астарот покачал головой, его лицо выражало полное неверие.

Он подозревал, что это мощное благословение, когда увидел, как сердце и лёгкие Дейла восстановились за мгновение, но подумать только, что у него действительно есть способность, делающая его неспособным умереть...

«Но...»

Астарот поднял руку, а на его губах заиграла холодная усмешка.

— То, что ты не можешь умереть... вовсе не значит, что ты сможешь победить меня.

Трессь!

Искажённое пространство разрезало тело Дейла надвое, отделив верхнюю часть туловища от нижней.

— Кхм!

Рана мгновенно затянулась благодаря Благословению Возрождения, но мучительная боль от разделённого надвое тела осталась, сдавив его тисками.

— Мне любопытно узнать, сколько раз ты сможешь возвращаться вновь и вновь.

По щелчку пальцев Астарота деформированное пространство снова раздавило тело Дейла.

— Чёрт..

Дейл выругался сквозь зубы, пытаясь уклониться от атак Астарота, но в полностью искажённом пространстве увернуться было практически невозможно.

И что ещё важнее...

— Угх!

Протискивая своё тело в зазоры искривлённого пространства, Дейл взмахнул мечом на Астарота.

Лязг!

Отчаянный удар без труда заблокировал барьер демонической энергии, отбросив лезвие в сторону.

«Эффект эликсира стигмы прошёл».

Дейл прикусил губу, ощущая, как магия, бурлившая по всему его телу, постепенно остывает.

Зыбкий баланс сил, который едва поддерживался с помощью эликсира стигмы, начал стремительно рушиться.

Трессь! Хрусь! Хрум!

Когда действие эликсира стигмы исчезло, последовавшая за этим битва стала односторонней.

Каждый раз, когда совершалась атака, напитанная Благословением Искажения, тело Дейла разрушалось, исцелялось и снова разрушалось.

— Угх!

Внезапно в его памяти промелькнули воспоминания о прошлой жизни.

Воспоминания о времени, когда он был бессилен.

«Всё всегда было именно так».

Кто-то мог назвать благословение, позволявшее ему мгновенно воскресать, читерской способностью, но Дейл лучше кого-либо знал по опыту прошлой жизни, что простое бессмертие ничего не значит.

«Даже у бессмертного муравья останется лишь участь муравья».

Перед лицом подавляющей силы способность не умирать оказывалась абсолютно бесполезной.

— Ах, угх.

Повторяющиеся смерти медленно пожирали рассудок Дейла.

Накопившаяся боль вспыхнула ярким пламенем, пожирая его разум, как дрова.

«Как больно».

Сколько раз он уже умер?

Сколько раз его кости ломались, а плоть разрывалась на части?

— Ха-ха-ха! Поразительно! Ты, должно быть, умер уже больше сотни раз, и всё ещё способен регенерировать!

Астарот безумно рассмеялся, топнув ногой.

— Давай же, почему бы тебе не попробовать воскреснуть ещё раз?

Грохот!

Вихрь фиолетовой демонической энергии разорвал тело Дейла в клочья.

Его тело, разорванное на десятки кусочков, превратилось в серый пепел, лишь чтобы вновь регенерировать, начиная с отмеченного стигмой сердца.

— Ха, что это такое?..

Астарот, теперь уже сверх всякой меры изумлённый, покачал головой с выражением отвращения.

Он уже собирался снова выпустить демоническую энергию в сторону Дейла, как вдруг —

— Хватит! Хватит уже!

Вмешалась Ирис, встав перед Астаротом так, будто защищала Дейла.

— Довольно... Разве ты ещё не сделал достаточно?

— Хм. Но жизнь Дейла ведь ещё не оборвалась, верно?

— Разве твоей целью было убийство Дейла?

— Ну...

Астарот проглотил слова, словно Ирис задела за живое.

Он цыкнул языком, глядя сверху вниз на упавшего Дейла.

— Я хотел проверить, насколько хватит этого благословения... но, похоже, это придётся отложить на другой раз.

Астарот отвёл взгляд от Дейла и зашагал к Ирис.

— Стой... Всё ещё...

Дейл, едва сумевший подняться после того, как его разорвали на части и воскресили, споткнулся и снова рухнул, не в силах удержать равновесие.

Глядя, как Астарот приближается к Ирис, Дейл от досады скрипел зубами.

Его мана давно истощилась, а накопившаяся усталость мешала даже держаться на ногах.

— Твою мать.

Он думал, что после возвращения в прошлое проживёт новую жизнь.

Он решил идти по другому пути, нежели в прошлой жизни.

«И всё же я нахожусь в столь жалком положении».

Даже если бы он боролся до потери жизни, подобно брошенному у берега реки камешку...

Даже если бы его ноги были раздавлены и изуродованы, пока он отчаянно барахтался...

«И на этот раз снова...»

Он не сможет ничего спасти.

Он не сможет никого защитить.

Точно так же, как и раньше.

Ничего не изменилось.

Он не мог сделать ничего, кроме как беспомощно смотреть, как дорогой ему человек умирает прямо у него на глазах.

— Дейл...

Ирис, смотревшая на приближающегося к ней Астарота, с облегчением вздохнула, бросив взгляд назад на Дейла.

На её губах заиграла слабая улыбка, когда она тихо прошептала:

— Слава богу...

Её голос был так спокоен, словно у неё не было ни сожалений, ни колебаний.

Она говорила так, словно обрела покой.

— ...

Словно удар молнии, сознание Дейла опустело.

«Слава богу?»

За что?

Чему она радовалась?

Ирис сейчас рисковала потерять не только свои семь глаз, но и жизнь.

Если бы он ничего не сделал, она потеряла бы только глаза.

Из-за него.

Из-за него.

Она переживала ад куда худший, чем в их прошлой жизни.

И тем не менее...

«Как... как она может говорить подобное?»

Его мысли переплелись, как завязанный в узел клубок ниток.

Он не понимал.

Он не мог с этим смириться.

Почему она не убежала в прошлой жизни?

Почему сейчас она просто стояла на месте и вместо этого загораживала собой Астарота?

Она своими глазами видела, что он вернётся к жизни, что бы ни случилось.

Она знала, что его жизнь была столь же ничтожна, как камешек у берега реки.

«Почему, почему, почему, почему?»

Почему она смогла произнести «слава богу» в самом конце?

— Угх, угх.

Дейл шатаясь поднялся на ноги.

Хотя в его теле не осталось маны...

Хотя его разум был разорван в клочья, словно порванная тряпка...

Хотя от одного лишь дыхания по лёгким прокатывались волны боли...

И всё же...

— Слава богу... говоришь?

Он встал.

На дрожащих ногах он упёрся ступнями в землю и трясущимися руками сжал меч.

— С чего это тебе... говорить подобное?

Почему она сказала «слава богу» в конце, он не знал.

Наверное, он никогда не поймёт причину.

«Но одну вещь я точно знаю. Ирис спасла мне жизнь».

Пусть даже это лишь одна жизнь среди тысяч, десятков тысяч других.

Пусть даже это всего лишь один ничтожный камешек у берега реки.

Она пожертвовала своей жизнью, чтобы спасти его.

Так что теперь...

Вших!

Пламя начало охватывать всё его тело, обвивая стигму.

Истощённая мана с рёвом вернулась к жизни, бурля, подобно раскалённой лаве.

— Теперь моя очередь.

Бум!

Под оглушительный взрыв меч в его руке вспыхнул пламенем.