— Как...?!

Астарот уставился на седого курсанта с широко раскрытыми глазами, на его лице читалось неверие.

Как упоминалось ранее, «Покров иллюзий», окутывающий эту область, был барьером, который даже всем профессорам Отделения Магов вместе взятым было бы трудно развеять.

Дело было не в том, что профессора Школы Героев были некомпетентны, а в том, что жертва Астарота для создания этого барьера превосходила все мыслимые пределы.

Барьер, сотканный из жизней двухсот демонов, принесённых в жертву.

Одно лишь нахождение рядом с этой завесой погружало человека в иллюзии и запирало в бесконечных видениях и фантазиях.

Как кто-то мог так легко прорваться сквозь подобный барьер?

— Ты ведь сам это сказал? Иллюзии на меня не действуют.

— ...

Астарот вспомнил урок недельной давности.

Магия иллюзий, которая исчезла, словно пачка бумаг, брошенная в бушующее пламя.

Хотя он значительно сдерживал свою силу, поскольку это был всего лишь урок, иллюзия разрушилась слишком легко.

Да.

Это было так, словно...

Словно она была пропитана божественной силой «Семи Глаз» Святой.

Астарот невольно усмехнулся от промелькнувшей в голове мысли.

Этого просто не могло быть.

Как простой курсант, к тому же занимавший последнее место в рейтинге на протяжении двух лет с момента поступления в академию, мог обладать божественной силой?

— Верно... хотя я не знаю точной причины, похоже, иллюзии на тебя вовсе не влияют.

Если даже «Покров иллюзий», созданный ценой жизней двухсот демонов, был пробит так легко, можно было с уверенностью предполагать, что этот человек вообще невосприимчив к иллюзиям.

— Из-за этого ты оказываешься в довольно трудном положении, не так ли?

— О? Ты говоришь так, будто хорошо меня знаешь.

— Я действительно хорошо тебя знаю.

Глубоким голосом я произнёс имя стоявшего передо мной демона.

— Архиепископ Иллюзий, Астарот.

— ...!

— Чт... что ты сказал, Дейл?

Шокированная Ирис воскликнула, широко раскрыв глаза.

Она поняла, что профессор Морфеус — демон, когда он наложил пурпурную завесу и использовал магию иллюзий, чтобы вырубить Камиллу и детей.

Но она и представить себе не могла, что он — один из шести архиепископов, стоящих на вершине всех демонов.

— Хм? О, понятно.

Астарот кивнул, словно только что до чего-то додумался.

— Значит, это был ты? Тот самый, кто испортил мои планы.

— Кто знает? Всё, что я сделал, — это разобрался с несколькими глупцами, заколачивавшими гвозди в абсолютно нормальные стены пещеры.

— Ха-ха. Разве не бесстыдно говорить такое после того, как ты перерезал моих драгоценных подчинённых?

— Драгоценных подчинённых, говоришь?

Какая чушь.

— Они были не драгоценными подчинёнными, а инструментами для внедрения проклятий в лей линии.

— О? Так ты и об этом знал?

Глаза Астарота блеснули от интереса.

— Ты ведь не просто обычный курсант, верно?

— Ты ведь тоже не просто обычный профессор, так что будем считать, что мы квиты.

— Ха-ха-ха. Ладно. Всегда веселее, когда происходят вот такие неожиданные повороты.

С самого начала это никогда не было идеальным планом.

Выпуск демонических зверей на фестиваль, чтобы посеять хаос и похитить «Семь Глаз».

По сравнению с планом, который он готовился воплотить на протяжении нескольких лет, это было слишком смело и безрассудно.

Он предполагал, что всё пойдёт не по плану.

Он был готов пойти на такой риск с самого начала.

Хотя он и представить себе не мог, что риском окажется курсант, а не профессор.

В любом случае, «Покров иллюзий» был прорван, и появилась неожиданная переменная.

Переменная, которую можно было считать злейшим врагом Астарота, в основном использующего магию иллюзий и контроля над разумом.

— Противник, невосприимчивый к иллюзиям... Это довольно хлопотно.

Астарот глубоко вздохнул, качая головой.

Сражаться с противником, невосприимчивым к иллюзиям, было всё равно что просить мечника, всю жизнь тренировавшегося с мечом, драться голыми руками.

— Но.

Тёмная улыбка расползлась по лицу Астарота.

Стигма демонического божества на его левой груди засветилась, и зловещий пурпурный свет широко распространился, словно раскрывающиеся крылья.

— Это не значит, что результат изменится.

Даже если его основное оружие — иллюзии — было запечатано, он всё ещё оставался «Архиепископом», правящим десятками тысяч демонов.

Бзззз!

Широко распустившийся пурпурный свет яростно завибрировал.

Волны пурпурного света хлынули на Дейла.

— Держись крепче.

— А?! Кья-а!

Дейл притянул к себе Ирис и яростно топнул ногой.

Боевые искусства Беральда.

Шаг Ветра.

Когда мана потекла по всему телу, оно стало лёгким, как пёрышко.

Сильно испуская ману из обеих стоп...

Вух!

Моё тело легко взмыло в воздух, словно я ступил на пустоту, уходя в сторону.

Треск!

Пурпурный свет смёл то место, где мы только что стояли, и земля искривилась, словно глину сжимали с двух сторон.

Сила от простого выброса маны была настолько мощной?

Я цыкнул языком, глядя на искривлённую землю.

Атака Астарота даже не была магией; это был простой выброс маны.

Это было всего лишь вложение физической силы в ману и высвобождение её в чистом виде.

Это было простейшее заклинание, которое могли сотворить даже курсанты первого курса Отделения Магов, но колоссальная мана — вернее, демоническая энергия, которой обладал Астарот, — превратила это простейшее заклинание в нечто столь же мощное, как осадное орудие.

— Оставайся здесь.

— По... постой, Дейл! Ты ведь не думаешь сражаться с Архиепископом?

— А есть варианты?

— Э-э, ну... Мы могли бы позвать профессоров или что-то в этом роде.

— Даже если мы их позовём, они не смогут войти из-за этой завесы.

Хотя я мог легко прорваться сквозь «Покров иллюзий», потому что иллюзии на меня не действовали, другие профессора были иными.

Сбежать с Ирис за пределы завесы было невозможно.

Астарот не стал бы просто сидеть сложа руки и смотреть, как мы убегаем, и я никак не мог оставить здесь лежащих без сознания Камиллу и детей из приюта.

Оставался только один выбор.

Победить Астарота здесь.

— Я разберусь с ним, так что создай барьер, чтобы защитить Камиллу и детей.

— Но...

Ирис попыталась возразить, но, взглянув на Камиллу и детей, лежавших без сознания с остекленевшими глазами, прикусила губу.

— ...Пожалуйста, Дейл.

— Предоставь это мне.

Я сделал шаг навстречу Астароту.

Скрестив руки на груди, Астарот посмотрел на меня, издавая насмешливый смешок.

— Наигрался в героя?

— Не совсем.

Я вытащил из кармана стеклянную бутылочку, наполненную синей жидкостью, и залпом осушил её.

Моё сердце дико колотилось, словно дав сбой, и яростный всплеск маны пронёсся по всему моему телу.

Дзинь.

Раздался звон разбившейся о землю пустой стеклянной бутылочки.

— А теперь начинается настоящий бой.

Бум!

Оглушительный взрыв сотряс воздух.

Когда окружающая обстановка словно растянулась и искривилась, я бросился вперёд.

— Тц...!

Астарот быстро отступил назад, встревоженный внезапным ускорением.

Я бросился в погоню за ним, яростно взмахивая мечом.

— Куда это ты собрался?

Пурпурная аура распространилась паутиной, преграждая путь.

Бум!

Когда меч, окутанный лучистым белым светом, столкнулся с пурпурной аурой, земля задрожала с громовым грохотом.

Как и ожидалось, само увеличение маны находилось на совершенно другом уровне.

В отличие от полусырого Усилителя Стигмы, который я использовал ранее в логове демонов, тот, что был создан из травы семи звёзд и напоен маной, находился в совершенно ином масштабе.

«Хотел бы я иметь его побольше».

К сожалению, единственный Усилитель Стигмы, который у меня остался, был тем самым, который я только что выпил.

«У меня нет выбора».

Длительность действия Усилителя Стигмы составляла всего пять минут.

«Я должен победить Астарота за это время».

Солнечный Меч.

Шестая форма: Сияние.

Бззз!

Яркий белый свет хлынул из меча, разрезая пурпурную ауру.

— Тц!

Белый свет пронёсся насквозь, задев щеку Астарота.

Кровь струилась по разрезанной плоти.

— ...Ха.

Астарот тихонько усмехнулся, поглаживая кровоточащую щеку.

— Значит, у тебя был скрытый козырь.

Выпив синюю жидкость из бутылочки, Астарот почувствовал, как прежде скудная мана Дейла взрывоподобно усилилась.

— Это оказывается веселее, чем я ожидал.

Широко улыбнувшись, Астарот призывно вызвал свою демоническую силу.

Пурпурный свет от его стигмы устремился вперёд, со свирепым намерением целясь в Дейла.

— Хм!

Бум! Треск! Грохот!

Столкновение меча и магии породило мощнейшую ударную волну, когда белый свет и пурпурная аура переплелись.

— Угх...!

Ирис спешно создала защитный барьер, чтобы оградить Камиллу и детей от ударной волны.

— Дейл!

Битва была настолько быстрой и интенсивной, что за ней невозможно было уследить невооружённым глазом, из-за чего о вмешательстве кого-либо не могло быть и речи.

Несмотря на то, что Дейл противостоял Архиепископу, он держался стойко, продолжая яростную битву.

«Невероятно».

У неё было смутное представление о том, что Дейл силен, но подумать только, что он может сражаться с Архиепископом, не будучи раздавленным.

«Если это Дейл, возможно...»

Как раз в тот момент, когда она подумала, что он действительно может победить Архиепископа.

Треск!

Леденящий душу звук чего-то ломающегося — и в груди Дейла появилась дыра размером с человеческую голову.

— ...А?

Кровь хлынула из зияющей раны на его груди.

Время словно остановилось.

Фигура Дейла, рухнувшего, как марионетка с обрезанными нитями, запечатлелась в её памяти.

— Д-Дейл...?

Она дрожащим голосом позвала его по имени, но человек с дырой размером с голову в груди никак не мог ответить.

— Нет, нет...

Ноги Ирис подкосились, и она рухнула на землю.

— Нет, нет, не-е-ет!!!

Увидев лежащего безжизненно на земле Дейла, она потеряла рассудок, и душераздирающий крик заполнил воздух.

— Хаа, хаа. Ты превзошёл мои ожидания.

Астарот тяжело отдувался, вытирая кровь с уголка рта.

Он с самого начала подозревал, что Дейл не обычный курсант, но он никак не ожидал, что тот окажется достаточно силен, чтобы нанести ему ранение.

Курсант, который мог бы посрамить большинство профессоров.

В этот момент он подумал, что столкнуться с кровожадной гончей или потомком великого мудреца было бы проще.

— Фух. Но мне удалось разобраться с ним.

План, который он подготовил, чтобы заполучить «Семь Глаз».

Хотя неожиданные переменные отклонили план от первоначального курса, конечная точка осталась неизменной.

— Ну что ж.

Он повернул голову к Ирис, рыдавшей на земле.

— Не насладиться ли мне сладкими плодами победы?

Каждый раз, когда он заглядывал в заплаканные глаза Ирис, у него возникало жгучее желание заполучить «Семь Глаз».

Подавшись своему желанию, он сделал шаг вперёд.

— Хм?

Из ниоткуда серый пепел коснулся его щеки и разлетелся в стороны.