Кейли добралась до троих мужчин первой — с большим отрывом. Длинные ноги и, несомненно, более высокие характеристики позволяли ей быстрее пересекать голую каменистую землю, чем нам с Эттой. Я всегда был быстрее Этты, поэтому прибежал вторым и врезался головой дедушке в бедро. Он подхватил меня на руки. От дедушки пахло потом, дымом и слабым железным запахом — значит, где-то была кровь.

Кейли обхватила Джорджа, словно удав, и тихо плакала ему в меховую куртку. Невозмутимый мужчина выглядел потрёпанным: на лице блестели пот и грязь. Я никогда не видел его таким неопрятным. Этта врезалась в отца через мгновение. Я уже приготовился, что тот упадёт, на миг забыв о сверхчеловеческих способностях, которые давали Мириады Путей. Но пятилетняя девочка даже не заставила его пошатнуться: он поднял её на руки, не выпуская жену.

Хурин даже не остановился. Бородатый лесник продолжал идти, неся на спине огромный свёрток, который был крупнее самого мужчины. Из закреплённого полотнища выглядывали коричневые и белые перья длиннее моей руки.

— Отнесу это к Магате! — крикнул он на ходу и направился к дороге. Маму и остальных он поприветствовал только поднятой рукой. Настоящий отшельник, преданный своему делу, решил я.

— Что случилось? — требовательно спросил я, немного отстранившись, чтобы заглянуть дедушке в ярко-голубые глаза.

— Расскажу тебе и маме в доме. Надо снять этот рюкзак. Я уже не создан для таких походов, — проворчал он.

— Может, чаю? — улыбнулся я.

Дедушка усмехнулся:

— С удовольствием. И заодно приведу себя в порядок. Джордж, ты домой?

Джордж кивнул и пошёл к собственному дому, неся жену на одной руке, а дочь — на другой.

— Думаю, да. Спасибо ещё раз, Корнелиус. Поговорим завтра.

Когда договорились, я спрыгнул на землю, чтобы дедушке не пришлось нести меня, и пошёл с ним к заставе. Бабушка Люсиль, Мартин и Гризельда быстро собрали вещи. Все попрощались, и они разошлись по домам. Последние двое задержались достаточно, чтобы помочь занести обратно столы и стулья.

Я направился прямиком на кухню. Переключив Пути, я заварил дедушке чай — Путь варки зелий продвинулся на один шаг. Приятное изменение: за последнюю неделю почти никто не любил чай, и развивать Путь было трудно.

Мама села с нами за стол, когда дедушка вернулся, умывшись и переодевшись. Его седая с проседью борода выглядела не лучшим образом: растрёпанная, ещё влажная после быстрого умывания. Завтра, после более тщательного ухода, он снова будет похож на себя.

Из глиняной кружки поднимался аромат чая, дедушка отпивал горячий напиток. Вскоре послышалось шипение жарящегося мяса: мама встала готовить быстрый ужин. А я немедленно начал засыпать дедушку вопросами:

— Что случилось? Вы дрались со штормовым орлом? А что с холодноклыкими змеями? Почему вы задержались?

Дедушка поднял руку, останавливая мой поток вопросов, и не спеша допил чай одним долгим глотком. Затем протянул мне кружку, чтобы я налил ещё. Я весь дрожал от нетерпения, ожидая ответов.

— Что случилось? Ну, как и планировали, мы сразились со штормовым орлом и победили. Крупный экземпляр. По самодельному рюкзаку Хурина ты уже мог догадаться. Размах крыльев был не меньше четырёх метров.

— Как вы его поймали? — взволнованно спросил я.

— Подстерегли на охоте. Он спикировал за горным козлом — большой, лохматой скотиной. Когда орёл попытался унести его, я поразил одно крыло заклинанием «Огненное копьё». Птица всё же поднялась в воздух с помощью магии шторма, но летать стало так трудно, что вторым «Огненным копьём» я перебил другое крыло, и орёл рухнул в гору. Джордж добил его, сковав камнем. Самая простая часть похода.

— Удивительно, что вы не принесли и козла, — вмешалась мама, помешивая соус в заколдованном горшке. Пахло божественно: розмарин из сада смешивался с ароматом мясного жира, и у меня потекли слюнки.

— Мы бы принесли, но туша скатилась с горы, а мы не решились за ней спускаться, — ответил дедушка. — Как я и говорил, добыть эту проклятую птицу было проще всего. На второй день испортилась погода, и нам пришлось переждать оползни. Половина склона превратилась в реку. Кажется, я заметил в небе не одного штормового орла. Обычно я не делаю поспешных выводов, но, похоже, эти проклятые птицы охотились за нами. Я чувствовал Эфир в воздухе. Такая погода не могла быть естественной.

Дедушка сделал паузу, чтобы отпить чаю. Я подался вперёд, ловя каждое его слово. Я вспомнил день, когда он уехал и ливень обрушился с неба. Вот она — настоящая авантюра. Я хотел узнать и хорошее, и плохое.

— Погода прояснилась лишь через несколько дней. Мы не хотели оставаться в пещерах: кроме холодноклыких, на вершинах водятся и другие мерзости. И на ловлю змей ушло больше времени, чем мы ожидали. Даже Джордж не чувствовал этих мелких тварей, пока они не двигались, поэтому приманкой стал Хурин. Мы обыскали около семи пещер, прежде чем поймали трёх. На это ушло ещё несколько дней. Как только закончили, стали спускаться. Путь вниз оказался сложнее, чем подъём: Хурин считал, что запах туши штормового орла привлёк хищника, который пошёл по нашему следу. Полдня ушло, чтобы выбраться за пределы его охотничьих угодий. Вот и вся история, парень. Скучно и холодно, да?

Я улыбнулся, прекрасно понимая, что он делает, и намеренно ответил:

— Когда вырасту, я тоже хочу отправляться в такие приключения!

Стоявшая у плиты мама напряглась, и мне стало стыдно.

Дедушка лишь хмыкнул:

— Может, подрастёшь и передумаешь. А мне, пожалуй, хватит приключений на какое-то время.

Я кивнул, зная, что не передумаю. В мире, полном магии и чудес, моё любопытство никогда не насытится тихой безопасностью. Я хотел исследовать мир и развиваться. Спокойная жизнь не для меня. Меня это устраивало, хотя я переживал, что мама будет делать, когда я отправлюсь в своё первое приключение. Но это случится лишь через годы, и пока не стоило тратить на это мысли.

— Ну и что теперь? — спросил я, когда мама поставила тарелки с паровыми овощами и мясом, плавающим в восхитительной подливке.

— Теперь? Магата должна выполнить свою часть сделки, — проворчал дедушка.

— Можно сходить к ней спросить? — сказал я и обернулся к маме.

Мама повернула ко мне лицо в форме сердечка и улыбнулась.

— Можно, милый. Завтра, хорошо?

Я энергично кивнул, хотя заметил задумчивость в её глазах. Она снова сомневалась, правильно ли поступает, позволяя мне учиться у Магаты. Человек, выбравший Путь класса, связанный с алхимией, скорее всего, останется на одном месте. В безопасном месте, если бы мама могла выбирать. Там, где она продолжит за мной присматривать.

В ту ночь мама задержалась рядом, укладывая меня спать. Я видел, что она волнуется и что-то обдумывает, и решил поделиться секретом — вдруг это развеет её тревоги. К тому же мне просто нравилось с ней разговаривать.

— Этта знает, что я открыл Статус, мам. Наверное, бабушка Люсиль тоже.

— Ты им рассказал? — спросила мама, придвинувшись к кровати и осторожно положив руку поверх мехов.

— Нет. Этта догадалась по играм, которые я придумывал. Бабушка Люсиль тоже. Этта сказала, что её родители думали, будто игры придумал дедушка.

Мама кивнула и поцеловала меня в лоб.

— Тебя беспокоит, что они догадались?

Я покачал головой.

— Нет. Этта сказала, что сохранит секрет, а бабушка Люсиль не рассказывает Джорджу и Кейли о том, чем мы с Эттой занимаемся. Думаю, мой секрет она тоже сохранит. Но… как думаешь, другие тоже догадаются?

Мама мягко пожала плечами. В полумраке её тёмное шерстяное платье колыхнулось, словно вода в пещере.

— Может быть, но скоро это перестанет иметь значение. Тебе почти пять, и мы сможем просто говорить всем, кто спросит, что ты открыл Статус. Пока даже с дополнительными характеристиками никто не заметит ничего необычного. Скажем, что ты от природы спортивный. Но к десяти годам, если ты продолжишь так быстро развиваться, станет очевидно, что ты опережаешь сверстников.

— Но ведь к тому времени мы будем жить в Хеленике у твоей тёти? — выпалил я, не подумав.

Мама изогнула тонкую бровь, весело глядя на меня.

— Опять подслушивал? Неудивительно. Но, Бастиан, однажды это может привести тебя к беде. Есть люди, которые очень хорошо замечают, когда кто-то крадётся.

— Да, вроде Керита, — пробормотал я, вспомнив эльфа, который всегда ловил меня на краже.

— Да, вроде Керита, Хурина или Стража Томаса. Не раздражай людей и не делай ничего опасного, мой малыш. Мир бывает очень жестоким.

Я серьёзно кивнул, а затем озорно улыбнулся:

— А переезд в Хеленику?

Мама посмотрела на меня серьёзно. В её глазах была грусть, которую я не мог понять.

— Ты этого хочешь? Хочешь учиться в Академии Песнолиста?

— Это поможет мне развивать Пути и получить хороший Путь класса? — ответил я вопросом на вопрос.

— Если верить слухам, на всём континенте нет места лучше для обучения юношей и девушек. Но обучение дорогое. Может, дедушка и сумел бы оплатить год или два, если следующие шесть лет будет копить эфирные монеты. Но академия длится восемь лет, начиная с десяти. Если мы попросим тётю Агнес помочь с оплатой, она захочет что-нибудь взамен.

— Например?

Я примерно знал ответ, но хотел, чтобы мама объяснила.

— Заводить друзей и полезные знакомства. Быть общительным. И, пожалуй, стать одним из лучших. Если она решит, что ты не соответствуешь её требованиям, я не сомневаюсь: она лишит тебя поддержки, и вместе с ней — денег на обучение.

— Значит, мне нужно научиться нравиться людям?

— Ты мне нравишься, — улыбнулась мама.

Я усмехнулся в ответ.

— Ма-а-ам, я имел в виду других людей! Как я добился, чтобы Гризельда меня учила. Или Магата.

— Да, примерно так. Только с детьми твоего возраста. Многие из них будут смотреть на тебя свысока, потому что ты не дворянского или богатого происхождения. Или по ещё худшим причинам.

Последние слова дались маме с трудом. Она не стала объяснять почему, лишь посмотрела на меня с любовью и тревогой. Я понимал: она не хотела, чтобы её малыш пострадал. Она не знала, что я крепче, чем кажусь. Я справлюсь с заносчивыми дворянами. Никто не встанет на пути моего развития и будущих приключений — меньше всего я сам.

— Я научусь, мам.

— Хорошо, милый. Я поговорю с дедушкой, и мы решим, когда лучше обсудить всё с твоей двоюродной бабушкой Агнес. Спокойной ночи, мой малыш. Увидимся утром.

Мама ещё раз поцеловала меня в лоб и вышла. Я перевернулся на бок, готовясь ко сну. Мне снились орлы, летевшие по небу и сбрасывавшие молнии на хохочущую Магату, которая помешивала содержимое огромного чёрного котла.