Я смотрел, как Магата копается у корней одного из растений. Земля забивалась ей под ногти, а свежий запах влажной почвы разливался вокруг нас. Я присел на корточки рядом с ней, и бёдра уже горели, но я решил: если потерплю, то до конца дня получу несколько шагов по Пути укрепления тела. К сожалению, день ещё даже не думал заканчиваться.

— Этот клубень называется серый кулак — за цвет и выступы по бокам, — объяснила Магата, держа в руке серый ком размером с кулак. Я мог бы принять его за камень. — Сегодня он станет основным ингредиентом.

— Что мы сегодня будем варить? — спросил я, лишь слегка заинтересовавшись, и потянулся потрогать клубень. Никакого покалывания не почувствовал: значит, Эфира в этом растении нет.

— Мой особый чай, — ответила Магата и разровняла землю.

— Звучит так, будто там не нужен Эфир.

— Не нужен.

Я нахмурился.

— Я думал, ты будешь учить меня работать с Эфиром.

— Этими уроками занимается Корнелиус, — возразила Магата. — Но прежде чем переходить к алхимии, которая может быть опасной, мы освоим несколько обычных отваров… они тоже могут быть опасными.

— Чем опасными? — потребовал я, прищурившись.

Как кипячение воды с добавлением клубней может быть опасным? Больше похоже на готовку. Боги, так это и есть готовка! Я не хотел готовить! Я уже жалел, что согласился, хотя день едва начался.

— Одни растения обладают обезболивающим действием, другие на вкус как мясо, третьи дают сладкий или горький чай. Некоторые защищают от болезней или улучшают кровообращение. Но на каждое полезное растение найдётся пять вредных. От одних ты обделаешься, от других несколько дней проваляешься в жару и будешь молить о смерти. А некоторые просто убьют. Поэтому сначала освоим основы, а уже потом я буду учить тебя чему-нибудь посложнее.

— Ладно, — ответил я. — А что значит «обезболивающий»?

— От такого средства боль становится слабее. Иногда это хорошо, но перебарщивать нельзя. Понял?

Я кивнул, поняв, что Магата немного со мной сюсюкает. Но мне было всего четыре года, а она не знала, насколько я странный… то есть умный. Неподалёку сидела мама и наблюдала за нами, захватив несколько свёртков пергамента и перо. Похоже, это были бланки заказов: нужно было заказать зимние припасы для заставы до перемены погоды. До зимы оставалось ещё несколько месяцев, но Общество искателей приключений работало медленно, поэтому лучше было заказать заранее — на случай ошибок.

— Как ты всегда узнаёшь, что мы придём? — спросил я, поддерживая разговор. Магата велела мне вымыть серый клубень в небольшом деревянном ведре.

— Заметил? Пенни, твой мальчик очень наблюдательный, — последнюю фразу Магата адресовала моей маме, которая подняла голову от записей.

— Он намного умнее, чем ты думаешь, Магата, — ответила мама, не отрываясь от бумаги.

— Ну не сердись, Пенни. И просто зови меня Мэгс.

— А мне можно звать тебя Мэгс? — спросил я.

— Нет. Я твоя учительница, так что обращайся ко мне «мисс Магата».

— Слишком официально, — проворчал я, протягивая ей холодный вымытый клубень серого кулака.

Магата не взяла его. Она лишь посмотрела на меня, а затем повернулась к маме.

— Я знаю, ты сказала, что он умный, Пенни, но насколько? Он уже умеет пользоваться Эфиром?

Перо в маминой руке замерло, и я мысленно вздохнул.

Могла бы просто крикнуть: «Да, мам!» — подумал я. И ни за что не играй в покер!

— Почему ты спрашиваешь? — ответила мама, не говоря прямо, но ущерб уже был нанесён.

— Решаю, чему его учить, Пенни. Только и всего.

Мама посмотрела на меня. Я понял, что она решает, сколько рассказать. Для меня же было очевидно: поздно. Даже если мы ничего не скажем Магате, она уже заподозрила достаточно, чтобы придумать собственную версию. Мне совсем не хотелось раскрывать больше, но я не видел, как любая догадка Магаты могла бы не навредить мне. Полностью довериться ведьме-отшельнице я не мог — ведь я не рассказал всей правды даже маме и дедушке. Но, возможно, если дать ей чуть больше информации, я смогу получить больше от занятий. Особенно если уроки окажутся полезными и продолжатся ещё пять лет.

Мама заметила, как я слегка кивнул, и с облегчением сказала:

— Бастиан видит свой Статус.

— Что?! — вскрикнула Магата и резко повернулась ко мне. — Ты же говорила, ему всего четыре!

Она уставилась на меня так, будто у меня выросла вторая голова. Я просто улыбнулся, наслаждаясь её изумлением.

Полюбуйся, Мэгс! Я потрясающий! — подумал я, не переставая улыбаться.

— Да, он видит, — сказала мама. — Именно поэтому с ним занимается папа. Эфирное ядро у него всего лишь малое, но он твёрдо решил научиться творить заклинания. Папа помогает ему завершить Путь чувствования Эфира достаточно рано, чтобы перейти к Пути управления Эфиром.

— Всего лишь малое Эфирное ядро? — переспросила Магата. Удивление в её глазах сменилось жалостью. Мне не нравился этот взгляд, и моя улыбка померкла.

Я назло тебе преодолею все трудности, ведьма! Вот увидишь! — подумал я.

Магата странно на меня посмотрела.

— Это досадно. Уроки, связанные с Эфиром, будут непростыми.

— Просто не повезло, — согласилась мама. — Папа ищет решение. А у тебя есть какие-нибудь идеи?

Магата покачала головой.

— В Хорндейлах нет ничего, что помогло бы увеличить Эфирное ядро. По крайней мере, неподалёку. Может, на далёком севере есть какие-то существа, но я о них не знаю. У нас есть штормовые орлы: их можно использовать в зельях и ритуалах, чтобы помочь развить сродство со штормом. Горные тролли открывают Путь низшей регенерации, а мрачные совы — Путь ночного зрения. Но ничего для Эфирных ядер, кроме подземелий и разломов.

Она взглянула на меня и мягко улыбнулась.

— Запомни этих существ и то, чем они полезны. Они помогают открывать и развивать Пути, а ещё их можно использовать в зельях, чтобы получить такие же эффекты, как награды за эти Пути.

— Так ты приготовила мне зелье ночного зрения? — спросил я.

— Хорошая память. Умный мальчик. Должно быть, у тебя немало мыслительных Путей?

Она явно пыталась выведать информацию, поэтому я лишь улыбнулся и пожал плечами. Мама рассмеялась, увидев, как нахмурилась Магата.

— Тебе придётся постараться, чтобы перехитрить моего мальчика, Мэгс.

Магата выглядела так, словно откусила лимон, но после того как мама назвала её Мэгс, снова просияла.

— Посмотрим, — ответила ведьма-отшельница. — Пойдёмте внутрь. Пора начинать варить.

Я был прав: варка зелий оказалась просто готовкой, и ужасно скучной. К концу дня мне предложили Путь варки зелий. Это был базовый Путь, награждавший характеристиками Разума и, ближе к концу, даже Эфира. Меня соблазняло дополнительное очко Эфира, но до него было ещё несколько месяцев. Если не заниматься варкой дома, Путь будет развиваться медленно. Я решил подумать об этом, когда вернусь домой.

Оставшуюся часть дня я был предоставлен самому себе, пока Магата безуспешно флиртовала с мамой. Поскольку Мэгс отвлеклась, мне разрешили делать что угодно — лишь бы ничего не сломал. Разумеется, я принялся искать зелья и растения, наполненные Эфиром. Каждый шаг по Пути приносил радость, но, когда я пошёл обратно, понял, что Магата делала то же, что дедушка. Одно из небольших папоротниковых растений во второй раз не ощущалось наполненным Эфиром. И всё же я не жаловался: за короткое время получил целую горсть шагов.

В ту ночь, лёжа в постели, я всё ещё ломал голову над выбором следующего Пути. Сначала я думал добавить ещё один Путь владения оружием и двигаться к открытию Пути мастерства оружия. Но у кого брать уроки? Джордж, возможно, владел и другими видами оружия, но станет ли он меня учить? Если нет, дедушке придётся искать учителей, а значит, пока я не смогу развивать эти Пути — разве что медленно, самостоятельно разбираясь, как ими заниматься.

Вторым вариантом был Путь варки зелий. Его, казалось, легко освоить, и я уже получал связанные с ним уроки. Но хотел ли я в самом деле заниматься алхимией? Как это будет сочетаться с постоянными путешествиями? Я не собирался таскать с собой котёл, даже маленький. Казалось, это худший вариант — если не считать, что он давал дополнительный Эфир и у меня уже был учитель.

Можно было снова выбрать Путь координации. Завершитель во мне кричал, что так и надо, но Путь был пройден лишь на одну двадцатую. Зато он почти наверняка развивался бы во время тренировок с мечом, а это делало его сильным кандидатом.

Наконец, оставался Путь проникновения. У него было два преимущества, которых не было у остальных вариантов. Во-первых, он развивался благодаря моему Сродству с Тенью. Это давало ему огромный плюс. Во-вторых, он был элитным Путём и обещал самые мощные награды. Но минус тоже заключался в том, что это элитный Путь: условия продвижения были гораздо сложнее и специфичнее, а подходящих мест для проникновения поблизости почти не было.

Я не мог отрицать, что хотел выбрать именно Путь проникновения, но понимал: здесь и сейчас это плохой вариант. Если бы я был чуть незрелее, то всё равно выбрал бы его. Но что делать после дома Этты, если я вообще смог бы туда пробраться? Оставался только дом Келлинов, а дедушка намекал, что повторное проникновение в одно место не поможет развивать Путь. Даже с бонусом от Сродства с Тенью двух таких попыток не хватило бы для следующего уровня. А мама не позволила бы мне пробраться к Магате, Мартину или Гризельде.

Я вздохнул, смирившись, и плотнее укутался в одеяло. Путь проникновения придётся отложить. Если дедушка не найдёт учителей, выбирать оставалось между Путём координации и Путём варки зелий, и у обоих были свои недостатки. Поэтому свободный слот занял Путь топориков. Я хотел подробнее расспросить Мэгс о варке, прежде чем принять окончательное решение. Если бы я снова выбрал Путь координации, а потом переключился на варку зелий, потерял бы неделю прогресса. Немного, но больше, чем я мог себе позволить. А неделя по Пути топориков могла бы приблизить меня ко второму уровню, что принесло бы простые характеристики и прогресс в запас на будущее.

Приняв решение, я позволил сну одолеть себя и увидел во сне, как топорики раскалывают котлы.