Не успел я понять, что происходит, как бабушка Люсиль схватила нас с Эттой за руки и потащила внутрь. Пальцы старухи сжали мою руку железной хваткой, и она торопливо провела нас через заднюю дверь. Дедушка тем временем направлялся навстречу искателям приключений. Куда подевался Джордж, я не видел.

Едва мы оказались внутри и хватка бабушки Люсиль ослабла, я схватил Этту за руку.

— За мной! — крикнул я и помчался вверх по лестнице, к себе в комнату. Этта бежала следом.

Возможно, бабушка Люсиль пошла за нами, но я не заметил. Влетев в комнату, я забрался на сундук под окном. Вид был одновременно потрясающим и ужасным. Через несколько секунд ко мне присоединилась Этта.

На опушке леса две огромные фигуры вышли из хвойных зарослей Хорндейлов. Издалека трудно было разглядеть, но, похоже, ростом они были метра четыре или пять, а длинные нескладные руки свисали до колен. Лица широкие и плоские, над широкими носами — глубоко посаженные глаза. Жёсткие чёрные волосы зачёсаны назад и резко выделялись на пятнистой серо-зелёной коже. Выбравшись из-за деревьев, оба тролля зарычали от голода на искателей приключений и широкими шагами понеслись через пустырь. Расстояние между ними стремительно сокращалось с пугающей скоростью.

Искатели продолжали отступать и уже преодолели почти половину пути до безопасной заставы. Я всё же сомневался, выдержит ли здание атаку троллей. Ближе всех к нам бежала женщина-лучница с короткими тёмными волосами, в коричневой кожаной одежде. У бедра подпрыгивал ручной топорик. За ней бежала другая женщина — низенькая, коренастая и мускулистая, лысая. На ней тоже была тёмно-коричневая кожа; в одной руке она держала копьё, в другой — щит.

Замыкал отряд крупный мужчина в шлеме и нагруднике. Он нёс большой металлический щит, закрывавший его от подбородка до колен, и боевой топор. Он двигался медленнее женщин, но с учётом тяжести снаряжения всё равно бежал неплохо. Хотя до скорости троллей ему было далеко.

Глядя на бегущих искателей приключений, я понял: мужчина, замыкавший отряд, не успеет добраться до заставы раньше троллей. Похоже, он тоже это понял: резко развернулся и упёр щит в землю. Это не помогло. Первый тролль врезался в него и махнул длинной рукой, нанося удар наотмашь. Искателя отбросило на несколько метров. Я удивился, увидев, как он тут же поднялся, словно не замечая вмятины на щите, и снова преградил троллю путь, подобно дереву.

Тролль продолжал наступать, и я решил, что мужчину сейчас пнут во второй раз. Но убегавшая лучница резко развернулась, поскользнулась на грязи и камнях и одним плавным движением выпустила стрелу. Этта ахнула. Через секунду я понял почему: стрела вспыхнула прямо в полёте. Она почувствовала использованный Эфир, понял я. Пылающая стрела описала плавную дугу к троллю. Я решил, что она попадёт ему в глаз, но чудовище в последний миг повернуло голову. Стрела оставила тонкую царапину сбоку на голове, отскочив от кости.

После этого в бой бросились двое других искателей. Женщина с копьём рванула вперёд и нанесла короткий удар, не доставая до тролля. И всё же, когда она выполнила выпад, тролль закровоточил — пусть всего на несколько секунд. Ещё один навык, понял я: она могла вытягивать оружие дальше его физической длины. Но это не помогло. К тому моменту, как она вернулась в стойку, раны тролля уже перестали кровоточить. Как в историях из моей прошлой жизни, тролли умели регенерировать. Это была их природная способность или расовый продвинутый атрибут? Я не успел додумать: искатель со щитом снова вступил в бой, теперь встретив второго тролля. Я опять ждал, что тот отбросит мужчину, но на этот раз удар тролля остановил шар жидкого пламени, попавший ему в лицо.

Я радостно закричал. Неподалёку стоял дедушка, а вокруг него кружились огненные шары. Пока я смотрел, ещё один огненный шар устремился к троллю и попал ему в грудь. Тролль взревел — от боли или ярости, я не понял. Ожоги заживали медленнее: пятнистая кожа обугливалась и чернела.

Несмотря на мощь огненных вспышек и медленное заживление ожогов, вскоре стало ясно, что троллей не так-то просто убить. Один из них настолько быстро взмахнул рукой в сторону женщины с копьём, что мой глаз едва уследил за движением. Её отбросило, а к свисту огненных шаров добавился тревожный крик боли. Когда она упала, я увидел, что из трёх рваных ран на груди, животе и ногах хлещет кровь.

Рядом Этту вырвало, и меня самого едва не стошнило. Внутренности искательницы вывалились наружу, и я сомневался, что она долго проживёт. Лучница бросилась к ней. По рукам пробежали мурашки: мы могли оказаться в настоящей опасности. Один боец на передовой, а троллей по-прежнему двое. Сможет ли дедушка продержаться? И почему он не использовал больше заклинаний? Разве он не могущественный маг огня? Огненные шары были сильными, но наносили троллям недостаточно урона. Тут я вспомнил, что утром дедушка помогал чинить дом старателей, а потом занимался с нами. Может, у него осталось мало Эфира и он его экономил?

Ответ я получил мгновение спустя. Тролль схватил щитоносца одной рукой и сжал, пока тот не лопнул, как воздушный шар. Всё произошло так быстро, что мужчина даже не успел закричать. К горлу подступила желчь. Я был рад, что Этта пока не подняла голову и не увидела случившееся. Она присела за окном и тихо плакала. Тролли были невероятно сильны, почти неуязвимы и обладали регенерацией. Идеальные машины для убийства.

Затем один из них погиб.

Вокруг протянутой руки старика собрались синие языки пламени. Главный тролль бросился на него, стремясь пересечь последние метры каменистой земли до заставы. Но чудовище оказалось слишком медлительным. Копьё синего пламени ударило тролля в шею и пробило её насквозь, оставив в теле прожжённую дыру. Голова покатилась по земле, а тело рухнуло грудой. Ярко-зелёная кровь брызнула на голые камни рядом с маминым садом, до сих пор чистым и нетронутым.

Второй тролль взревел от ярости и бросился в атаку. Дедушка рухнул на колени, а кружившее вокруг него пламя почти погасло. И всё же я увидел, как оно дрогнуло и ответило на опасность: в тролля с отрывистым ритмом полетели крошечные огненные шары, каждый с тихим хлопком.

— Нет! — закричал я и беспомощно ударил кулаками по окну. Тролль не обращал внимания на мелкие огненные вспышки и мчался прямо на дедушку.

Я не хотел смотреть, как старик умирает, и уже собирался отвернуться, когда тролль споткнулся и рухнул, запутавшись в собственных конечностях. Удар от падения отозвался вибрацией по всей заставе.

Тут я заметил Джорджа. В руке у него блестел серебряный меч; он пересекал расстояние до заставы. Мы с Джорджем занимались уже больше месяца, поэтому я знал, как он двигается во время спарринга. Но сейчас он двигался совсем иначе. Казалось, земля превратилась в лёд, а он скользил по ней: каждый шаг мягко ложился и переносил его вперёд. Тролль как раз поднялся на ноги, когда Джордж достиг его. Первый удар меча тот отбил когтистой рукой. Клинок оставил след, но, как и после прежних атак, рана перестала кровоточить почти сразу.

Я встряхнул Этту, плакавшую рядом.

— Твой папа сражается.

Зря я это сказал.

— Что?! — завизжала она, вскакивая на ноги, не обращая внимания на рвоту на одежде. — Папочка! Беги, папочка!

Она тут же попыталась слезть и броситься к двери, но я удержал её на сундуке, стараясь не дать ей подвергнуть себя опасности и одновременно следя за Джорджем. Искатели приключений были молодыми, может, немного старше двадцати. Примерно ровесники Джорджа. Но разница в способностях была колоссальной. Пока я удерживал отчаянно вырывающуюся Этту, через окно наблюдал, как Джордж уклоняется от когтей. Он скользнул по земле на одной руке и колене, и земля буквально вытолкнула его обратно в стойку одним плавным движением.

Магия земли, понял я. Эфирные монеты Джорджа были коричневыми. Он использовал магию земли!

Джордж не делал ни одного лишнего движения: уклонялся от когтей буквально на волосок и тут же отвечал клинком. Он танцевально отскочил от особенно яростного выпада тролля. Тот бросился следом, земля под ним провалилась, и он снова рухнул. Тролль только начал подниматься, когда Джордж шагнул в сторону и рубанул мечом по идеальной дуге. Я видел, какой слабый урон наносило оружие искателей, и ожидал того же. Но мои глаза расширились от изумления: меч прошёл сквозь шею тролля и вонзился в камень под ним. Затем Джордж поднял его снова, словно тот прошёл сквозь масло, не прилагая никаких усилий.

Интересно, он сам заставил землю отпустить меч, который только что похоронил в ней?

Когда оба тролля перестали двигаться, я наконец отпустил Этту.

Она молнией выскочила за дверь, а я бросился следом. Мы помчались вниз и через заднюю дверь наружу. За нами шла бабушка Люсиль. Она ждала внизу лестницы — вероятно, чтобы Этта не сделала именно то, что сделал я. Правда, старушка выглядела бледнее и обеспокоеннее обычного. Мама уже помогала дедушке подняться. Он сердито бормотал себе под нос. Неподалёку оставшийся в живых искатель приключений плакал, опустившись на колени рядом с женщиной-копейщицей. Я не стал смотреть в их сторону: не хотел видеть кровь и вывалившиеся внутренности.

Джордж направился к нам, с клинка капала ярко-зелёная кровь. Этта побежала к нему, и он подхватил её на руки, как раз когда я подбежал к дедушке.

— Ты в порядке, дедушка? — спросил я, дёрнув его за штанину.

— Всё хорошо, Бастиан, — успокоил он и потрепал меня по голове, а затем проворчал: — Проклятые холодные горы мешают создавать огонь. Хорошо, что Джордж оказался рядом, иначе всё могло быть намного хуже. Пенни, принесёшь мне несколько флаконов?

Мама кивнула.

— Что ты собираешься делать, папа?

Я посмотрел на их лица. Старик взглянул на маму с такой грустью, какую я видел лишь однажды.

— Попытаюсь утешить того, кого невозможно утешить.