─ Д-девятый?
─ Семицветная радуга… эт-то…
─ О боги…
─ Что… что это за диковинный талант такой?
Площадь погрузилась в мёртвую тишину.
Все вокруг потеряли дар речи, застыв изваяниями перед сверкающей радугой, неспособные вымолвить хоть звук.
Выражение лица Су Вэньюаня стало поистине каменным; он молча всматривался в Ли Юаня, и взгляд его сделался тяжёлым и сложным.
Девятый ранг. Семицветное сияние.
Это давно перешагнуло за границы человеческого разумения, побило все рекорды Академии Шэньу и всей столицы Чанъань, а возможно… перевернуло само представление о существующих законах.
А виновник грандиозной бури по-прежнему стоял с закрытыми глазами, прижав ладонь к холодному камню.
Словно затерявшись в ином измерении, он оставался абсолютно глух к творившемуся вокруг безумию.
Семицветная радуга неторопливо поблекла и в конце концов растворилась в толще камня.
На площади по-прежнему стояла зловещая тишина, и все взоры по-прежнему были прикованы к худой фигуре подростка.
Ли Юань со бледным лицом медленно приоткрыл глаза – на дне зрачков ещё трепетал отзвук пережитого потрясения.
Не привлекая лишнего внимания, он убрал руку, перевёл дух и смело встретил самые разные взгляды со стороны: в них читались шок, жажда дознания, зависть, но больше всего – полнейшее недоумение.
Никто в этих краях не видывал подобного феномена, и тем более никто не мог дать ему определение.
У бледного наставника, отвечавшего за летопись, со страху дрожала зажатая в пальцах кисть; он тупо смотрел на пустой лист бумаги, не в силах опустить кончик вниз.
В конце концов он с надеждой обратился к ректору.
Су Вэньюань коротко задумался и бросил наставнику:
─ Запиши тип дара как «мутировавший», ранг – девятый.
─ Мутировавший, девятый ранг!
Голос наставника дрожал. Для него выпала честь стать свидетелем легенды, и от этой мысли по телу бежали мурашки.
Чэнь Шо хранил молчание. Его пронзительный взгляд неотрывно сканировал Ли Юаня, зрачки казались бездонными колодцами, скрывавшими самые мрачные мысли.
Ли Юань невольно вздрогнул, ощутив укол тревоги – ему показалось, будто этот военачальник способен прожечь его насквозь.
─ Ли Юань, ─ голос Су Вэньюаня вернул его к реальности, ─ пойдём со мной.
Не давая лишних пояснений, ректор развернулся и зашагал вглубь академии. Чэнь Шо бросил на юношу ещё один взгляд и последовал за ним.
Ли Юань глубоко вздохнул и молча двинулся следом.
Миновав несколько тихих двориков, они оказались в уединённом кабинете. Су Вэньюань отослал всех слуг, оставив при себе лишь Чэнь Шо, и указал на резное кресло: ─ Садись.
Ли Юань послушно опустился на сиденье, распрямив спину; держался он почтительно, но без рабской угодливости.
Устроившись за массивным столом, ректор вытянул из кипы бумаг одну папочку и быстро пролистал её, слегка нахмурившись.
Юноша догадался, что перед ними его личное дело. Репутация у него была небезупречной, а потому и записи в бумагах вряд ли радовали глаз.
Захлопнув досье, Су Вэньюань посмотрел на Ли Юаня и неторопливо заговорил:
─ Ли Юань, ты должен понимать, что девятый ранг – явление исключительной редкости. За более чем четырёхсотлетнюю историю нашей академии обладателей девятого ранга с документально подтверждённым статусом можно пересчитать по пальцам одной руки.
─ И всякий раз их появление знаменовало собой начало новой эпохи.
Он сделал намеренную паузу, наблюдая за реакцией собеседника. Но тот сидел с подозрительным спокойствием, совершенно не соответствуя портрету из досье.
─ Тебе следует помнить, что великая сила способна как принести благо всему миру, так и обернуться проклятием для людей. Из того, что я вижу в твоём личном деле, вытекают некоторые шероховатости… впрочем, всё это осталось в прошлом, пока оставим.
В этот момент его глаза мгновенно заострились:
─ И всё же сегодня я хочу спросить тебя: каковы твои устремления в будущем с таким-то даром?
Ли Юань встретился взглядом с ректором и легко улыбнулся:
─ Ученик желает истреблять демонов и усмирять нечисть, дабы защитить покой Великой Тан.
От столь банального и общего ответа Су Вэньюань явно не пришёл в восторг.
─ Усмирять демонов и защищать державу – высокий долг каждого, в том и заключается изначальный смысл нашей академии.
─ Подобные слова легко слетают с уст любого, да только истинное помыслов пламя горит далеко не в каждом.
Немного подавшись вперёд, он пристально вгляделся в юношу, и на дне его зрачков мелькнули фиолетовые переливы.
─ Ли Юань, посмотри на меня.
Ли Юань внезапно почувствовал, как в чужом взгляде зарождается странная, парализующая мысль сила, мгновенно лишившая его способности рассуждать.
─ Ответь мне, отбросив высокие материи: в самые юные годы, задолго до того, как ты узнал о самом понятии таланта, чего тебе хотелось больше всего на свете?
Непреодолимый импульс мягко влился в его сознание вместе с этим голосом, погрузив мысли в туманное марево иллюзии – казалось, он снова стал несмышлёным, наивным ребёнком.
Тогда он ещё жил в другом мире. Его семья три поколения подряд отдавала долг службе в армии, и он с пелёнок рос на героических сказаниях старших, ещё не успев стать бунтарем.
─ Я хочу стать генералом.
─ Вести за собой неисчислимые рати, оберегать родные рубежи, расширять границы и сделать так, чтобы покуда ревеет наша боевая китайская стяжина, ни один враг не смел поднять голову.
Слова звучали твёрже стали, а в глазах горел яркий свет – было очевидно, что это самое искреннее, сокровенное движение его души.
Су Вэньюань и Чэнь Шо переглянулись; тень тревоги исчезла с лиц обоих. Людей, способных противиться Технике Истинного Слова, во всём мире наберётся всего ничего, что уж говорить о подростке, ещё не ступившем на путь культивации.
─ Хорошо! Сказано как истинный защитник родины, у этого сердца чистейший исток, я верю тебе.
Ректор огладил бороду и рассмеялся: с таким фундаментом характера даже давние прегрешения можно исправить.
─ Твой талант не имеет аналогов в летописях, и точные его свойства ещё предстоит выяснить путём долгих изысканий.
─ Ни в нашей Академии Шэньу, ни во всей Великой Тан уже много десятилетий не появлялось носителей девятого ранга. Последний официально зафиксированный случай имел место шестьдесят лет назад – то был генерал Тяньлэй Юйчи Фэн с его Грозовым духом Девяти Небес, обладавший несокрушимой, свирепой силой. Ныне он охраняет северные рубежи, держа в страхе варваров и демонов, и по праву зовется оплотом нашей империи.
Неужели девятый ранг настолько крут? – восхитился про себя Ли Юань. Он никак не ожидал, что ему так баснословно повезёт.
На самом же деле его внешняя невозмутимость объяснялась тем, что разум всё еще находился под впечатлением от увиденного во дворце, да и душа бывшего кадрового военного, прошедшего через сотни переделок, от природы обладала железной выдержкой.
Мало-помалу приходя в себя, он почувствовал, как в груди закипает чисто мальчишеский восторг.
─ Другой обладатель, ─ продолжал Су Вэньюань, переводя взгляд на молчаливого Чэнь Шо, ─ сорок лет назад явила себя Е Хунъюй со своим Увядающим мгновением, чей дар связан с силой пространства и времени и окутан пеленой непостижимых тайн. Сейчас она занимает пост одного из самых молодых замкомандующего Департамента усмирения демонов и тоже служит столпом державы.
Его взор вновь вернулся к Ли Юаню, наполнившись высокими ожиданиями:
─ Девятый ранг означает безграничные возможности, но также возлагает колоссальную ответственность и сулит тернистый путь.
─ Надеюсь, ты не растратишь дарованное небом впустую, продолжишь усердно постигать тайны пути и в один прекрасный день возвысишься до опоры Великой Тан.
─ Ученик крепко запомнит наставления ректора.
Ли Юань резко поднялся на ноги и отвесил глубокий поклон.
─ Ну… на сегодня довольно, отправляйся отдыхать. Через три дня явишься в академию для распределения.
Су Вэньюань взмахнул рукой.
Ли Юань снова поклонился и вышел из кабинета.
Чэнь Шо хранил молчание до самого его ухода, а затем негромко произвел:
─ Боюсь, весть о случившемся уже просочилась наружу и непременно привлечет взоры тех демонических тварей.
─ Я отправлю людей охранять его из тени, заодно проверим нрав этого малого.
Сам Ли Юань, разумеется, не ведал ни о чём из этого. Он не стал возвращаться через парадный вход: расспросив по дороге одного из наставников, он тайком ускользнул из Академии Шэньу через скрытую боковую калитку.
Избегая людных улиц, петляя переулками, он благополучно добрался до своего домика в переулке Чаннин.
Убедившись, что за ним никто не шёл, он запер дверь, зажигать свет не стал и прямо так опустился на пол в углу комнаты, прислонившись спиной к ледяной стене, погрузившись в долгие раздумья.
Перед мысленным взором вновь возникла та необъятная звёздная река за бронзовыми воротами дворца – пускай они распахнулись лишь на мгновение, но увиденного с лихвой хватило, чтобы лишить его дар речи.