Чтобы каша быстрее разварилась и стала густой и ароматной, можно предварительно заморозить рис, а затем бросить его в кипяток – тогда он мгновенно разбухнет, либо просто подержать его в воде с полчаса.
Лучше всего варить кашу в глиняном горшочке, чтобы вкус получился по-настоящему насыщенным.
Столетние яйца от природы обладают щелочными свойствами, и если бросить одно такое размятое яйцо в замоченный рис и хорошо перемешать, зерна раскроются гораздо быстрее. Второе яйцо стоит нарезать кубиками и отложить.
Обладая поставленной поварской рукой, разделывать мясо – сущая пулочка.
Раньше-то ломтики неизменно получались разной толщины и калибра.
Добавив немного специй, мясо слегка маринуют.
В кипящую воду засыпают рис и неустанно помешивают, чтобы крупинки не пригорели ко дну.
…
Вскоре густой, нежный и невероятно ароматный рисовый суп с пикантными кусочками свинины и столетними яйцами был готов.
Конечно, если томить кашу на медленном огне, она выйдет еще более густой и наваристой, но для себя одного так усердствовать смысла не было.
Чего тут рассуждать, каша уже съедена.
Задание назначено на вечер, времени в обрез. Тот толстяк уехал по делам и составить компанию не сможет, а остальные либо шапочные знакомые, либо заняты собственными заботами.
К слову о друзьях – до перемещения в этот мир у него тоже был один близкий товарищ.
Телосложением они походили друг на друга, да и имена почти совпадали, разве что фамилии разнились.
Пожалуй, именно поэтому он и не испытывал никакой неловкости в общении с нынешним закадычным другом.
Раз заняться особо нечем, можно и в видеоигры залипнуть, не на рыбалку же тащиться!
А ну как не клюнет? И что тогда, когда придет время выполнять задание – упираться лбом до последнего или светить пустым ведром, расписываясь в собственной никчемности?
Отступать от задания никто не собирался: пускай он и профан, но признавать этого вслух не станет. Если рыба не ловится, значит, место неудачное или в водоеме отродясь никакой рыбы не водилось.
…
Время близилось к часу икс, и Лю Хэн точно по расписанию возник на дороге, ведущей к парку.
Стоило переступить порог площадки, как в глаза бросилось неизменно огромное число жаждущих устроить личную жизнь. Похоже, жизненный пресс давит на них со страшной силой!
Хорошо хоть у него самого на уме исключительно карьера, а там – будь что будет.
Его лоток едва успел обосноваться на месте, как объявились первые покупатели.
…
Фу Жун работала преподавательницей, а вчера вечером услышала от близкой подруги о невероятно острых и безумно вкусных жареных крылышках.
Та поклялась вытащить ее туда непременно.
Сама она преподавала танцы, так что за фигурой и рационом следила строго, однако страсть к жгучему перцу питала безграничную – без остринки не представляла жизни.
Крылышек на ее веку довелось попробовать немало, попадались и отменные, но видя, как подруга взахлеб, с жестикуляцией расписывает здешнее угощение…
Фу Жун и вправду заинтриговало. Прежде она водила подругу по самым изысканным заведениям, но та никогда не теряла голову подобным образом.
Помимо банального любопытства, в ней жило опасение: а не пичкают ли эти крылья какой-нибудь химической дрянью или еще чем похуже? Завтра же надо своими глазами глянуть – в конце концов, звание «маленького гурмана» присвоили ей не за красивые глаза.
Войдя на территорию рука об руку с Шэнь Цинцин, она тут же оказалась увлечена ею вглубь аллей.
Вскоре показался ларек, вокруг которого плотной толпой теснились люди.
Еще издалека долетел густой, аппетитный дух специй, а до слуха – восторженные отзывы толпы, наперебой расхваливавшей мастерство хозяина точки.
Протолкавшись вперед, они остановились прямо перед прилавком.
Шэнь Цинцин нетерпеливо выпалила: ─ Эй, хозяин, заверни пять крылышек!
─ Секунду, мигом будет.
Фу Жун окинула взглядом молодое лицо продавца и на секунду замерла. Вовсе не потому, что парень поразил ее красотой и заставил потерять голову.
Просто после столь заливистых дифирамбов Шэнь Цинцин она подсознательно ждала седовласого мастера с многолетним стажем.
─ А мне, пожалуйста, парочку неострых, ─ попросила Фу Жун.
Такой выбор объяснялся просто: ей не терпелось узнать, кроется ли секрет успеха в искусной смеси пряностей или в самом кулинарном мастерстве парня.
У нее была знакомая, которая неизменно начинала дегустацию с пресных блюд – утверждала, что только так можно распознать свежесть продуктов и истинный уровень повара.
Если еда не удалась, то и пробовать остальное бессмысленно, а если хороша – можно наведываться постоянно.
Рассудительно, верно? Стоило ей заинтересоваться какой-нибудь лавкой, как она всегда заказывала пробную порцию.
─ Прошу прощения, но у меня всего один вариант вкуса. Ни пресными сделать не могу, ни перцу убавить не выйдет.
─ Впрочем, если желаете испытать фирменную «адовую» остроту, могу пойти навстречу и приправить от души.
─ Только барышням подобное не советую. Никакого гендерного предвзятого отношения – просто после такого угощения есть риск угодить в больницу.
─ В конце концов, слабые места есть у каждого.
─ …произнес Лю Хэн.
─ Коль скоро остроту переносить не привыкли, настоятельно рекомендую воздержаться и поискать другое место, ─ продолжал он.
Фу Жун едва не закатила глаза: надо же, додумался потенциальных клиентов отваживать!
С другой стороны, раз уж пришли – ладно, пусть будет как есть.
─ Ну тогда давайте два экстремально острых, ─ сдалась она.
В тот же миг в ноздри ударил запах куда более мощный, чем прежде. Наблюдая, как парень ловко переворачивает на углях румяные
крылышки, она невольно сглотнула слюну.
─ Красавицы, ваши крылышки готовы.
Стоило Фу Жун взять в руки угощение и сделать легкий вдох, как она тут же впилась зубами в хрустящую корочку: острота и аромат дымка снаружи, нежнейшее сочное мясо внутри – ничего вкуснее ей пробовать еще не доводилось.
На ходу уплетая еду, она вытащила смартфон, сделала несколько снимков и тут же выложила их в соцсети.
Обычно подобными постами, особенно рекламного толка, она себя не утруждала.
Но коль скоро запись появилась – значит, блюдо того стоило и заведение заслуживало самой горячей рекомендации.
Знакомые, увидев публикацию, тут же завалили ее вопросами о местонахождении точки.
А Шэнь Цинцин тем временем продолжала уписывать лакомство и приговаривать: ─ Хозяин, еще пять штук с собой!
Фу Жун бросила на подругу изумленный взгляд.
─ Ты и так на ночь глядя наелась, неужто желудок не взбунтует? Напорешься на неприятности, мало не покажется, ─ предостерегла она.
─ Не боись, это я домашним гостинцев везу. Если такую вкуснятину не приволочь, живьем сожрут, ─ отмахнулась та.
Услышав это, Фу Жун повернулась к мангалу: ─ Мне тоже парочку заверните, пожалуйста.
Лю Хэн коротко кивнул в ответ.
В этот момент работы у него было невпроворот – настал час пик.
Ему так и подмывало высказать вслух всё, что наболело: какого черта вы все сюда приперлись, если невест искать собирались!
Разумеется, озвучивать эти мысли он не рискнул.
Хлеб насущный превыше всего, эти люди – его кормильцы.
По сравнению с предыдущими днями сегодняшняя публика оказалась куда щедрее.
Крылья хватали по три-пять штук за раз, одиночные заказы почти не встречались. Сдается мне, здешний народ к перцу привычный.
…
Время летело быстро, запасы нанизанных полуфабрикатов у Лю Хэна стремительно таяли.
Окинув взглядом толпу зевак у прилавка и заглянув в коробку с продуктами, он обратился к первым в очереди:
─ Продукты на исходе, так что те, кто стоит дальше, ступайте к другим лоткам или заглядывайте завтра.
Народ тут же взбунтовался: столько времени отстоять в очереди и остаться с носом? Требуем выделить хоть по штучке на брата!
Кое-кто даже вызвался сторожить ларек, пока повар сбегает за новой порцией.
На это последовал резонный ответ: мясо требует предварительной подготовки, иначе вкус испортится, а всё, что есть на сегодня, уже здесь.
Тут кто-то из передних рядов выпалил, что заберет остатки целиком, вызвав у остальных такую лютую злобу, что самые горячие головы уже готовы были пустить в ход кулаки.
Компромисс нашли соломонов: по одному в одни руки, а на кого не хватит – извиняйте, харчи кончились.
Нашлись и те, кто потребовал ввести лимитированную продажу, дабы шанс достался каждому.
Домой он возвращался в полном одиночестве, ночь прошла спокойно.