─ Гром! ─

Демонический пес обладал поразительной прыгучестью: оттолкнувшись лапами, он взмыл в воздух почти на два метра и бросился на людей.

─ А! ─

Один из призывников-трудовиков не успел ни увернуться, как следует, ни дать отпор – чудище вцепилось ему в горло, и пронзительный предсмертный крик разорвал ночную тишину.

─ Плохо дело, что-то случилось, живо за мной! ─

Услышав крики, остальные дозорные поспешили к месту, где находились Ли Сюаньцан и его товарищи.

Один из демонических псов ринулся на Ли Сюаньцаня, но тот молниеносно отреагировал и ловко увернулся.

Не попав по цели, зверь оскалился, в его горящих зеленоватым светом зрачках промелькнуло яростное бешенство; оттолкнувшись лапами от земли, тварь вновь пошла в атаку на Ли Сюаньцаня.

Скорость чудища была невероятной, уклониться больше не представлялось возможным – оставалось лишь принять удар на себя.

─ А! ─

Яростно взревев, Ли Сюаньцан вложил в движение всю силу и выпал长枪 (длинным копьем) прямо в зверя.

Столкнувшись с острием, чудище с непостижимой ловкостью изогнуло тело, уходя от удара, и одновременно обрушило лапу на древко копья.

Огромная мощь передалась по древку прямо в тело Ли Сюаньцаня – кожу между большим и указательным пальцами мгновенно разорвало, а всю руку онемело.

У Ли Сюаньцаня кровь застилала глаза от ярости: он никак не ожидал, что, несмотря на возросшую силу, пропасть между ним и демоническим псом по-прежнему оставалась огромной.

И хотя проткнуть зверя не удалось, движение врага всё же сбилось, а атака на мгновение захлебнулась.

Ли Сюаньцан тут же пришел в себя, воспользовавшись моментом, и кубарем перекатился по земле, чудом избежав места приземления чудища.

─ Бах! ─

Пес рухнул на землю, оставив острыми когтями глубокие царапины на грунте.

Увернувшись от смертельного удара, Ли Сюаньцан испуганно сузил зрачки: попади эта лапа ему в грудь, от него бы остались лишь клочья кожи и мяса, а то и вовсе лишился бы жизни.

«Бежать». ─

Ли Сюаньцан поспешно развернулся, в голове билась лишь одна мысль: бежать изо всех сил, убираться как можно дальше.

Даже один демонический пес мог запросто прикончить его, чего уж говорить о целой стае из восьми тварей – останься он здесь, его ждала бы неминуемая смерть.

─ Оу-у! ─

Потерпев неудачу уже во второй раз, пес разъярился окончательно и бросился в погоню за убегающим парнем.

─ А! ─

Раздался еще один душераздирающий вопль – зубы демона настигли очередного воина.

Слыша крики за спиной, Ли Сюаньцан не замедлил шага, а лишь припустил еще быстрее.

Чудище неслось по пятам, преследуя по пятам, в нос ударил тошнотворный смрад демонической ци.

«Дрянь дело, мне от него не уйти». ─

Расстояние стремительно сокращалось, и Ли Сюаньцан понимал, что не успеет добежать до лагеря, как тварь настигнет его.

Осознав это, он резко замер на месте, лицо его ожесточилось – придется драться насмерть.

Пес никак не ожидал, что добыча вдруг остановится, но среагировал мгновенно: не сводя с юноши глаз, со сверкающими ледяным светом когтями, он снова прыгнул.

Ли Сюаньцан тяжело дышал, сердце колотилось где-то в горле, а тело насквозь пропиталось холодным потом.

Шансы выжить в схватке один на один с тварью были девять против одного.

Но выбора не оставалось: лишь отчаянная борьба не на жизнь, а на смерть оставляла крошечную надежду на спасение.

─ Умри! ─

Издав зычный крик, Ли Сюаньцан взмахнул железным копьем и сам бросился навстречу чудовищу.

─ Тьфу! ─

В момент, когда человек и зверь сошлись в схватке, брызнула кровь.

Когти демона полоснули Ли Сюаньцаня по плечу, оставив глубокие, до самой кости раны, из которых хлынула кровь.

─ А! ─

Боль лишь сильнее распалила Ли Сюаньцаня: его железное копье вонзилось прямо в мягкое брюхо зверя. Превозмогая страшную боль, он из последних сил подался вперед, вталкивая копье глубже и заставляя тварь пятиться.

Взбешенный болью пес вспыхнул зеленым огнем в глазах и принялся безумно полосать когтями всё вокруг.

Ли Сюаньцан пытался уклоняться, но когти всё же достали его – грудь покрылась множеством кровавых рваных ран.

Получив тяжелые увечья и потеряв слишком много крови, парень почувствовал, как земля уходит из-под ног, мир закружился, и накатила слабость, грозящая свалить его с ног.

«Упаду – умру. Нельзя падать, нельзя…» ─

Отчетливо понимая последствия падения, Ли Сюаньцан цеплялся за жизнь остатками несгибаемой воли; он даже прикусил язык до крови, надеясь резкой болью вернуть ясность рассудку.

─ Пх! ─

На пределе человеческих возможностей Ли Сюаньцан насквозь пронзил копьем брюхо твари.

─ Ах! ─

Вложив остатки сил, он оттолкнул от себя мертвого пса, после чего перед глазами окончательно потемнело, и он рухнул на землю без чувств.

─ Убить! ─

Едва Ли Сюаньцан упал, подоспело остальное подкрепление.

─ Демонический пес, руби его! ─

Увидев окровавленную тварь с распоротым брюхом, оставленную отчаянным ударом Ли Сюаньцаня, бойцы сперва остолбенели, а затем набросились толпой.

Зверь и без того был тяжело ранен и находился на последнем издыхании, так что воины добили его без особых усилий.

Сотник Чжао Чанлинь оглядел тушу чудища, а затем перевел взгляд на потерявшего сознание Ли Сюаньцаня. Присев на корточки, он проверил пульс: парень был жив, но дыхание еле теплилось, словно огонек свечи на ветру, способный погаснуть в любую секунду.

Поколебавшись мгновение, Чжао Чанлинь отдал приказ: ─ Дышит еще. Тащите его в лагерь, а там пусть выживает как знает. ─

Вокруг не было никого, кроме Ли Сюаньцаня и зверя, так что очевидно: именно этот рядовой ценой собственной крови тяжело ранил тварь.

Регулярные воины, способные в одиночку покалечить демонического пса, на дороге не валялись, и в коммандире проснулось уважение к таланту – он велел перенести бойца в расположение.

Если Ли Сюаньцан оказуется везунчиком и выкарабкается, под его началом прибавится толковый рубака.

Ну а если парень не выживет, что ж, потерь для отряда никаких.

─ Господин Чжао, мы живо доставим его в лагерь. ─

Двое солдат поспешно подхватили бесчувственное тело и быстро зашагали назад.

Остальные бойцы помрачнели лицами, горько сожалея, что замешкались и упустили момент.

Чжао Чанлинь заметил их реакцию, но придавать значения не стал.

─ За мной, рубить нечисть! ─

С этими словами, издав грозный клич, отряд бросился в бой вслед за сотником.

Вернувшись в лагерь, Ван Сяоню и его брат окинули взглядом кровоточащего товарища и тяжело вздохнули.

─ С такими ранами ему уже не жить. ─

Травмы Ли Сюаньцаня выглядели чудовищно: мясо на многих участках содрано до костей, живот почти вспорот. То, что он до сих пор не испустил дух, само по себе казалось чудом.

─ Раз уж мы уцелели благодаря ему, давайте хотя бы перевяжем раны! ─

Ван Даню глянул на жуткие кровоточащие раны и решил помочь.

Не будь Ли Сюаньцаня, им двоим пришлось бы сражаться бок о бок с Чжао Чанлинем против разъяренных тварей; так или иначе, парень косвенно спас им жизни, и они хотели отплатить тем же.

Ван Сяоню чуть кивнул, и вскоре они принесли горячей воды.

Обмыв раны пострадавшего, они щедро присыпали их целебной мазью.

─ Мы сделали всё, что могли. Выживешь или нет – теперь зависит только от тебя. ─

Братья выполнили свой долг до конца, и даже если бы Ли Сюаньцан больше не пришел в себя, их совесть оставалась чиста.

Эта схватка затянулась почти до рассвета, и лишь когда на земле осталось лежать пять тел сородичей, демонические псы отступили.

Потери гарнизона оказались тяжелыми: свыше десятка регулярных воинов и более сорока призывников-трудовиков пали в бою, четверо десятников получили тяжелые ранения, досталось и самому Чжао Чанлиню.

Весь лагерь погрузился в траур; лица мобилизованных рабочих были серыми и безжизненными, а в глазах застыла пустота – впереди их ждала лишь безнадега.