Казалось, вся кровь в моём теле заледенела. Если немного преувеличить, можно даже сказать, что я услышал, как сердце оборвалось и ухнуло вниз.

Моя жизнь после вселения и так началась с того, что Хан Гёуль знала мою тайну, но она была исключительным случаем. Потому что она была регрессором.

А значит, с самого начала этой жизни избежать встречи с Хан Гёуль у меня не было никакой возможности.

Но… на сей раз всё было иначе.

— Дяденька, вы ведь злодей.

— ……

Мою личность раскрыл тот, кому вовсе не следовало этого знать. И не кто-нибудь, а ученица Магической Академии.

Стояло раннее утро, ученицы ещё не заполнили коридоры академии, и в школьном магазинчике находились только я и одна-единственная девушка.

Я пристально уставился на Шин Есыль, слегка нахмурившись. Розовые волосы, алые глаза.

Она была красивой девушкой, которой невероятно шли аккуратно заплетённые хвостики.

О чём вообще думает эта девчонка?

«Шантаж? Предупреждение?»

На ум приходило немногое. Я не мог взять в толк, зачем она подошла ко мне с такими словами.

Если она набралась смелости явиться ко мне, зная, что я злодей, у неё наверняка была какая-то страховка.

Чего именно она хочет от меня добиться, тыча мне в лицо моей тайной?

«Деньги и ценности?.. Вряд ли».

Магическая Академия, по сути, была местом для девушек, чьи семьи могли себе позволить солидные расходы. Иными словами, у неё не было причин вымогать деньги у обычного управляющего школьным магазином.

Ситуация оказалась совершенно непредсказуемой. Я и подумать не мог, что на меня начнут так давить.

— …Я не понимаю, о чём ты говоришь, Есыль.

Пока что я решил прикинуться дурачком. В конце концов, у неё ведь может и не быть твёрдых доказательств, верно?

Не было ничего глупее, чем съёжиться, принять покорный вид и тем самым лишь подарить ей уверенность.

— Какой ещё злодей, к лешему? Как видишь, я самый обычный управляющий школьным магазином. Просто дяденька без всяких там способностей, верно ведь?

— Хм-м… Правда?

Я изо всех сил пытался всё замять, но Шин Есыль лишь продолжала лучезарно улыбаться.

…Похоже, мой блеф не сработал ни на йоту.

Едва сдержав вздох, готовый рефлекторно сорваться с губ, я переспросил:

— Не знаю, почему ты вдруг завела об этом речь. У тебя есть доказательства, что я злодей?

Я смутно догадывался, что всему виной вчерашнее происшествие в переулке.

Иными словами, никаких веских улик, указывающих на то, что я злодей, могло и не быть.

Я напустил на себя как можно более невозмутимый вид и поинтересовался у Шин Есыль, есть ли у неё доказательства.

— Доказательства? Хм, ну…

Последовавший ответ на первый взгляд показался мне обнадёживающим:

— В том переулке вчера висела камера наблюдения. Когда вы спасли меня, ваши молниеносные движения вполне могли попасть на запись…

— ……

— Вот что я думаю! Но их могло там и не оказаться, так почему бы нам вместе не пойти и не проверить всё с полицией? Как вам такое?

Я понял, что эти несколько фраз не оставляли мне места для возражений.

Если мои движения тогда попали на камеру… Всё станет необратимым. Меня заклеймят злодеем без малейшего шанса оправдаться.

Ведь в этом мире мужчина, обладающий физическими способностями такого уровня, просто не мог быть никем иным, кроме как злодеем.

«Шах и мат».

Я мысленно тяжело вздохнул и зажмурился. Теперь выхода не оставалось.

Стоит моей личности раскрыться, и я больше не смогу работать здешним дяденькой из школьного магазина…

Если так, путей у меня оставалось немного. Вместо мирной жизни без лишних бед мне придётся с головой окунуться в Ассоциацию Злодеев.

Впрочем, к этой мере стоило прибегать лишь в самый, самый последний момент.

Я слегка сдвинул брови и уставился на Шин Есыль.

Неужели здесь действительно нет места для переговоров?

Если бы она искренне считала меня опасным типом, то пошла бы к директору академии, а не явилась бы в школьный магазин.

Тот факт, что она не донесла на меня Чхве Хён А, этой опасной аджумме, означал, что Шин Есыль может хотеть от меня чего-то другого.

— …Есыль.

В конце концов, мне ничего не оставалось, кроме как выбросить белый флаг. Сейчас это был единственный выход.

— Ты чего-то хочешь от меня? Зачем… Зачем приходить сюда и говорить такое?

Когда я заговорил как можно осторожнее и подобострастнее, Шин Есыль очаровательно прищурилась в улыбке:

— Ага, вы только что сами признались, да? Что дяденька — злодей. Я всё отчётливо слышала, ясненько?

С этими словами она вытащила из кармана смартфон и показала мне экран. Моё дурное предчувствие никогда не подводило: диктофон работал вовсю.

Я посмотрел на Шин Есыль с кислым лицом, а она залилась смехом, словно её это безумно забавляло:

— Отлично, отлично. Думаю, теперь мы сможем получше поладить. Хм, и что же мне заставить вас сделать первым делом?

— ……

Мне показалось, будто я только что услышал нечто жуткое.

Заставить меня сделать что?

«Это что, самый настоящий шантаж?»

Я настолько опешил, что чуть не выдавил из себя сиплый смешок, но из-за серьёзности ситуации не смог даже этого и лишь скривился.

Тем временем Шин Есыль взяла с прилавка леденец и небрежно повертела им перед моим носом:

— Я пока съем его, ладно? А то во рту совсем пусто.

— …Ты сначала заплатить за него должна.

— Ой, дяденька может потом сам за него рассчитаться.

Она даже не сделала вида, что слушает меня. Шин Есыль беспечно подмигнула, сорвала фантик и тут же закинула конфету в рот.

Затем, смакуя сладость и перекатывая её на языке, она продолжила разговор:

— Хм, вы правы. Прямо сию секунду мне не так уж много от вас нужно… Но разве нам не следует сперва чётко определить наши отношения? Между дяденькой и мной.

— …Отношения? Какие ещё отношения?

— Отныне дяденька становится человеком, который обязан беспрекословно выполнять мои просьбы. Пусть это и не контракт господина и слуги, но наши отношения начальника и подчинённого определены окончательно и бесповоротно!

Я настолько онемел от изумления, что даже рта раскрыть не мог, оставаясь лишь молча глазеть на Шин Есыль.

Неужели эта дьявольская девчонка — та самая, что вчера так самоотверженно лечила раненых?

Почему она не проявила ту же мягкость ко мне, а вместо этого опустилась до дешёвого шантажа?

Вместе с необъяснимым чувством несправедливости во мне вспыхнуло негодование по отношению к стоящей передо мной девушке.

Я слегка прищурился и холодно понизил голос:

— …Шин Есыль, и что ты будешь делать, если дяденька вдруг сорвётся, раз уж ты продолжаешь в том же духе? Уверена, что справишься?

— А? Сорвётесь?

— Если я злодей, как ты говоришь, разве будет странно, если я прямо сейчас причиню тебе вред?

Я бросил эту фразу, плавно сократив расстояние между нами на один шаг. Так сказать, угрожающий жест.

Если грамотно воспользоваться ситуацией, она на самом деле не так уж невыгодна для меня.

Стояло раннее утро — время, когда в академию ещё даже охранники не заступили на дежурство, не говоря уже о преподавателях.

Запугать одну-единственную будущую девочку-волшебницу типа исцеления не составляло никакого труда.

Это совсем не вязалось с моим характером… Но всё же, ради выживания, на что только не пойдёшь?

Я состроил самую свирепую физиономию, на какую был способен, посмотрел на Шин Есыль сверху вниз и холодно пробормотал:

— Тебе лучше уяснить, что эта ситуация складывается отнюдь не только в твою пользу. Как и то, что я могу сотворить с тобой всё что угодно.

— ……

— Говоря начистоту, если я захочу, то могу скрутить тебя прямо сейчас и сделать так, что ты бесследно исчезнешь…

— Пф-ф-ф!..

— ……

Я осёкся, так и не договорив. Поделать с этим я ничего не мог: раздался громкий смешок.

И смеялся не я. Откровенно насмехалась над моей угрозой не кто иная, как Шин Есыль.

Эта крошечная девчонка передо мной прикрыла рот ладонью и тихонько захихикала:

— А-а… Хи-хи, простите. Эм, я не хотела издеваться. Просто не сдержалась.

— …Ты.

— Нет, ну правда, вы серьёзно? Дяденька, вы ведёте себя совершенно не в своём духе.

— Что?

Стоило мне в замешательстве вскинуть бровь, как Шин Есыль с ухмылкой продолжила:

— Дяденька, мне как-то неловко говорить такое о себе, но у меня довольно хороший глаз на людей, знаете ли?

— Чего…

— Будь дяденька настолько порочным, чтобы причинить мне вред, вы бы не спасли меня вчера. Вы бы, скорее всего, просто бросили меня там, раздавило бы меня или нет.

— ……

— И я уже давно за вами наблюдаю. Хоть мы раньше только и здоровались в школьном магазине, вы всегда казались хорошим человеком.

Пока я пребывал в лёгком замешательстве, не в силах вымолвить ни слова, Шин Есыль буднично развернула ещё один леденец и принялась его рассасывать:

— М-м, верно ведь? Даже то, что вы только что сказали — эта угроза звучала совсем не искренне. Если вы думали, что это сработает, то вы слишком меня недооценили.

— …Да нет…

Это уже выходило за рамки замешательства; ситуация становилась абсолютно абсурдной. Чем дольше я её слушал, тем сильнее.

Я потёр пульсирующий лоб и сузил глаза, глядя на Шин Есыль.

В её словах прослеживалась собственная логика, но именно из-за этого принять их было ещё труднее.

Поддавшись искреннему чувству обиды, я возразил:

— Если ты была обо мне столь высокого мнения, какого чёрта ты тогда меня так шантажируешь? Не могла просто, знаешь ли, сделать вид, что ничего не заметила?

В ответ Шин Есыль покачала указательным пальцем из стороны в сторону, словно вполне ожидала подобного вопроса:

— Ой, так нельзя. Независимо от того, были вы добры ко мне или нет, вы явно кажетесь злодеем. Как я могла просто оставить всё как есть?

— ……

Парировать это заявление было непросто. Даже притом, что на душе всё ещё оставался какой-то неприятный осадок.

Смотрел ли я на неё сердито, выказывая недовольство, или нет — Шин Есыль попросту продолжала гнуть свою линию:

— Честно говоря, это ещё и весело. Иметь возможность шантажировать дядю-злодея и использовать его как раба… Нет, хм, скорее как послушного слугу.

— Ты сейчас сказала «раба»?

— Не обращайте внимания на мелочи в словах. В общем, дяденька отныне мой тайный друг. Понятно?

Я не нашёл что ответить и лишь молча уставился на Шин Есыль. Она была до крайности дерзкой соплячкой, но было очевидно, что выбора у меня нет.

Учитывая мой характер, о применении силы и причинении вреда девушке не могло быть и речи, да и к тому же она намертво ухватила меня за слабое место. Что ещё мне оставалось делать?

— Ха-а…

Осторожно помассировав разболевшиеся виски, я был вынужден спросить снова:

— Что именно ты хочешь меня заставить сделать? Давай выкладывай. Чего тебе надо.

Это был тупик, которого мне никак не избежать. В таком случае, пожалуй, лучше было поскорее дать ей желаемое, чем продолжать жаловаться на несправедливость судьбы.

Если ей нужно от меня что-то конкретное… Разве согласие на это не станет способом поскорее покончить с этими отношениями, где меня держат на крючке?

Я посмотрел на Шин Есыль с явным недовольством, а она приложила указательный палец к подбородку, на мгновение задумавшись:

— Вы правы. Для начала есть одна услуга, которую я бы очень хотела получить от дяденьки…

— …И что это? За услуга.

Когда я переспросил слабым голосом, уже наполовину смирившись, Шин Есыль слабо улыбнулась и встретилась со мной взглядом.

Затем с чрезвычайно озорным выражением лица она обронила всего одну фразу:

— Сходите со мной на свидание на этих выходных, дяденька?

— …?

Эта единственная фраза заставила меня состроить самое глупое выражение лица на свете.

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot