Когда Чёрный пёс, словно взорвавшись, исчез, окутывавший Арбонес Проклятый туман рассеялся без следа.

Эльфы, чей путь к отступлению до этого был отрезан, наконец-то смогли выбраться наружу, но теперь возникла другая беда — бушующее пламя.

Хоть Чёрный пёс и туман сгинули, огонь, перекинувшийся на Божественное Древо, никуда не делся и разгорался лишь пуще прежнего.

Даже не успев взглянуть на всплывшее системное сообщение о трофеях за поверженного монстра, я бросился эвакуировать эльфов, уворачиваясь от падающих горящих ветвей.

— Лави! Эльфин! Ленис! Уходим отсюда! Идти сможете?!

— Ха-а... Ха-а... Да!

— Угх... Кое-как... держусь.

— Кх... Проклятье... Тело... тело не слушается...

Лави с Эльфин ещё держались на ногах, а вот Ленис, потратившая слишком много маны на исцеление бесчисленных сородичей и до последнего поддерживавшая Защитную магию на растениях Эльфин, похоже, выбилась из сил окончательно.

Заметив, как Ленис попыталась шагнуть вперёд, но рухнула наземь от подкосившихся ног, я тут же подскочил к ней и закинул себе на спину.

— Так-то лучше, верно?

— Ч-что ты творишь?! Чтобы такой тип, как ты, Альбис, лапал меня... Угх!..

— Не строй из себя героиню, раз ноги подкашиваются и идти не можешь! Заткнись и думай только о том, как унести отсюда ноги!

— Угх... Л-ладно.

*Треск... Ба-а-ам!*

Огромная ветвь объятого огнём Божественного Древа, не выдержав собственного веса, с грохотом рухнула на землю, и от этого удара содрогнулась твердь под ногами.

Листва обращалась в пепел, разлетавшийся во все стороны, а искры перекидывались на соседние ветви, окончательно пожирая пламенем Божественное Древо — родной дом эльфов.

Эльфы смотрели на гибнущее в огне древо, не сдерживая слёз.

— Н-наш дом... Арбонес...

— Не может быть...

— Воды! К-кто-нибудь владеет Магией потока?! Хоть какое-нибудь ведро найдите...

— Да как ты вёдрами потушишь пламя на такой высоте?!

— Назад, все назад! Если останемся здесь, то либо сгорим заживо, либо нас раздавит!

*Хрясь!*

Огонь разгулялся вовсю, и вскоре всё Божественное Древо обратилось в пылающий исполинский костёр.

Я велел Лави по-быстрому сгрести только те предметы, что выпали после гибели Чёрного пса.

Лави взвалила на себя добытое снаряжение, я тащил Ленис, а Эльфин указывала дорогу множеству уцелевших эльфов, пока мы спешно покидали рушащееся Божественное Древо.

*Ву-у-ух! Треск!*

Стена огня ширилась с ужасающей скоростью, разрастаясь всё сильнее, пока окончательно не поглотила Божественное Древо. Иггдраль, служивший эльфам домом десятки тысяч лет, сгорал дотла на глазах.

Всякий раз, когда очередная пылающая ветвь с грохотом падала вниз, эльфы испуганно вскрикивали и причитали, но Эльфин без устали подгоняла своих сородичей, выводя всех наружу.

— Первыми выносите тех, кто без сознания! Маги, держите барьер!

— Госпожа Эльфин! Впереди проход завалило веткой!

— Воины, вперёд! Лучники, сосредоточьте огонь в одной точке и вложите в стрелы ману, чтобы пробить брешь одним ударом! Как только лучники выстрелят, воины расчищают завал!

— Есть!

Повинуясь точным и безупречным приказам Эльфин, эльфы слаженно пробивали путь на свободу.

Лучники разом выпустили наполненные маной стрелы в огромный тлеющий сук Божественного Древа, преграждавший дорогу, расколов его на части. Следом ринулись эльфийские воины и добили ослабленную преграду, окончательно расчистив тропу.

— Маги! Ставьте щиты по бокам, чтобы огонь не перекинулся на проход!

— Слушаемся!

*Треск!*

Когда очередная громадная ветка полетела прямо на эльфов, бежавших через расчищенный завал, Эльфин из последних сил воззвала к земле, и взметнувшиеся стебли растений подпёрли падающий ствол.

— Быстрее, бегите! Все уходите отсюда! Укройтесь там, куда пламя не доберётся!

Обливаясь слезами, тысячи спасшихся эльфов выбежали на поляну за пределами Божественного Древа. Лишь оказавшись на безопасном расстоянии от бушующего огня, они обессиленно повалились на траву, глядя на догорающий Иггдраль.

— *Всхлип*... *Хнык*...

— Божественное Древо... Наш дом, стоявший десятки тысяч лет...

— Гордость нашего народа... Как же так...

Эльфы безутешно рыдали, не в силах совладать с горем. Эльфин тоже дрожала всем телом, сдерживая подступающие к глазам слёзы и до крови прикусив губу.

Несмотря на это, она крепилась и обходила раненых, проверяя их состояние. Но стоило ей удостовериться, что её дедушка, старейшина эльфов, жив и невредим, как силы оставили её — девушка рухнула на колени и зарыдала навзрыд.

— *Всхлип*... А-а-а-а!.. Дедушка... Дедушка... Я не смогла сберечь Божественное Древо... Наш кров... наш дом... Всё, что было у нашего народа, обратилось в пепел... Что же нам теперь делать...

Причитания эльфов разносились над поляной без конца.

Среди выживших витали лишь отчаяние и полная беспомощность.

Не давая этой беспросветной тьме окончательно поглотить их души, я гаркнул во всю мощь лёгких, чтобы слышал каждый:

— Вы так и будете здесь сидеть и реветь?! Вместо того чтобы выть без умолку, лучше бы подумали, где теперь будете жить! Неподалёку есть тракты, ведущие к городам соседних государств. Разве вы не должны как можно скорее решить, как устроиться там?!

В ответ эльфы вскинулись, осыпая меня гневными возгласами:

— Ты предлагаешь нам идти в города людей и жить среди них?!

— Да как мы можем пойти на такое?! Мы — народ, осенённый благодатью Божественного Древа!..

— Нам суждено было жить только под сенью Божественного Древа! Но его больше нет, оно сгорело!

— Тебе легко говорить, ведь ты чужак, человек!

Я повысил голос ещё сильнее:

— Что случилось, то случилось! Неужели даже сейчас вы будете кичиться гордостью своего народа, откажетесь выходить к людям и продолжите жить взаперти своей замкнутой кучкой, как делали всегда?! Вот эту дорогу вы выбираете?!

Указав пальцем на догорающее и осыпающееся пеплом Божественное Древо, я шагнул к толпе и рявкнул:

— Если вам так претит мысль о жизни среди людей, надо было оставаться там и сгореть вместе с этим чёртовым древом! Когда я вытаскивал вас из Проклятого тумана, надо было не благодарить меня, а прыгать обратно в туман и подыхать!

— Альбис!

Эльфин пришла в ужас от моих жестоких слов, но я не собирался останавливаться.

— Разве вы сами не хотели жить?! Разве не поэтому вы благодарили за спасение, пока ваша плоть гнила, а кровь хлестала в тумане?! Разве не ради жизни вы бежали из-под падающих горящих сучьев рушащегося древа?! Ваши семьи, друзья и возлюбленные живы и стоят рядом с вами! У вас, ублюдков, впереди ещё века жизни, и вы считаете правильным просто тосковать по рухнувшему древу и гнить здесь в канаве?!

— Н-но... мы никогда не жили за пределами Божественного Древа. Эльфы не могут выжить без благодати Божественного Древа...

— А ну повтори этот бред прямо перед Эльфин!

Я схватил Эльфин за плечи и развернул её лицом к уцелевшим сородичам.

— Посмотрите на Эльфин, внучку старейшины, за которым вы все идёте! Она три года прожила в Международной Академии, вдали от Арбонеса, и ни разу даже словом не обмолвилась о том, что слабеет без благодати Божественного Древа, да и не выглядела слабой! Вы вовсе не тот народ, что погибает вдали от благодати Божественного Древа. Вы просто настолько размякли в созданном им уюте, что вам и в голову не приходило выйти наружу!

— ...Альбис.

— Чего вам не хватает?! Жизнь у вас короткая?! Или талантов нет, чтобы жить среди людей?! А может, люди беспрестанно вас притесняют?! Да вы на Племя кроликов посмотрите! Они ни в чём не уступают людям, а физически и вовсе превосходят их на голову, но всё равно терпят унижения и дискриминацию со стороны человечества, из кожи вон лезя, чтобы доказать: «мы тоже на что-то способны»!

Стоявшая рядом Лави посмотрела на меня взглядом, полным искренней признательности.

— А перед вами, эльфами, люди благоговеют! Пусть не так, как Эльфин, но вы способны взращивать растения прямо из земли, среди вас есть мечники, лучники и маги! Кто-то варит зелья, кто-то мастерски ткёт ткань! Вы долго живёте, у вас превосходный слух! Будь у вас хоть капля воли, вы могли бы влиться в людское общество в любой момент, и люди приняли бы вас с распростёртыми объятиями! Но вы предпочитаете сидеть здесь, оплакивая сгоревшую деревяшку?! Что бы подумали о вас сородичи, погибшие внутри?!

Долгая жизнь вовсе не означала, что эльфам неведома смерть. Они точно так же скорбели о потерях и испытывали первобытный страх перед гибелью.

Именно поэтому, когда я упомянул их соплеменников, умерших от проклятия, во взглядах эльфов наконец-то что-то дрогнуло.

В этот миг среди раненых раздался старческий голос:

— *Кхе-кхе*... Юноша, как, ты говоришь, твоё имя?

Обернувшись, я увидел седовласого эльфа с пышной белой бородой, с трудом поднимавшегося на ноги.

Все сородичи, заметив его, ахнули и бросились к нему на выручку:

— Дедушка!

— Старейшина!

— Старейшина, вы живы! Как вы себя чувствуете?! Вам же нужно лежать!

— Со мной всё в порядке. Так как же твоё имя, юный человек?

— Альбис.

Дедушка Эльфин, старейшина эльфов Элоиз, выслушал мой ответ и, надрывно закашлявшись, продолжил:

— Альбис, значит... Слушайте меня внимательно, дети мои. В словах Альбиса нет ни крупицы лжи. Мы слишком глубоко погрузились в тот безмятежный уют, что дарило нам Божественное Древо. Мы возвели стены от внешнего мира и отгородились ото всех, оправдываясь тем, что пытаемся предотвратить передаваемое из поколения в поколение Пророчество о гибели. Десятки поколений до меня поступали точно так же, и мы шли по их стопам. Быть может, сегодня мы просто заплатили цену за своё бездействие.

— Но, старейшина!.. Как же нам теперь жить?!

— Пророчество о гибели всё-таки сбылось! Разве это не означает конец нашего народа?!

Старейшина Элоиз задумчиво погладил бороду.

— «Когда всё обратится в пепел и рухнет прахом, высший народ лишится очей и падёт на твердь, уповая лишь на единственный Луч Света».

Когда старец зачитал последние строки пророчества, эльфы испуганно вздрогнули.

— Пророчество о гибели... Но сулит ли оно истинную гибель? По правде говоря, нигде в пророчестве не сказано, что наш род будет стёрт с лица земли. В нём говорится лишь, что мы ослепнем и падём на твердь.

Затем старейшина перевёл взгляд на меня:

— Луч Света, на который должно уповать... Перед тем как потерять сознание, я отчётливо видел этот свет. Исходил он прямо от него — от чужака, человека по имени Альбис. Разве я не прав?

— Если вы имеете в виду этот свет, то да.

Я извлёк Световой клинок, и эльфы, ощутив исходящую от него силу, изумлённо выдохнули.

Элоиз окинул собравшихся спокойным взглядом и произнёс:

— Мы слепы. В этой непроглядной тьме мы не ведаем, куда идти и что делать. Но этот юноша, несущий спасительный луч света, вытащил нас из беды и указал дорогу в будущее. Быть может, мы вовсе не погибаем, а наконец-то получаем возможность взглянуть на другие народы на равных. Мы пали, это правда, и защищавшее нас десятки тысяч лет Божественное Древо обращается в пепел... Но это вовсе не означает безусловный конец нашего рода.

Повернув голову к яростно пылающему Божественному Древу, Элоиз тихо прикрыл глаза.

— Так давайте же отпустим... великое древо, оберегавшее нас так долго. Хоть мы и не были готовы к этому дню, всё в этом мире происходит внезапно. Мы не должны опускать руки и прекращать борьбу за жизнь. Мы сохраним память о павших в наших сердцах и продолжим жить ради них. Не думайте, что мы пали на землю — считайте, что теперь мы готовы встать наравне со всеми остальными. И всё же...

Из его морщинистых глаз скатилась скупая слеза.

— Сегодня... давайте вместе скорбеть об утрате Божественного Древа, что дарило нам свой приют.

Едва старейшина замолчал, как тысячи эльфов разразились рыданиями, провожая взглядами пылающее Божественное Древо, а Эльфин рухнула на колени, содрогаясь в безутешном плаче.

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot