Знакомые растрёпанные волосы и форма охранника.

Понять, кто перед нами, было нетрудно.

— ...А?

Мужчина, который вместе со скандалистом поднялся на четвёртый этаж, вернулся в комнату отдыха.

— Здравствуйте.

Увидев нас, он слегка кивнул в знак приветствия.

Выглядит нормально.

Вообще никаких ран.

Как...?

Я был крайне озадачен, но постарался не показывать этого внешне.

Спокойно.

Сначала пароль.

— Мясо?

— Пирог.

Услышав ответ, Мину-хён заметно просиял.

— Фух, слава богу, ты вернулся...

Мину-хён расслабился и уже собирался подойти к мужчине, но я преградил ему путь.

Во время прошлого перерыва этот человек в комнате отдыха не появлялся.

Поэтому я решил, что он погиб вместе со скандалистом...

Где он находился и чем занимался всё это время, раз вдруг появился только сейчас?

Слишком подозрительно.

Но.

С того самого момента, как мы вошли, я держал направленный на него фонарь, а мужчину это, похоже, совершенно не беспокоило.

Так чудовище реагировать не должно.

Я запутался.

— ...Как вы вернулись с четвёртого этажа?

Я всё ещё сомневался и не мог принять решение.

— Что значит «как»? Там ничего особенного не было. Немного осмотрелись, и я спустился обратно.

— Говорите, ничего не было.

— Да. А что-то не так?

Чаша весов начала склоняться в одну сторону.

Я решил проверить стоявшее передо мной существо, притворившись, будто не знаю того, что уже знаю.

— Почему вы один? Где тот господин?

— Господин? А, старик. Сказал, что устал отдыхать и хочет ещё немного попатрулировать. Я уже вымотался, поэтому спустился один.

— ...Понятно.

Что-то не сходится.

Определённо.

Не говоря уже о его утверждении, что на четвёртом этаже ничего не произошло.

Если мужчина говорил правду, получалось, что скандалист был жив ещё совсем недавно.

Но такого быть не могло.

Потому что во время патрулирования в два часа я видел его труп.

Это случилось, когда чудовище заманило меня на третий этаж.

Благодаря Мину-хёну я пришёл в себя и уже собирался вместе с ним спуститься обратно, когда мне вдруг стало любопытно.

«Третий этаж ведь закреплён за скандалистом.»

Если каким-то чудом ему удалось благополучно выбраться с четвёртого этажа, разве сейчас он не должен был патрулировать здесь?

Вместе со своим напарником.

Особых надежд я не питал.

Просто оставлял крошечную вероятность.

Наверное, поэтому.

Мне понадобилось совсем немного времени, чтобы это заметить.

В углу стеллажа, заставленного множеством обуви, лежала человеческая нога.

Она была отсечена примерно на середине голени и перевёрнута вверх ногами.

Словно её выставили на продажу как обычный ботинок.

Безвкусные флуоресцентные походные ботинки.

Те самые, которые носил скандалист.

Поношенная и грязная обувь вернулась на третий этаж ещё сильнее потрёпанной после неизвестно чего пережитого.

Судя по крови, которая всё ещё стекала на гладкий пол «Ит-Марта», ногу положили сюда совсем недавно.

Возможно, буквально перед нашим приходом.

Скандалист умер.

Меня больше удивило то, насколько спокойно я отреагировал на смерть человека.

Я уже привык?

Или просто пытался убедить себя, что ничего серьёзного не произошло?

— Что там?

— ...Ничего. Думаю, мы уже достаточно осмотрелись. Давай спустимся.

Когда Мину-хён спросил, я тут же отвёл луч фонаря от ноги.

Показывать ему это не было никакой необходимости.

Возможно, именно поэтому я и не стал искать на третьем этаже остальные части тела.

Хотел сохранить хотя бы ничтожную вероятность того, что ошибаюсь.

Так мы вернулись на второй этаж.

Я закрыл глаза и вновь прокрутил произошедшее в памяти.

Воспоминание было отчётливым.

Ошибки быть не могло.

Во время патруля в два часа скандалист уже был мёртв, а его нога — отсечена.

Сейчас же давно перевалило за три часа.

Ничего не произошло на четвёртом этаже?

Он спокойно спустился и всё это время просто продолжал патрулировать?

Этот человек лжёт.

Но зачем?

Поскольку свет фонаря никак на него не действовал, однозначно назвать его чудовищем тоже было сложно.

Пока я размышлял, Хара обратилась к мужчине и предложила вместе покинуть это место.

— Что-то случилось?

Мужчина заговорил, то открывая, то закрывая рот.

Широко развёл руки, изображая удивление.

И тогда—

его взгляд на одно мгновение задержался на моей руке.

На долю секунды.

Но я точно это заметил.

Мужчину беспокоил фонарь в моей руке.

Благодаря этому я изменил своё предположение.

«Не то чтобы свет вообще не действует.»

Он просто притворяется, будто ему всё равно.

Даже то чудовище с вывернутой шеей, которое мы встретили первым, какое-то время выдерживало свет фонаря.

Я понятия не имею, каким образом чудовище в облике этого мужчины способно вести себя настолько естественно.

Но если полной невосприимчивости к свету у него нет—

способ существует.

— Грох.

Я открыл ящик в комнате отдыха.

Внутри лежало довольно много запасных фонарей и таймеров, подготовленных «Ит-Мартом».

Если одного недостаточно—

задавлю количеством.

Больше фонарей.

Больше света.

Я набрал целую охапку фонарей и начал включать их один за другим.

Щёлк.

И с каждым новым включённым фонарём мужчина всё заметнее начинал следить за мной.

Щёлк.

Щёлк.

— Что ты делаешь?

— ......

Стол.

Стул.

Книжная полка.

Те фонари, которые уже не помещались в руках, я расставлял на мебели и поворачивал так, чтобы лучи были направлены на мужчину.

— Хватит уже этого цирка. В глаза светит.

Я ничего не ответил.

Упрямо продолжал включать фонари один за другим и направлять на него.

Щёлк.

— Почему ты вдруг так себя ведёшь? Странный какой-то. Остановите его.

Щёлк.

Щёлк.

Щёлк.

— Прекрати.

Щёлк.

И в тот момент, когда я направил ему прямо в лицо последний фонарь из ящика—

— Прекра-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ати! Ах.

Хлюп.

Шея мужчины наполовину разорвалась.

Голова повисла набок, едва удерживаясь на теле.

— Прости-и-ите.

Губы на запрокинутой назад голове зашевелились.

Позади меня кто-то резко втянул воздух.

Хара?

Дури?

Может, обе.

Мужчина совершенно буднично взял голову обеими руками.

Поднял.

И снова установил на шею.

Теперь она была слегка наклонена влево.

К счастью, благодаря этому мне не приходилось смотреть ему прямо в глаза.

— Хмм, хмм. Штранно.

Похоже, результат его не устроил.

Мужчина снова и снова приподнимал голову и отпускал её.

С каждой секундой его состояние становилось всё хуже.

А затем—

— Вшё равно... шлишком много.

Произнося непонятные слова, он потащил разваливающуюся кожаную оболочку прочь из комнаты отдыха.

Я сразу высунул голову в коридор и осмотрелся.

Но мужчины уже нигде не было.

— Ч-ч-что это было? Это правда чудовище? Я ведь не схожу с ума?

Ноги Хары подкосились, и она рухнула на пол.

Чудовище, которое она лишь мельком заметила в темноте «Ит-Марта», не шло ни в какое сравнение с тем, что сейчас произошло прямо у неё перед глазами.

Возможно, так даже лучше.

После настолько отчётливой встречи она уже не сможет отрицать существование чудовищ.

— Ты не сходишь с ума. И это не галлюцинация. Всё настоящее.

Я воспользовался моментом и жёстко обратился к Харе.

— Чтобы выжить, нужно следовать правилам. А если попытаться уйти раньше окончания смены — умрёшь.

— Ч-что... хнык... ик... Я... правда...

Я указал пальцем на дверь комнаты отдыха и холодно произнёс:

— Хочешь умереть — выходи прямо сейчас. Я тебя останавливать не буду.

И только теперь—

— Хнык... ик... Н-нет! Пожалуйста, я хочу жить. Я не уйду. Ни за что не уйду. Ик... Что бы ни случилось, я не покину это место до окончания смены.

Упрямство Хары наконец сломалось.

Она закивала и разрыдалась.

— Я не хочу умирать. Почему я вообще оказалась в таком месте... хнык... Уа-а... Мама...

Вся растерянность, страх и ужас, которые она до этого изо всех сил подавляла, разом вырвались наружу.

Она уже не могла себя контролировать.

Конечно, то, что Хара наконец перестала отрицать реальность, было хорошей новостью.

Да.

Это хорошо.

Но, глядя на неё, я лишь плотно сжал губы и ничего не сказал.

Неприятно.

Когда Хара плакала словно ребёнок и умоляла не дать ей умереть, я почему-то почувствовал странное родство.

— Пожалуйста... спасите меня...

Эта сцена наложилась на воспоминания из прошлого.

Мне стало тяжело.

И жалко Хару.

Я вспомнил патрульную группу третьего этажа.

Тех, кто уже перешёл черту, после которой назад дороги не было.

После долгих и запутанных размышлений я наконец заговорил.

Но смог предложить лишь самые банальные слова.

— Взамен я помогу тебе благополучно выбраться из «Ит-Марта». Сделаю всё, чтобы больше никто не умер. Обещаю.

— ...Да.

Хара вытерла слёзы и слабо улыбнулась.

Я слегка нахмурился.

Её настолько резкий переход от рыданий к улыбке показался мне странным.

Но следующие слова Хары заставили меня уже откровенно растеряться.

— Ты добрый. Когда мы раньше увидели чудовище, ты даже глазом не моргнул. А сейчас у тебя самого лицо такое, будто вот-вот заплачешь. Немного смешно.

...Правда?

У меня было лицо человека, который сейчас расплачется?

Как стыдно.

Особенно слышать это от человека, который всего несколько секунд назад сам рыдал навзрыд.

Я неловко отвернул голову.

— Фух... ха. Фух... Теперь я успокоилась. Если просто соблюдать правила, мы сможем выжить, правда?

Хара посмотрела на меня.

Всё ещё мокрые от слёз глаза блестели решимостью.

На губах появилась слабая улыбка.

И тогда—

— Эм... У меня есть вопрос.

Дури осторожно подняла руку.

— Как чудовище вообще попало в комнату отдыха? Я точно помню, что в руководстве говорилось: комната отдыха безопасна.

Если честно, я и сам думал о том же.

До этого ни одно чудовище не входило в комнату отдыха.

Так почему же это существо смогло совершенно спокойно сюда зайти?

Ответ найти было нетрудно.

В конце концов, мы находились внутри Аномалии, основанной на правилах.

Значит, ответ должен скрываться в самих правилах.

11. В большинстве случаев комната отдыха безопасна.

: Даже если вы встретите в комнате отдыха другую патрульную группу, обязательно обменяйтесь паролями. Подробности смотрите в правиле 8.

11-1. Ни при каких обстоятельствах не прикасайтесь к картине с Бодхидхармой, висящей на стене комнаты отдыха. В случае повреждения картины с вас, в зависимости от степени вашей ответственности, могут взыскать огромную сумму за реставрацию.

Причина, по которой комната отдыха считалась безопасной.

Картина с Бодхидхармой, висевшая на стене.

Скандалист раньше вскользь говорил, что изображения Бодхидхармы способны отгонять злых духов.

«Если так, то неужели...»

Ощутив дурное предчувствие, я повернул голову.

И сразу заметил, что в комнате отдыха кое-чего не хватает.

— Её нет.

Почему её нет?

— Чего нет?.. О боже.

Картина с Бодхидхармой, которая висела в углу стены — полностью исчезла.