⚔︎
Наконец настал третий день праздника.
Сотис, облачённая в обычную гражданскую одежду, со свистом распахнула дверь и ворвалась в палату.
— Господин Герой, погнали! Я уже оббегала всё вокруг и высмотрела самые крутые места!
— Пф-ф...
Глядя на неё, любой бы понял: она ждала этого выхода куда больше меня.
— И что тут смешного?! Я, между прочим, ради вас так старалась! Чего вы так лыбитесь?!
Сотис с лёгким безумием на лице принялась предъявлять мне претензии. Похоже, последние два дня дались ей несладко. Нет, серьёзно, выглядит жутко... Завязывай так на меня смотреть...
— Да нет, просто... ты выглядишь куда более воодушевлённой, чем я.
— Правда, что ли?
Сотис скривила недовольную мину. Похоже, сама она этого даже не осознавала. Она принялась задумчиво щупать своё лицо, а я тем временем накинул пальто.
«Сколько же лет я не носил обычную одежду?»
Четыреста лет. Все эти дни на мне была только эта дурацкая красная больничная пижама. Кстати говоря, а почему в местной больнице пижамы именно красного цвета?
— А, и вот это ещё наденьте. Лицо надо закрыть.
Сотис протянула мне огромный балдахон с глубоким капюшоном. В таком наряде даже сама Сотис выглядела как адептка подозрительного культа. Если я нацеплю то же самое, мы будем похожи на банду опасных сектантов.
— Мне тоже? Навряд ли меня кто-то узнает. Не кажется ли тебе, что два человека в капюшонах, шарахающиеся по улице, привлекут куда больше подозрений?
Если только в центр столицы не ворвутся семьдесят два демона, меня в жизни никто не узнает. Совершенно бесполезная предосторожность.
— Знаете что? Вид Героя, полностью замотанного в бинты, больше похож на восстающего из могилы упыря, чем на простого прохожего. Так что балахон это ещё меньшее из зол!
Что ж, логично. Примем это со смирением. Пусть мои чувства немного задеты, но она ведь заботится обо мне, верно?
— Так, залезайте в карету! Это наш первый выгул, надо оставить хорошие воспоминания!
Помявшись секунду, я взял её за руку и поднялся в карету. Но стоило ей выехать за пределы Ватикана, как произошло то, чего я и боялся. Из-за того, что мы покинули святую землю Собора, моё состояние резко ухудшилось.
— Угх...
— Господин Герой? Вам плохо?
— Нет, нормально.
Я сказал, что всё в порядке, но Сотис даже не сделала вида, что услышала меня, и принялась с ходу кастовать на меня лечебную магию. На кой хрен ты тогда спрашивала?!
— Это всё потому, что мы выехали из Ватикана. Теперь-то вы понимаете, насколько у вас безнадёжное тело?
Сотис не упускала случая поворчать, параллельно навешивая на меня одно исцеляющее заклинание за другим. Её умение выполнять несколько дел одновременно было раздражающе хорошим.
— Мне уже лучше, прекращай.
Я остановил Сотис, готовую обрушить на меня весь свой арсенал поддержки. Ей ведь ещё молиться на центральной площади перед толпой, на кой чёрт она так бездарно разбазаривает божественную силу?
— Хмпф... И всё равно я переживаю.
— Не переживай ты так. Я своё тело получше тебя знаю.
— А вот и нет... Я, между прочим, точно знаю, какого цвета и формы ваши внутренности. Знаете об этом? Хе-хе, ваши органы вообще наглухо чёрные. Изгибы и пропорции такие уродливые, что я поражаюсь, как вы до сих пор к Богине не отправились.
— ...
Глядя на Сотис, уставившуюся на меня пустыми безумными глазами, мне стало немного жутко. Надо быть с ней поаккуратнее. Слова лечащего врача всегда имеют вес.
Карета двигалась в тишине, и, к счастью, эта неловкая атмосфера длилась недолго. Карета плавно остановилась.
— Кажется, приехали, Сотис.
— Ой! И правда! Пошли!
Сотис выпрыгнула из кареты. Я последовал за ней, и перед моими глазами открылось зрелище, которого я никогда в жизни не видел.
Огромное количество людей искренне радовались и смеялись. Дети шумели возле уличных лотков, мотив песни уличного музыканта заставлял прохожих пританцовывать. Все веселились и смеялись во весь голос. И среди них не было ни одного человека, который пытался бы выдавить из себя громкий смех, лишь бы заглушить боль от потери погибших товарищей.
Никто не пел скорбных песен в память об ушедших. Люди просто искренне радовались жизни.
— А...
Невероятно красиво. Только сейчас я по-настоящему вспомнил значение слова «праздник». Да, именно так он и выглядел.
— Господин Герой?
Сотис с удивлением посмотрела на меня, застывшего на месте.
— Я впервые вижу таких счастливых людей... Все, кого я встречал в своей жизни, несли в себе глубокую печаль. А здесь... здесь таких лиц нет.
— А... Как хорошо. Значит, я не зря так мучилась с подготовкой.
Сотис смущенно улыбнулась. В моё время о таком нельзя было и помыслить. Когда наступала тёмная ночь, все затаивали дыхание в ожидании утра. А тут люди сами зажигают огни, освещают тьму и смеются внутри этого света... Невероятное зрелище. Я хотел подойти ближе, чтобы получше разглядеть этот свет, как вдруг...
«Ты и правда так думаешь?»
— ...
От звука этого голоса в моей голове я снова замер. Мрачный, плачущий голос.
«Мы снова встретились раньше, чем я думал».
Прошлое, которое я, казалось, похоронил, снова вылезло наружу. Упрямый паршивец. Впрочем, именно благодаря его упрямству я и смог выстоять до сегодняшнего дня.
«Ты правда думаешь, что видишь это впервые? Это ведь есть в тех воспоминаниях, которые ты выбросил».
Судя по тому, что он заговорил о выброшенных воспоминаниях, финал у той истории явно был паршивым. Неужели он вылез из-за того, что я вспомнил фрагмент той памяти? Нет, всё равно не сходится. Раньше такого никогда не было.
«Эй... Ты как вообще вылез?»
«Хм... Наверное, потому что [Благословения] больше нет? Теперь ведь ничто не защищает твой разум».
То, что он вылез из-за отсутствия [Благословения], защищавшего мой разум – плохой знак.
«Залезь обратно».
«Эй! Смотри туда! Туда смотри!»
Прошлое «я», которое я пытался выбросить, даже не слушало меня, отчаянно закричав в голове.
«Куда "туда"?»
«Да вон же! Вон там!»
«У тебя даже тела нет, откуда я знаю, куда ты тычешь?!»
«Э-э-эм... Ну, от тебя пятый лоток слева».
Обычный лоток. Но раз уж у этого мальчишки есть воспоминания, которых нет у меня, может, он заметил что-то действительно важное?
«И что там такого?»
«Сладкая вата! Хочу сладкую вату!»
И на что-то я вообще надеялся? Ну не идиот ли?
— ...Герой!
Был ли я в прошлом настолько буйным? Моё собственное прошлое казалось мне совершенно чужим человеком.
— ...Господин Герой!
Сотис стояла прямо передо мной и орала во всё горло.
— Сотис, нас же люди услышат. Моё существование – секретная информация, тебе нормально так кричать?
— Я вас зову-зову, а вы стоите с отшибленными мозгами и не отвечаете! Вам плохо?!
Похоже, я заставил её поволноваться. Пришлось быстро успокаивать Сотис, которая уже занесла руку для очередной порции исцеляющей магии.
«Хочу сладкую вату!»
— Умолкни хоть на секунду, тварь.
— Что-о-о...? Вот это заявления... Господин Герой, вы жить перехотели?
Вот ведь сумасшедшая. Вместо того чтобы обидеться, она воспринимает всё как объявление войны. Её стойкость даже пугает.
— Да нет, Сотис, я не тебе...
«Сладкую вату!»
«Блять».
— Я просто хотел спросить... А вон то съесть можно?
Чтобы хоть как-то отвлечь её, я ткнул пальцем в лоток.
— Хм-м...? Вы про сахарные облака?
— Ну да, про них.
— Мне-то без разницы, но... Хе-хе, сахарные облака? Серьёзно?
Сотис с ехидной ухмылкой уставилась на меня. Ей-богу, бесит. Я кивнул, и Сотис сразу же побежала к лотку, а спустя пару минут вернулась с двумя палочками ваты.
— Нате. Вам какую? Есть розовая и голубая. Хе-хе.
Меня уже заранее тошнит от мысли, как долго Сотис будет припоминать мне эту хрень. В следующий раз, когда буду доставать вещи из подпространства, я лучше выхаркаю ведро крови, но достану сразу две вещи!
— ...Без разницы.
Сотис сунула мне в руку розовую вату.
«Хнык, а я хотел голубую...»
«Умолкни!»
Двойное давление изнутри и снаружи сводило с ума. Приняв вату, я задался логичным вопросом:
«Слушай, а как ты собрался её есть?»
«Что за глупый вопрос? Всё, что ешь ты ем и я».
Ну да, логично... Мы ведь один и тот же человек. От мысли, что моё собственное прошлое ощущается как совершенно чужой человек, стало и паршиво, и смешно одновременно.
«Если я это съем, ты залезешь обратно?»
«Ага! Я уйду внутрь!»
Получив обещание, я откусил кусок ваты. Она мгновенно растаяла во рту приторной сладостью.
«Вкусно, да?»
«Да... Вкусно».
Обычная сладость, но почему-то она казалась безумно вкусной.
«Вообще-то, сладкая вата... это была последняя еда, которую мы ели перед тем, как попали сюда».
«Хм...»
Похоже, именно поэтому он так отчаянно требовал её купить.
«Даже если ты не помнишь, я всё помню. И отныне я ничего не забуду, так что не переживай».
«Кто ещё переживает».
«Увидимся в следующий раз!»
Я почувствовал, как прошлое «я» снова растворяется внутри. Из глаз сами собой потекли слёзы. Неужели в прошлом я был таким плаксой? Впрочем, именно поэтому он тогда и ревел без остановки. К счастью, из-за глубокого капюшона Сотис ничего не заметила.
— Господин Герой, вам так понравилось сахарное облако? Могу купить ещё одно. Хе-хе.
Её ехидное выражение лица всё ещё раздражает. Уберите кто-нибудь эту ухмылку.
— Не надо... Лучше давай попробуем что-нибудь другое.
Сотис на секунду застыла, а затем расплылась в яркой улыбке:
— Тогда пойдёмте съедим вон то!
После этого мы вместе с Сотис ходили по улицам, пробовали разную еду и разглядывали всякое. Сотис, которая раньше только готовила праздники, но никогда не гуляла на них сама, выглядела искренне счастливой. Я тоже впервые за долгое время смог расслабиться.
Но на этом всё и закончилось.
Счастливым воспоминаниям пришёл конец.
— Господин Герой! Господин Герой! А давайте теперь... Господин Герой?
Пам!
Моё паршивое тело отказалось дарить мне больше времени.
⟡
В тот самый миг, когда Герой рухнул на землю.
— ...Господин Герой?
Сотис, оглянувшаяся назад, намертво застыла. Это был редкий шанс. Шанс для Героя обрести хоть немного спасения. Она корила себя за то, что потащила его за собой и перегрузила его хрупкое тело.
[Священный дар].
— Господин Герой! Очнитесь!
Подскочив к упавшему Герою, Сотис подхватила его на руки и на пределе своих сил помчалась прочь. Ворвавшись в ближайший монастырь, она подскочила к дежурному священнику:
— Есть свободная кровать?!
— А? Да, вон там... Святая дева?!
— Я забираю!
Уложив Героя на кровать, Сотис обрушила на него весь спектр известной ей исцеляющей магии. А затем последовала канонада из заклинаний высшего порядка:
Божественная магия восьмого ранга – «Вечная регенерация».
И снова.
Божественная магия восьмого ранга – «Вечная регенерация».
И ещё раз.
Божественная магия восьмого ранга – «Вечная регенерация».
Движимая лишь одной-единственной мыслью – удержать его душу в теле любой ценой.
— Кх..!
Сотис покачнулась. За последние дни, включая подготовку к празднику, она выжгла свои запасы божественной силы до самого дна.
— Святая дева, остановитесь! Уже достаточно! Пациент в стабильном состоянии!
Священник, с ужасом наблюдавший за происходящим, схватил её за плечи. Только тогда Сотис смогла перевести дыхание и проверить состояние Героя.
— Ха-а... ха-а...
— Святая дева, прилягте хоть немного. Вам ведь ещё проводить молитвенный ритуал на центральной площади. Давайте я отведу вас к другой кровати.
— Не надо. Я отдохну здесь.
Сколько бы она ни ждала, Герой не приходил в себя. Дыхание было ровным, но Сотис всё равно не могла избавиться от липкого чувства тревоги.
— Святая дева... Вам пора идти.
Дежурный священник со страхом напомнил, что до начала церемонии оставалось совсем немного времени. Сотис не хотела оставлять Героя, но и предать горожан, ждавших её на площади, она не могла.
— Я... вверяю его вам.
— Не волнуйтесь, Святая дева!
Шатаясь от усталости, Сотис покинула монастырь. Оставшийся священник, желая успокоить её, ответил максимально уверенно. Но едва Святая ушла, любопытство взяло верх, и священник подошёл к кровати, чтобы посмотреть на мужчину, о котором так пеклась сама Святая Равновесия.
Стоило ему увидеть лицо Героя, как глаза священника вылезли из орбит.
— Т-тот самый мужик, с которым Святая дева устроила любовную драму из-за кота?!
Беда не приходит одна.
По иронии судьбы, священник, которому Сотис доверила Героя, оказался тем самым человеком, который в своё время распустил дикие слухи по всему Ватикану!
Узнай об этом Папа, сама Сотис или кошка Эйель – они бы рыдали кровавыми слезами. Но было уже поздно. В голове священника с невероятной скоростью уже расправляла крылья буйная фантазия...