Осенние лесные пожары в горах не являлись чем-то невиданным.

Особенно когда после иссушающего летнего зноя склоны устилал толстый ковер палой листвы, даже малейший порыв ветра мог легко породить верховой пал.

Чтобы уберечься от беды, жители окрестных селений загодя заготавливали дрова на зиму и прорубали просеки, препятствуя расползанию огненной стихии.

— Вот только Застава Двойного Полога наотрез запрещала селянам ступать на склоны горы.

Ведь для разбойничьих засад не найти укрытия надежнее, чем непролазная лесная чаща.

Ради этой цели главари Заставы Двойного Полога запретили не просто вырубку леса, а даже сбор целебных трав, и теперь эта иссохшая густая чаща не укрывала разбойничьи тела, а мертвой хваткой сжимала их глотки.

Стоило бандитам, остервенело летевшим вниз по склону, в панике затормозить перед взметнувшимся от разлитого масла огненным морем, как пламя со свистом ринулось во все стороны.

Почти тысячная толпа попыталась развернуться и полезть обратно вверх по склону, но это оказалось куда сложнее.

— А-а-а-а-а!

— С дороги!

— Горим, горячо-о-о!

Они сбивались в кучу, спотыкались и валились друг на друга, так что разбойничий строй мгновенно обратился в хаос.

Тех же, кто рискнул сойти с тракта и ринуться напрямик через чащу, моментально поглощала набравшая силу стена огня, а оттого что охваченные пламенем люди в муках катались по земле, пожар расползался по склонам еще стремительнее.

— Невероятно…

Ын Хо ошеломленно воззрился на небосвод, затянутый непроглядной черной гарью.

Шквальный ветер быстро разгонял клубы копоти, однако благодаря этой тяге пламя ревело с еще большей яростью, словно наглотавшись чудодейственного Духовного Лекарства.

Пусть вся тысяча разбойников и владела боевыми искусствами, уровень их мастерства разительно отличался.

Обладатели слабой внутренней силы не могли долго сдерживать дыхание, захлебывались едким чадом и замертво валились без чувств один за другим.

— Молодой господин Со Ун, неужели вы заранее знали, что налетит этот ураган?

Ян Гун Бэк откинул со лба растрепанные яростным вихрем волосы и задал этот вопрос, но я, не удостоив его пространным ответом, лишь плавно извлек из ножен Меч Черного Дракона.

— К бою.

Повинуясь моему приказу, трое братьев синхронно обнажили клинки.

— Из-за бушующего пожара они не смогут бежать в глубь горы, но непременно хлынут вниз по тракту, где было разлито масло.

— Мы тоже идем с вами.

Ян Гун Бэк выступил вперед во главе отряда Врат Хао.

— Мы обязаны сломить их, пока они ошеломлены и дезориентированы после прорыва сквозь огонь.

Едва затихли мои слова, как впереди раздался чудовищный раскатистый грохот.

Бабах—! Бабах—! Бабах—!

Объединив усилия, Златоликий Будда Сабли и Одноглазый Кровавый Топор выкорчевывали пласты земли и во все стороны швыряли валы грунта.

— Огонь ослаб, прорывайтесь быстрее!

Вслед за этим громоподобным ревом искавшие спасения головорезы сплошным потоком хлынули на тракт.

Те, на ком уже занялись лохмотья, в панике пытались сбить пламя, но лишь оказывались растоптаны насмерть под сапогами напиравших сзади соратников.

Треск—!

Вековые деревья, нарочно оставленные по обе стороны дороги для разбойничьих засад, занялись огнем и с грохотом рухнули поперек тракта.

— А-а-а-а-а!

— В с-сторону!

— Пощадите!

В конце концов часть бандитов, потеряв надежду пробиться вслед за Хозяевами Заставы, в отчаянии бросилась к тропе по другую сторону хребта.

Но даже пока их шайка в панике разбегалась во все стороны, у Златоликого Будды Сабли и Одноглазого Кровавого Топора не оставалось ни единой секунды для отдачи приказов.

Причина крылась в том, что ради расчистки прохода им двоим приходилось без передышки взрывать грунт и засыпать пламя землей.

Бабах—! Бабах—! Бабах—! Бабах—!

От колоссальных выбросов внутренней силы во все стороны летели тонны земли и обломков скал, кое-как прибивая бушующее пламя.

Однако стоило главарям проскочить опасный участок, как бежавшие следом разбойники заживо сгорали в ревущем пожаре.

— Проклятые выродки!..

Окончательно обезумев от ярости при виде нескончаемой гибели своих людей, Златоликий Будда Сабли плюнул даже на Одноглазого Кровавого Топора и, взвинтив технику перемещения до предела, коршуном ринулся вниз по склону.

— Слушайте внимательно.

— Вы это к чему вдруг?

— Если эти твари выживут, трагедия деревни повторится вновь.

— …Да.

— Помните лишь то, что видели на вершине холма.

Я предостерегал их от малейшей пощады.

Словно осознав всю тяжесть моих слов, трое братьев решительно сжали зубы.

— Вперед!

Под мой яростный клич братья и отряд Ян Гун Бэка сорвались с места.

В отличие от недавней робости перед разбойничьим войском, теперь их взгляды пылали непоколебимой отвагой.

— Джин Со Ун!

Несшийся подобно разъяренному кабану с горящим хвостом Златоликий Будда Сабли завидел меня и помчался еще стремительнее.

Я также применил Бесподобную в Поднебесной Технику Перемещения и ринулся наперерез Златоликому Будде Сабли.

Грохот—

— Я прикончу тебя!

В тот миг, когда овеянная ци сабли Великая Сабля обрушилась сверху, метя расколоть мой череп, я применил технику «Лотос» и перенаправил Златоликого Будду Сабли прямо в бушующее пекло.

Бум—! Бум—! Бум—!

Златоликий Будда Сабли с нечеловеческим рыком переломал своим телом несколько сосен и с размаху рухнул в огонь.

— А-а-а-а-а-а!

Тем временем я развернул Форму Разрушительного Выпада Искусства Меча Малых Небес и принялся методично выкашивать вырвавшихся глотнуть воздуха головорезов.

— П-пощади…!

— Кха-а!

Формы меча, разящие смертоносные точки, разбрызгивали багровые струи во все стороны, ввергая врагов в еще больший ужас.

Забирая по жизни каждым ударом, мой меч без тени сомнения сеял неминуемую погибель.

Но даже видя, как замертво падают соратники, бандиты не могли остановиться.

Удушье, сжавшее горло стальными тисками, затмило их рассудок, заставляя слепо нестись вперед, а сбитые с ног ползли из последних сил по горячей земле.

Бабах—!

Пока я безостановочно орудовал клинком, внезапный сокрушительный удар заставил меня отступить на два шага назад.

Подняв взор, я увидел Одноглазого Кровавого Топора, источавшего густую волну жажды крови.

— А ты дерзкий щенок.

— И как старшему пришелся ход этого младшего?

— Ты совершил роковую ошибку!

Бабах—! Бабах—! Бабах—! Бабах—! Бабах—! Бабах—!

Каждый раз, когда Кровавый Топор сталкивался с Мечом Черного Дракона, взрывные волны с грохотом расходились во все стороны.

Даже обезумевшие бандиты чуяли смертоносную угрозу и испуганно огибали место нашей схватки по широкой дуге.

Свернув Форму Разрушительного Выпада Искусства Меча Малых Небес, я тут же пустил в ход Мечевой Канон Парных Небес.

Меч Черного Дракона распустил веер призрачных образов, уподобившись раскрывающимся ребрам веера, после чего молнией вонзился в смертельные точки.

— Ах ты паршивец, ты скрывал истинное мастерство!

Единственный глаз Одноглазого Кровавого Топора яростно метал молнии.

Его Кровавый Топор то рубил меч-иллюзию, впустую рассекая воздух, то чудом успевал парировать подлинный клинок, блокируя смертельный выпад.

Однако из-за напиравших сзади подчиненных и необходимости тратить внутреннюю силу на защиту от жара его движения становились все более скованными и судорожными.

— Сдохни, щенок!

Прямо из полыхающего огненного котла грянул свирепый Львиный Рык, и оттуда, весь закопченный до черноты, вылетел Златоликий Будда Сабли.

— Я сдеру с тебя всю плоть до костей и сгрызу каждый хрящ!

Я отступил на пару шагов и развернул Мечевой Канон Неба и Земли Десяти Тысяч Морей.

......

Братья с самого начала схватки едва поспевали за происходящим безумием.

Они выстроили Мечевой Строй и встретили врага, однако противники даже не думали уклоняться или отбивать выпады трех братьев.

Те лишь в слепом ужасе спасались от бушующего огня.

— Ын Хо! Дон Рён! Держите Мечевой Строй, больше ничего не требуется!

— Брат, их слишком много!

— Просто держите Мечевой Строй! А потом… потом…

Гым Пё понимал, что обязан подбодрить их, но нужные слова никак не шли на ум.

Будет ли хоть какой-то конец этой бойне?

Сколько еще им придется биться?

Пусть враги и бежали в панике перед стеной огня, способны ли они втроем совладать с такой лавиной?

Ведь мастерство двух Хозяев Заставы Двойного Полога явно находилось на недосягаемой для них высоте.

— Что потом?!

Когда Ын Хо в отчаянии взмолился, Гым Пё встряхнулся и выпалил первое, что пришло в голову:

— Первый Старший Брат придет! Разве затеял бы он эту битву, грози нам верная гибель?!

— А не меряет ли нас Первый Старший Брат по своим собственным меркам?!

Возразить на это было решительно нечего.

С самого начала взять испытание по зачистке логова и замахнуться на самый мощный оплот из всех Семидесяти Двух Оплотов Зеленого Леса — само по себе выходило далеко за рамки разумного.

— Кха!

— А-а-а-а!

— П-проклятье…

Пока они на миг отвлеклись, сбоку раздались предсмертные хрипы разбойников.

Обернувшись, они увидели, как Дон Рён разит врагов невиданными прежде формами меча.

Каждое его движение основывалось на канонах Секты Тхэуль, но сама траектория клинка претерпела жуткое изменение.

Острие летело пугающе выверенно, словно повинуясь идеальной траектории меча ради единственной цели — убийства.

Более того, невзирая на работу в Мечевом Строю, исходившая от Дон Рёна жажда крови пробирала их до самых костей.

— Проклятье!

Грязно выругавшись, Гым Пё переглянулся с Ын Хо и кивнул ему.

Ын Хо, осознавший состояние Дон Рёна, помрачнел до черноты.

Звезда Небесного Убийства пробуждала врожденную сущность, неутолимо жаждущую крови.

Как и предупреждал Первый Старший Брат, если Звезда Небесного Убийства расцветет прежде, чем окрепнет сердце Дон Рёна, случится непоправимая беда.

— Брат!

— Да!

Пусть они не произнесли ни слова вслух, мысли Гым Пё и Ын Хо соединились без лишних объяснений.

— А-а-а-а!

— Кха-а!

Число разбойников, сраженных их клинками, стало стремительно расти, и волна убийственной ауры Дон Рёна постепенно начала спадать.

— Брат, врагов слишком много!

Благодаря Циркуляции Тхэуль в Движении их запасы внутренней силы едва держались на плаву, но уцелевших головорезов оставалось великое множество.

К тому же бандиты, начавшие приходить в себя, принялись обтекать троих братьев с флангов либо вставать в глухую оборону, затягивая бой.

Полусотня бойцов Врат Хао держала оборону у колодца, отсекая разбойников от воды, но численное превосходство врага неумолимо сжимало кольцо вокруг них.

Более того, рассчитывать на подмогу Джин Со Уна не приходилось, ведь тот у подножия горы в одиночку сдерживал Златоликого Будду Сабли и Одноглазого Кровавого Топора, попутно выкашивая толпы беглецов.

При таком раскладе они рисковали погибнуть задолго до того, как подоспеет Джин Со Ун.

— Держите ухо востро, сейчас думайте лишь о тех врагах, что стоят прямо перед вами!

Гым Пё отчаянно проревел эти слова, без устали разя мечом.

В тот же миг за околицей деревни взметнулась густая стена пыли, и воздух сотрясся от громогласных боевых кличей.

— Вперед!

— Ура-а-а-а-а!

Ведомые старостой Хэ крестьяне, оставив укрытия, лавиной неслись в деревню, сжимая в мозолистых руках крестьянские орудия.

— Сперва спасайте детей!

— Не оставляйте этих изнуренных тварей в живых!

В их руках мелькали не только серпы и мотыги, но и наточенные топоры да расщепленные бамбуковые пики.

Люди, отродясь не знавшие боевых искусств, набрасывались на выбившихся из сил бандитов и вершили жестокую расправу.

— П-пощадите!

— Из-за вас мой сынок умер от голода!

— Забыли, как надругались над моей сестрой?!

— Смерть им!

Руки простых людей, направляемые вековой ненавистью и болью, разили ничуть не менее беспощадно, чем клинки мастеров, посвятивших боевым искусствам всю свою жизнь.

......

Дзинь—! Дзинь—! Дзинь—! Дзинь—! Дзинь—!

Бабах—! Бабах—! Бабах—! Бабах—!

Формы меча, рожденные Мечевым Каноном Неба и Земли Десяти Тысяч Морей, взрезали пространство во всех направлениях, срубая головы бандитам и одновременно отражая натиск Златоликого Будды Сабли и Одноглазого Кровавого Топора.

Оба предводителя уже истекали кровью от бесчисленных ран, однако биться одновременно против двоих мастеров ступени пика было для меня чересчур тяжелой ношей.

Не будь у меня Мечевого Канона Неба и Земли Десяти Тысяч Морей и Непобедимого Кулака Десяти Тысяч Трансформаций, чье воплощение мириад вариаций создавало иллюзию боя против целого сонма противников, я бы не посмел даже надеяться выстоять под этим натиском.

— Я убью тебя! Я вырву твое сердце! Я непременно разорву тебя на куски!

— Сдохни!

Вдобавок Златоликий Будда Сабли и Одноглазый Кровавый Топор остервенело перли напролом, напрочь забыв о защите и лишь в последний миг прикрывая смертельные точки, отчего сладить с ними становилось еще труднее.

— Даже если я сдохну, я непременно утащу тебя в могилу следом!

— У меня нет ни малейшего желания составлять тебе компанию.

— Хм!

Бабах—! Бабах—! Бабах—! Бабах—!

Ци сабли хлестала во все стороны, порождая взрывы и без разбора круша и чужих, и своих.

Разбойники, замертво падавшие под ударами ци сабли Златоликого Будды Сабли, глядели на предводителя полными предательства глазами, но тот не обращал на них внимания, маниакально обрушивая лезвия энергии на меня.

— А твоя техника перемещения весьма недурна!

Одноглазый Кровавый Топор процедил это сквозь зубы в мой адрес, не в силах угнаться за моими шагами.

— Это потому, что ее сотворили двое величайших людей за всю историю.

— И владеть столь безупречным мастерством лишь затем, чтобы пасть от наших рук — должно быть, это невыносимо горько.

— Повторю еще раз: умирать от ваших рук я не собираюсь.

— Не тебе это решать, решать будем мы!

Бабах—! Бабах—! Бабах—! Бабах—! Бабах—!

При каждом взмахе Кровавого Топора охваченные огнем обломки сосен неслись во все стороны, уподобившись смертоносному потайному оружию.

Едва я применил Восемьдесят Тысяч Божественных Шагов Тхэуль и разминулся с горящими стволами, как Златоликий Будда Сабли рубанул своей Великой Саблей.

При такой ожесточенности схватки я неминуемо истощил бы силы первым.

— Тебе конец!

— Ха-а-а-ат!

Я всколыхнул мощь Истинного Трактата Тхэуль до предела, пустил в ход Непобедимый Кулак Десяти Тысяч Трансформаций и взмыл в воздух.

И в тот самый миг, когда Одноглазый Кровавый Топор и Златоликий Будда Сабли занесли оружие для удара...

Ву-у-у-ух—. Бум—!

— Хи-и-ик!

— Проклятье!

Огромный, величиной с дом валун с ревом полетел прямо на них, заставив обоих в панике броситься в стороны.

Опустившись на землю, я обернулся и произнес:

— Что же вы так долго?

— Разве не ты сам услал меня на противоположный склон?

— Я полагал, ты и сам догадаешься вернуться пораньше.

За этот короткий срок Бан Ду Чхиль со своими людьми перебил разбойников, бежавших по западному склону, и во весь опор примчался сюда по тракту.

— Если выдохся — отойди и переведи дух, с остальным я разберусь сам.

Его облик разительно отличался от прежнего недоверчивого упрямца, встречавшего каждое мое слово в штыки.

— Я в порядке, мне нужно поспешить на помощь младшим братьям.

— Тогда давай покончим с этими ублюдками прямо сейчас.

От нашей непринужденной беседы лица Златоликого Будды Сабли и Одноглазого Кровавого Топора налились багровой яростью.

— Ах вы поганые выродки!

— Да как смеют эти сопляки!..

Понимая, что затягивать дело нельзя, Бан Ду Чхиль немедленно соединил ладони и воззвал ко всей своей внутренней мощи.

Его воинское одеяние вздулось, словно готовое разорваться в клочья, и вокруг вскипела колоссальная волна ци.

«Как и ожидалось от Беспредельного Тела Небесного Ковша!»

Ощутив волну ци подобной мощи впервые в жизни, Одноглазый Кровавый Топор побелел как полотно.

— Откуда такая чудовищная сила…!

В тот миг, когда бросившийся было вперед Одноглазый Кровавый Топор оттолкнулся от земли, сменил направление и попытался дать стрекача, сокрушительная Божественная Ладонь Бури Бан Ду Чхиля вырвалась из обеих ладоней вместе с оглушительным дрожанием самого воздуха.

Грохот—!

Божественная Ладонь Бури, чередой взрывов разорвавшая воздух и на мгновение погасившая даже ревущее пламя, обратила все кости в теле Одноглазого Кровавого Топора в порошок.

— Безумие…

Мчавшийся на меня Златоликий Будда Сабли в немом шоке разинул рот.

— Не туда ты смотришь.

Я также обрушил Божественную Ладонь Сияющих Небес прямо на Златоликого Будду Сабли.

Бабах—! Бабах—! Бабах—! Бабах—! Бабах—!

Златоликий Будда Сабли попытался метнуться в сторону, но уйти от предельного радиуса удара Божественной Ладони Сияющих Небес оказалось выше его сил.

В тот же миг воздух и пламя взметнулись в чудовищном взрыве, разорвав тело Златоликого Будды Сабли на куски.

Ву-у-у-ух—

В образовавшейся пустоте, где от одновременного удара Божественной Ладони Бури и Божественной Ладони Сияющих Небес выгорел весь кислород, само пламя на миг отступило.

— ……

И посреди этого мертвого безмолвия Бан Ду Чхиль смотрел на меня с мелко вздрагивающими бровями.

— Что-то не так?

— ……

Вместо хранящего молчание Бан Ду Чхиля к нам сзади подошла Пэк Со Рён, держа в руке Гибкий Меч:

— Он просто впервые в жизни видит человека, чья внутренняя сила превосходит его собственную.

Похоже, именно это повергло Бан Ду Чхиля в такой ступор.

Ему, верно, от роду не доводилось встречать ровесника, превосходящего его по объему внутренней энергии.

— Вы и впрямь… сокрушили Заставу Двойного Полога, причем поразительно легко.

Склоны горы Тяньму полыхали огнем, а под их сенью горами высились трупы разбойников.

И хотя у подножия еще метались недобитые остатки шайки, теперь, когда оба Хозяина Заставы обратились неприкаянными призраками, с Заставой Двойного Полога было покончено.

— Это наша общая заслуга.

Когда я соединил руки в жесте благодарности, Пэк Со Рён и люди Бан Ду Чхиля учтиво поклонились в ответ.

— ……

Пока ошеломленный Бан Ду Чхиль таращился на меня, словно на диковинного зверя, Пэк Со Рён толкнула его локтем в бок, отчего тот качнулся и тоже неуклюже соединил ладони:

— Прости, что сомневался в тебе.

— Всякое бывает, но дело ведь еще не завершено, верно? Давайте доведем начатое до конца.

— Согласен.

И едва мы собрались спуститься вниз ради зачистки уцелевших, как Ын Хо, которому надлежало держать Мечевой Строй у подножия, взбежал навстречу, задыхаясь от бешеного бега:

— Первый Старший Брат! Беда! Умоляю, спаси Дон Рёна!

Не дожидаясь окончания фразы, я всколыхнул все оставшиеся силы и применил Бесподобную в Поднебесной Технику Перемещения.

Глава 78