Утром Ренна не пришла. Завтрак принесла другая служанка — пожилая, чуть полноватая, с кислым выражением лица. Она поставила поднос с едой, поклонилась и поспешила к двери.

— Стой, — сказал Кайл.

Служанка остановилась.

— Где Ренна?

— Я… не знаю, господин.

Ложь была плохой. На миг захотелось приказать привести Ренну. Или, может, пойти самому, найти, сказать… Но что? Что он не прав? Что он её любит? Что ей следует сбежать вместе с ним?

Кайл опустил глаза и заметил на полу серебряную заколку. Он подошёл, поднял её, повертел в пальцах. Заколка была лёгкой, но одновременно и тяжёлой. Слишком красивая для этого места.

— Передай заколку Ренне, — сказал Кайл и протянул руку.

Служанка нерешительно взяла её. В глазах блеснула жадность.

— Если своруешь, твой труп будут клевать вороны. Поняла?

— Г-господин, я не посмею. Я обязательно передам, — ответила она испуганно.

Потом Кайл отправил её прочь, надел броню, пояс с саблей, проверил протез, положил за пазуху артефакт Фэнга — небольшой, плоский, размером со сливу, с начертанными зелёными сигилами на коричневой поверхности — и вышел.

До посадочной площади он шёл быстро. И ни разу не оглянулся.

Корабль, на котором они должны были отправиться в экспедицию, показался издалека. Обсидиановый корпус корабля блестел будто чёрный алмаз на фоне белого камня площади и зданий по сторонам. Даже издалека он казался огромным. Скайфрегт. Такая мощь, — подумал Кайл с восхищением. По форме он напоминал обычный корабль, но без единого паруса или мачты. Остроконечный нос гордо выпирал вперёд. Сразу за ним на борту был изображён кроваво-красный топор, отсекающий голову русалке.

Кайл замедлил шаг. Он слышал, что ван Гайдар захватил этот исполинский корабль у гномов в одном из дальних походов. На металле голубым светом переливались сложные гномьи руны, поверх которых лежали тёмные формации Трёх Топоров — будто чужие шрамы на чужой коже. Корпус корабля был около 50 метров в длину и чуть больше 12 метров в ширину. Из квадратных проёмов его 9-метровых бортов грозно выпирали ряды орудий — по 15 длинных, украшенных гравировкой стволов, готовых разить врага выстрелами грозных магических снарядов. А внизу бортов, ближе к корме, располагались массивные трубы, блестящие чистым металлом.

— О, Кайл! — прокричал Гути, заметивший его, и помахал рукой без пары пальцев.

Рядом стоял Ларк. Грузчики таскали в корабль последние ящики с провизией. Кайл чуть ускорился и подошёл к своим товарищам.

— Чёрт, это кто тебя так? — спросил удивлённо Гути, глядя на рассечённую губу.

— Упал, — буркнул в ответ Кайл.

— Не ту любовь поцеловал? — спросил Гути и обнажил зубы в широкой улыбке.

— Если любовь и была, то прошла.

— Ха, не переживай. Лучше вон глянь-ка на Сайну.

С дальней стороны площади, прикрытой кормой корабля, показалась Сайна. Бордовое одеяние секты подчёркивало её отточенную фигуру и притягательно-опасный взгляд. Определённо, только висящие по бокам клинки отпугивали толпы ухажёров.

— Ох, как смотрит на тебя в последнее время, — сказал Гути и похлопал по плечу Кайла.

Кайл взглянул на неё и только больше насупился.

— Выглядишь совсем не в духе, — сказал уже Ларк.

— Всем стройся! — раздался громогласный голос. — Мастер вот-вот прибудет.

Люди задвигались быстро, отлажено, почти как единый механизм. И вскоре на площади перед кораблём уже стоял строй из пяти шеренг. Кайл приблизительно оценил количество людей в 200 человек и встал возле Ларка. Почти сразу со стороны внутреннего двора показался маг, летящий на обвитом алым пламенем мече. Казалось, чем ближе он приближался, тем ощутимее становилось невидимое давление.

Маг на мече подлетел и стал медленно опускаться. Это был высокий, крепкий мужчина на вид около 40 лет. На голове у него был надет шлем. Густые чёрные усы тянулись вниз к небольшой бороде. А карие глаза смотрели так пристально, будто вскрывали череп человека. В лучах утреннего солнца на нём серебрилась кольчуга, а на металлических наплечных пластинах красовался герб секты Трёх Топоров. Он опустился на землю и вставил меч в ножны.

— Мастер Леор ван Гайдар, ваше здравие! — хором проревел строй, а затем поклонился.

— Вольно, — скомандовал он и зашагал к кораблю.

Он прошёл чуть дальше Кайла и остановился. На поясе у него висел яшмовый жетон с позолоченной буквой «M», ниже две засечки. На одну больше, чем у Торвока, — отметил Кайл. Ван Гайдар развернулся, обвёл взглядом всех присутствующих и скомандовал:

— Всем на борт!

Затем он посмотрел на Кайла, Ларка и сказал:

— А вы за мной.

Они поднялись на борт по трапу. Ван Гайдар подошёл к носу корабля и какое-то время просто смотрел вперёд. Последние члены экспедиции поднимались на корабль.

— Так это ты белая крыса? — спросил ван Гайдар.

— Уже пепельный демон, мастер, — сказал Кайл и поклонился.

— Неужели? — ван Гайдар поднял бровь.

— Все, кто меня так называл, были избиты на арене до потери сознания.

— Ха-ха… Так может и меня пригласишь на бой?

— Мастер, сейчас я не посмею. Но, может, в будущем.

— А ты острый на язык.

Гайдар подошёл ближе. Кайл старался держаться спокойно, но сердце заколотилось.

— Если я прикажу тебе сжечь деревню, где прячется нужный нам человек, ты спросишь, вместе с детьми?

Кайл вспомнил Лею у подножия секты Белых Облаков, зелёное платье в горошек на ней, а затем вспомнил слова Фэнга: «Это может стать твоей последней миссией».

— Я спрошу, нужен ли этот человек живым, — ответил Кайл.

Ван Гайдар некоторое время пристально смотрел на него.

— Хороший ответ. Ты мне нравишься. Если будешь полезным мне, то получишь большие выгоды.

— Спасибо, мастер. Я буду стараться.

— Иногда псы меняют хозяев, — сказал ван Гайдар и махнул рукой, отпуская от себя.

Последний человек поднялся на борт. Трап убрали. К ван Гайдару подошёл широкоплечий человек небольшого роста с медной маской на лице.

— Мастер, всё готово.

— Так командуйте, капитан, — улыбнулся ван Гайдар.

— Слушать сюда! — басистый голос разлетелся по палубе. — Мощность на полную. Летим на восток, к Жёлтым Горам.

Почти в тот же момент зарокотали двигатели. По кораблю прошла небольшая дрожь. Звук начал становиться всё выше, перерастая в глубокий, вибрирующий гул натянутой струны. Казалось, от этого резонанса вибрировал сам воздух, а в ушах тонко и чисто пел невидимый хор. Огромный чёрный титан дрогнул и начал медленно подниматься в небо. Кайл затаил дыхание.

— Что первый раз на корабле? — спросил наслаждающийся взлётом Ларк.

Кайл кивнул, подошёл к борту и осторожно выглянул. Из труб внизу беззвучно струилось ровное, чёрно-лазурное пламя, оставляющее позади едва заметный, мерцающий шлейф искрящейся пыли. Дома внизу постепенно становились всё меньше. Когда они стали почти как спичечные коробки, корабль двинулся с ускорением вперёд. Холодный ветер ударил в лицо.

На второй день, вечером, Кайл вышел на палубу. Он был почти один, только пара матросов копошилась позади. В небе висело небольшое тёмное пятно луны Эребус, тонкий полумесяц луны Фаэтус и мириады звёзд. До Жёлтых Гор оставалось где-то сутки хода.

Он достал из-за пазухи артефакт Фэнга. Зелёные сигилы на нём едва заметно мерцали. Кайл сжал артефакт пальцами. Последняя миссия. После неё родная секта, ждущая дома мать — или хотя бы место рядом.

Кайл подошёл к борту. Внизу чернели вершины быстро проносящихся деревьев. Если бросить артефакт сейчас, он исчезнет во мраке. Никто не узнает. Фэнг решит, что что-то пошло не так: проверка, обыск, буря — что угодно. Кайл вернётся в Три Топора, напишет, что не смог. Но куда? К Ренне? К Торвоку, который улыбался, когда говорил о Мэри? Кайл сильнее сжал артефакт. А если Фэнг тоже лжёт? Мысль пришла тихо, почти осторожно. Но, появившись, она уже не уходила.

Фэнг сказал, что не получал выкуп. Фэнг сказал, что гордится его стойкостью. Фэнг сказал, что нашёл способ стереть отпечаток в кольцах маны. Фэнг сказал: последняя миссия. Фэнг много говорил. А Кайл хотел верить. Он хотел верить так сильно, что это почти пугало. Ветер бил в лицо, холодный, чуть солёный, с запахом Моря Пустоты, которое уже было близко. Кайл поднял руку над бортом. Артефакт оказался над тьмой внизу. Одно движение. Разжать пальцы. И всё.

— Кайл.

Кайл резко повернулся. Ларк стоял в нескольких шагах. Тёмный плащ бился у ног от ветра. Кайл быстро убрал руку. Взгляд Ларка скользнул к его пальцам.

— Что это?

— Амулет, — сказал Кайл. — На случай боя.

Ларк смотрел ещё мгновение.

— Полезная вещь?

— Надеюсь.

— Тогда не роняй.

Кайл убрал артефакт за пазуху.

— Мастер зовёт. Пошли.

Кайл почувствовал, как внутри всё напряглось. Вряд ли он что-то знает, — решил Кайл и пошёл следом. Сначала он думал, что они пойдут к носовой каюте ван Гайдара. Вместо этого Ларк провёл его мимо оружейной палубы, затем вниз по узкой металлической лестнице. Воздух становился теплее, а гул — сильнее. Стены уже не просто вибрировали: казалось, огромное металлическое сердце самого корабля сжималось и разжималось.

— Куда мы идём? — спросил Кайл.

— Ниже.

— Это я понял.

Ларк не обернулся.

— Мастер сам объяснит.

Они миновали двух стражников у тяжёлой двери. Те поклонились Ларку, потом настороженно посмотрели на Кайла. Один из них приложил ладонь к медной пластине на стене. По ней засветились голубые знаки, дверь со скрежетом открылась.

В нос ударил удушливый запах горелого машинного масла, перемешанный с чем-то влажным, живым, тошнотворным. Кайл остановился на пороге. Ван Гайдар стоял внутри у длинного ряда серебряных труб, без шлема, в обычной одежде и спокойным лицом. Рядом с ним находился главный механик с закопчённым лицом и двое мастеров формаций. Они что-то обсуждали.

— А, Кайл, — сказал ван Гайдар, не поворачиваясь. — Пришёл.

Кайл, перебарывая неприятные ощущения, вошёл. И тогда он увидел двигательный отсек. Длинное помещение уходило в полумрак. По стенам, полу и потолку тянулись провода и трубы. В центре отсека стояли три массивных цилиндра из тёмного металла. Вокруг них шли серебряные трубы, магические формации в форме круга пульсировали энергией. Кайл чувствовал, как его ядро маны буквально вздрагивало на каждый её всплеск. Раньше, наверное, здесь была силовая установка, — предположил Кайл. Он видел следы: обрезанные крепления, залитые швы, выжженные места, где старые трубы были сняты и заменены новыми.

Но не цилиндры заставили его замереть. По обеим сторонам зала стояли клетки. И в них были люди, а, точнее, маги, закованные за руки, ноги, шею, так, что почти не могли пошевелиться.

У каждого на груди крепился серебряный диск с тонкими иглами, уходящими под кожу. От дисков тянулись небольшие трубки к центральным цилиндрам. Сложные формации на дисках пульсировали красным светом, вытягивая ману из тел. Кайл почувствовал это сразу, как если бы у человека вытягивали дыхание. Во рту у каждого была трубка, свисающая с потолка, на поясе — кожаное приспособление с толстым гибким шлангом, уходящим вниз. Для отведения нечистот, — понял Кайл и вздрогнул от осознания всего этого ужаса: они были заперты питать машину, до своего конца.

Один пленник сидел, уронив голову на грудь. Его глаза слезились влагой, перемешанной с кровью. Другой смотрел прямо перед собой пустыми глазами. Третья — женщина с длинными седыми волосами — тихо раскачивалась, пока цепь на шее не звякала о железо. На полу возле клетки лежал медный жетон. Кайл узнал его: Братья Оканды. Ван Гайдар наконец повернулся к нему.

— Красиво, правда?

Кайл молчал.

— Гномы строили иначе, — продолжил мастер. — У них здесь стояла силовая установка сжигания газа. Газ горел в камерах, высвобождая ману, мана вращала мана-турбины.

Он провёл рукой по серебряной трубе.

— Когда я взял этот корабль, половина установки уже была повреждена. Гномы пытались взорвать её перед сдачей. Упрямый народ. Лучше сгорят, чем отдадут целым.

— И вы переделали, — сказал Кайл.

Голос прозвучал глухо и чуть дрожа.

— Конечно. Газ надо найти, добыть, хранить. Он взрывается, если рядом дурак с огненной техникой. Зачем использовать газ, если вокруг ходят маги? — сказал Леор ван Гайдар и улыбнулся. — А ядро мага носит топливо в себе. Нужно только правильно открыть кран.

В третьем ряду пленник дёрнулся так, что цепи звякнули. Его спина выгнулась. Он еле слышно промычал. Кайл сжал кулак целой правой руки. Ларк стоял рядом молча. Лицо у него было тяжёлым, но не удивлённым.

— Они из Братьев Оканды? — спросил Кайл.

— Часть, — сказал ван Гайдар. — Остатки мелких тёмных сект, вольные маги, должники, несколько праведных. Материал разный, назначение одно.

Кайл посмотрел в дальний ряд. Один молодой мужчина смотрел перед собой мутными глазами. На его шее вздулись тёмные жилы. Пальцы стали слишком длинными, кости рук и ног вытянулись. Рядом женщина с выбритыми волосами тихо стучала затылком о стену клетки. За ухом у неё росло щупальце, которое постоянно извивалось и тянулось к глазу.

— Они мутируют, — сказал Кайл.

— Некоторые. Если долго вытягивать из них ману.

— И вы продолжаете?

Ван Гайдар посмотрел на него с лёгким интересом.

— Это вопрос или упрёк?

Кайл не ответил.

— Продолжаем, — сказал ван Гайдар. — Пока полезны. Когда становятся опасны для оборудования — отсоединяем. Иногда разбираем на материалы. Иногда продаём разным специалистам. Иногда просто полностью выключаем.

Он подошёл ближе.

— Ты не одобряешь?

— Непривычное зрелище, — с трудом сказал Кайл.

— Нет. Ты испугался, что однажды мог оказаться здесь.

Ван Гайдар усмехнулся.

— Торвок любит клетки. Я — механизмы. В этом между нами разница.

— Это не механизм, — сказал Кайл.

Ван Гайдар поднял бровь. Кайл посмотрел на ряды пленников.

— Это жертвенник.

Ван Гайдар рассмеялся сухо, почти довольно.

— Хорошо сказано. Гномы сделали транспорт. Я сделал жертвенник, который умеет летать.

Ларк бросил на Кайла быстрый взгляд. Кайл понял: надо замолчать. Гайдар положил руку на плечо.

— Ларк говорит, ты надёжен.

— Я выполняю приказы.

— Это не одно и то же. Торвок вот говорит, что ты перспективен.

Кайл почувствовал неприятный холод.

— Вы говорили с моим учителем?

— Иногда псы думают, что хозяева не разговаривают друг с другом.

Ван Гайдар наклонил голову.

— Я люблю смотреть, что у людей внутри. Особенно у тех, кто считает, что жил в двух разных мирах.

— И что вы видите? — спросил Кайл, стараясь оставаться спокойным.

— Ненависть, злость, жажду силы, страх, желание. Хороший набор. Но есть лишнее.

Ван Гайдар подошёл к ближайшей клетке с пленником и провёл рукой по его лицу.

— Надежда, — произнёс он почти с презрением. — Надежда делает людей наивными. Они начинают думать, что где-то есть дверь, за которой сбудутся их наивные мечты. Обычно такой двери нет. Секта держится на силе, выгоде и людях, которых можно сжечь вместо дров. Запомни это, пепельный демон. Внизу всегда кто-то сгорает, чтобы наверху кто-то летел.

Он снова посмотрел на Кайла.

— Если это кажется тебе неправильным — значит, ты всё ещё лжёшь себе о том, как устроен мир на самом деле. И их не два, не три. Он един для всех.

Кайл медленно выдохнул.

— Я понял, мастер. Спасибо за наставление.

— Нет, — сказал ван Гайдар. — Но поймёшь.

Кайл проснулся от резкого грохота. На корабле взвыли сирены.

— Нас атакуют! Нас атакуют! — кто-то кричал.

В трюме началось столпотворение. Кто-то бежал в одну сторону, кто-то в другую. Корабль тряхнуло. Многие падали, запинались. Кайл быстро надел броню и выбежал на палубу.

В небе уже светило утреннее солнце. Вдали, на краю горизонта, виднелось море. Но главным было другое — полукругом корабль окружали четыре судна чуть меньших размеров. Кайл замер. Один флаг он не знал: белый меч на жёлтом фоне. Но остальные три он не мог перепутать ни с чем. Все эти годы этот знак жил в нём — как боль, как надежда, как мечта. Над кораблями развевались треугольные голубые полотнища секты Белых Облаков. В их центре, будто вырезанные чьей-то божественной рукой из самого неба, плыли гордые узорчатые облака. Сердце застучало так быстро, будто хотело вырваться из груди и полететь к ним — вперёд, без оглядки, бросив проклятое тело здесь, на палубе скайфрегта. Пульс бил в висках. «Я здесь! Учитель, я всё сделал!» — хотелось закричать. Ноги едва держали его. Казалось, ещё миг — и он встанет на колени.

Скайфрегт начал поворачивать налево. С правого борта раздался залп. Кайл вздрогнул. Грохот пушек вырвал его из забытия. Корабль качнуло. Снаряды полетели в сторону крайнего корабля справа и через пару мгновений ударились в защитный барьер, который задрожал полупрозрачными голубыми волнами. Огненные взрывы вспыхнули маленькими солнцами. Барьер пошёл трещинами. Половине снарядов удалось пробиться, и они врезались в борт, разрывая деревянный корпус в щепки. Корабль задымился и начал падать.

— Ура! Так им! — прокричала пара матросов.

Но радость длилась не долго. Три оставшихся корабля ответили почти одновременно. Бело-голубые лучи ударили в скайфрегт с разных сторон. Правый борт вспыхнул, несколько пушек исчезли вместе с расчётами. Кормовые трубы взорвались, выплюнув чёрно-лазурное пламя. Корабль дёрнулся. Гул двигателя сорвался в еле стерпимый вой.

Кайл сразу вспомнил нижний отсек: пленных, клетки, диски на груди. Сейчас из них вытягивали всю ману, какую могли.

— Левый щит просел!

— Капитан убит!

Ван Гайдар вышел на палубу в шлеме. Лицо его оставалось спокойным. Он бросил взгляд на лежащего ближе к носу корабля человека в медной маске, из-под края текла кровь.

— Значит я командую. Состояние?

— Половина пушек выбита, кормовые трубы и двигатель повреждены, огонь на нижних палубах! — выкрикнул один из матросов.

Ван Гайдар посмотрел на корабли белых магов, а потом улыбнулся.

— Форсаж на максимум! Всю мощь на двигатель. Идём на таран!

— Мастер, но мы можем погибнуть.

— Если мы не отобьёмся, то всё равно погибнем.

Через несколько мгновений скайфрегт содрогнулся. Гул стал глубже, злее. Из уцелевших труб вырвалось яркое чёрно-лазурное пламя. Корабль начал ускоряться.

— Правый борт, огонь! — проревел Леор ван Гайдар.

Выстрелила только половина пушек. Остальные молчали — разбитые, заклинившие или горящие вместе с расчётами. Но залпа хватило: барьер одного корабля пошёл трещинами, один снаряд пробил защиту и разорвал его нос. Урон был небольшим.

Скайфрегт доворачивал. Следующая цель оказалась прямо впереди — крайний левый корабль. Он начал уклоняться, пытаясь уйти от столкновения, но было уже поздно. Скайфрегт Трёх Топоров уже нёсся на него, огромный, горящий, с обсидиановым носом, похожим на клык.

— Внутрь! — крикнул Ларк. — Сейчас!

Кайл рванул к ближайшему люку и прыгнул вниз. В коридоре было жарко, темно, люди бежали, падали, кричали. Потом Скайфрегт ударил. Мир исчез в грохоте. Кайл полетел вперёд и едва успел вцепиться правой рукой в металлическую балку. Людей и обломки швырнуло по коридору, как мусор.

Коридор встал почти вертикально. Корабль падал. Из двигательного отсека донёсся протяжный рёв, а потом крик — десятки голосов, слившихся в один. Двигатель, сотворённый тёмной магией умирал вместе с кораблём. Балка согнулась. Кайл сорвался. Он успел только активировать Пепельный Покров. Техника покрыло тело за миг до столкновения. Корабль врезался в склон горы. А потом перед глазами всё потухло.