Назад Том 1 · Глава 497

Пшик…

Исполинский, подобный ожившей статуе безносый Водный Слон содрогнулся всем телом, его брюхо тяжело вздымалось. В раздробленных глазницах застыла немая обида, и из пасти вырвался последний вздох.

Великий демон, по силе равный практику Белонефритового Города с двумя Городами, окончательно испустил дух.

[Убит Зеленоглазый Водный Слон уровня Белонефритового Города. Общий запас жизни: триста шестьдесят две тысячи лет. Оставшийся запас жизни: сто сорок три тысячи лет. Поглощение завершено]

В Пещере Бессмертного никогда не утихали кровавые распри, и здесь полегло великое множество практиков и демонических монстров.

Однако одновременная гибель сразу троих великих генералов-демонов уровня Белонефритового Города делала эту схватку одной из самых жестоких и сокрушительных за всю историю этого места.

— Кх-х…

Старейшина Чиян, пожалуй, истощил свои силы меньше всех остальных. От начала и до конца он лишь управлял Железным Жетоном, так что вышел из боя совершенно невредимым.

Но стоило ему увидеть, как две грозные духовные марионетки обратились белым светом и хлынули прямо в точку между бровей Главе Секты Шэню…

Он задышал еще тяжелее, чем тяжелораненый Лю Шицянь, а в его глазах отразилось глубокое потрясение.

До этого все его мысли были заняты генералами Дворца Дракона, и лишь теперь, когда враги были мертвы, он осознал всю абсурдность произошедшего.

Кем был Чиян?

Секта Чистой Луны входила в число Семи Мудрецов Южного Хуна и занимала исключительное положение, а сам он являлся одним из Шести Великих Старейшин этой секты.

И пусть присутствие глав сект и многочисленных Избранников Дао заставляло его вести себя скромно, уверенности в собственных силах ему было не занимать.

И теперь перед ним предстал неоспоримый факт: кошмарные создания, превосходящие его по силе, оказались всего лишь мертвыми предметами.

Простыми духовными марионетками, которых Глава Секты Шэнь всюду носил с собой.

Подобные пугающие методы ведения боя могли повергнуть в трепет и недоумение даже столь искушенного и повидавшего виды старейшину Секты Чистой Луны.

Впрочем, по сравнению с марионетками…

Чиян медленно повернул голову и уставился на медитирующего юношу.

Только что этот молодой человек одним ударом ладони насмерть прихлопнул рыбу-демона уровня Белонефритового Города, и это казалось еще более умопомрачительным.

Сила этой рыбы-демона была настоящей, без всяких прикрас.

Она ни в чем не уступала его бессмертному оружию Синего Феникса, задействованному на полную мощь.

Почему же закаленный в боях сильный генерал погиб так глупо и безропотно?

Что за кошмар предстал перед глазами демона в его последние секунды, раз в них застыл столь первобытный ужас?

Старейшину Чияна одолевали смутные сомнения. Он невольно сделал шаг к Шэнь И, собираясь расспросить его.

Но не успел он издать и звука, как поймал на себе предостерегающий взгляд Лю Шицяня.

— …

Старейшина Лю тоже зря времени не терял. Немного восстановив силы, он с трудом поднялся на ноги, пошатываясь от слабости.

Он прекрасно понимал, о чем хочет спросить Чиян.

Но пусть сам Лю Шицянь пребывал в крайнем изумлении, он все же счел нужным остановить товарища.

В отличие от Чияна…

Лю Шицянь с самого начала пристально наблюдал за Шэнь И.

Их первая встреча у Барельефа Наньян произошла тогда, когда старейшина общался с юношей через Священную Жетон Дао.

В то время Шэнь И даже не совершил прорыв в Возвращение в Пустоту.

Лю Синшань из Секты Небесного Меча тогда еще фальшиво нахваливал его, заявляя, будто юноша наделен «Ликом Дракона».

Разумеется, к этим льстивым речам, сказанным исключительно ради Благословенной Земли Слияния с Дао, никто не отнесся серьезно.

Но Лю Шицянь уже тогда разглядел в молодом человеке нечто выдающееся.

За долгие годы службы старейшиной он повидал немало учеников различных сект. И он не мог не заметить, с каким глубоким уважением, доверием и благодарностью смотрели на Шэнь И все практики, вышедшие вместе с ним из Благословенной Земли Наньян.

Они все были выходцами из одного места.

Но этот юноша, будучи на Стадии Преобразования Духа, умудрился полностью затмить практику на Втором Уровне Возвращения в Пустоту… женщину, которую, кажется, звали Е Вэньсюань.

Обычному человеку такое не под силу.

Другие старейшины наверняка тоже это подметили.

Просто все их мысли были заняты самой Благословенной Землей Наньян.

— Эх, — Лю Шицянь прикрыл глаза и тихо вздохнул.

Он знал, что Шэнь И хорош, но не думал, что настолько.

Всего за несколько месяцев этот юноша на его глазах, подобно переродившемуся Бессмертному, совершил невероятный взлет от Поздней Стадии Преобразования Духа до уровня, близкого к Совершенству Возвращения в Пустоту, и явил силу, которая поразила даже его.

Неужели Глава Секты Цинь вернулся?

Лю Шицянь снова открыл глаза. Быть может, этот сильнейший из Семерки Мудрецов Южного Хуна, почуяв неладное, заранее оставил некую заготовку, которой потребовалось сто тысяч лет на созревание, чтобы в итоге явить миру его новое воплощение?

Или же сама судьба Благословенной Земли Наньян сплотилась ради самоспасения, породив на свет нынешнего Главу Секты Шэня?

Будучи практиком Белонефритового Города, пробивавшим себе путь сквозь бесчисленные битвы…

Лю Шицянь знал о судьбе и предначертании, но никогда слепо в них не верил.

Все это существовало, однако редко благоволило кому-то конкретному. Иначе почему большинство Избранников Небес, оберегаемых фиолетовой энергией Первозданного Хаоса, гибли в самом начале своего пути?

Но сейчас он невольно начал в это верить.

Иначе было трудно объяснить, почему эта фигура в черном одеянии раз за разом заставляла его трепетать от изумления.

И если отбросить разговоры о силе…

Старейшина Лю наконец понял, почему практики из Благословенной Земли Наньян смотрели на своего лидера с таким благоговением.

Когда сам он уже мысленно приготовился к смерти, этот юноша неторопливым, уверенным шагом встал между ним и неминуемой гибелью. Подобное зрелище невозможно забыть.

Он подошел к Шэнь И, почтительно сложил ладони и спросил:

— Позвольте узнать, Глава Секты Шэнь, тот священный указ все еще при вас?

— Хм? — Шэнь И слегка приподнял веки и без лишних слов достал из широкого рукава желтый лист бумаги.

Подобную спасительную вещь следовало держать под рукой, чтобы в любой момент можно было ею воспользоваться.

К счастью, до сих пор в этом не возникло нужды.

Он протянул указ старейшине:

— Держите.

Лю Шицянь принял лист, щелкнул по нему пальцем, обращая бумагу в пепел, после чего вновь вежливо поклонился:

— Впредь подобные вещи вам не понадобятся. Если у вас возникнут какие-либо поручения, Глава Секты Шэнь, только скажите.

— Вы преувеличиваете, старейшина Лю, — Шэнь И покачал головой. Говоря начистоту, если бы при выходе из Благословенной Земли Наньян старейшина Лю не прислал за ним людей, он бы до сих пор отсиживался в секте, ломая голову над тем, где раздобыть эссенцию крови огненного демона-птицы.

Помощь в трудную минуту ценится куда выше, чем приукрашивание и без того хорошего.

— Нам нужно уходить, — Лю Шицянь не стал разбрасываться вежливыми фразами. Он был молчалив главным образом потому, что не умел красиво говорить, и боялся сболтнуть лишнего, дабы не задеть Главу Секты Шэня.

Кэ Четвёртый дал им три дня, но на деле уже через день он наверняка отправит своих слуг проверить пещеру.

Этот Драконий Внук никогда не отличался щепетильностью в вопросах правил, иначе с его происхождением он никогда бы не добился нынешнего высокого положения.

К тому же вмешательство Чияна само по себе нарушало негласный уговор.

— Погодите, — Шэнь И поднялся на ноги и принялся быстро собирать разбросанные по пещере останки троих демонов в свое кольцо на большой палец. Затем он вышел наружу и точно так же прибрал к рукам тела двух предыдущих тварей, не оставив даже костей.

Раньше он спешил на выручку старейшине, поэтому ему было не до добычи.

Но теперь, когда дело сделано, нельзя было разбрасываться столь ценными ресурсами.

— … — Лю Шицянь и старейшина Чиян в недоумении переглянулись.

Для практиков туши демонов, безусловно, представляли огромную ценность – от шкуры и чешуи до плоти, костей и алхимических ядер. Но чтобы собирать все до последнего осколка кости…

Однако стоило им подумать об этом подольше, как их зрачки сузились.

Они вспомнили, что духовные марионетки юноши выглядели в точности как демоны. Неужели это была не обычная техника создания марионеток, а закалка духа на основе плоти и крови живых существ?

Но ведь это темное колдовство!

Даже Избранников Дао за подобные увлечения могли с позором лишить их высокого статуса.

Человеческая душа полна соблазнов. Тот, кто сегодня тренируется на демонах, завтра вполне может пустить на материалы собственных собратьев по секте. Мало кто способен устоять перед искушением безраздельно повелевать чужой жизнью.

К тому же подобные слухи могли сильно подмочить репутацию.

В Сектах Бессмертных хватало первоклассных техник, зачем было опускаться до подобных сомнительных практик?

Тем не менее даже Лю Шицянь, известный своим строгим нравом, поспешил отвести взгляд, делая вид, будто ничего не заметил.

С какой стати ему, старейшине великой секты, сокрушаться о судьбе мертвых демонов?

К тому же Шэнь И не был Избранником Дао. Он был Главой Секты, над ним не стояло начальство, и никто не имел права его отчитывать.

Да и вдруг Глава Секты Шэнь с помощью этих методов собирается «вернуть» самого Главу Секты Циня?

— Что ж, возвращаемся, — произнес Шэнь И, не желая здесь задерживаться. Пусть он применил Ладонь Безжизненности всего раз, этот удар практически досуха опустошил его внутренний резерв.

Два его подавляющих камня тоже получили тяжелые повреждения, и им требовалось время на восстановление.

Если сейчас на них нападут другие демоны, это может закончиться плачевно.

Старейшина Чиян споро призвал Сокровищный Корабль Чистой Луны и на максимальной скорости повел судно в сторону владений Семи Мудрецов Южного Хуна.

На полпути он вдруг резко замедлил ход.

— … — в облаках перед кораблем показалась плачущая навзрыд женская фигура.

— Кто позволил тебе покидать пределы секты в одиночку? — Нахмурился Лю Шицянь. Даже будучи тяжелораненым, он не утратил своей старейшинской строгости.

По правилам секты, диаконы ниже Поздней Стадии Возвращения в Пустоту могли отправляться на задания только группами не менее трех человек. В противном случае им строго-настрого запрещалось делать хоть шаг за пределы Секты Чистой Луны.

— Я… — Лю Цяньюнь растерянно уставилась на палубу. Увидев израненного отца, она заплакала еще сильнее, но на душе у нее сразу отлегло.

Для практиков ранения были обычным делом.

Пока не задеты основы культивации, благодаря внутренним резервам Секты Бессмертных любые раны можно было залечить без следа.

Главное, что отец остался жив.

Лю Цяньюнь вытерла слезы и принялась разглядывать троих мужчин на борту.

Ее взгляд задерживался на знакомой фигуре.

Шэнь И сидел, скрестив ноги и прикрыв глаза, а полы его черного одеяния громко хлопали на ветру.

Но больше всего Лю Цяньюнь поразило то, что и ее отец, и старейшина Чиян держались на шаг позади юноши, словно свита, сопровождающая своего господина. Так вели себя только в присутствии Главы Секты.

С отцом все было понятно – все знали его приверженность правилам.

Но неужели и старейшина Чиян признал в Шэнь И главу? На его лице не было и тени недовольства, он держался так, словно все шло своим чередом.

— Ладно тебе, девчонка просто извелась от беспокойства. Мое слово – простить ее и избавить от наказания, — добродушно вмешался старейшина Чиян и поманил девушку рукой:

— Поднимайся скорее на борт и больше так не делай. Если бы не помощь Главы Секты Шэня, твоему отцу самому бы несдобровать, куда уж там тебя защищать.

— … — Лю Шицянь досадливо покосился на старого товарища, но спорить не стал.

— Благодарю вас, старейшина Чиян, — поспешно поклонилась Лю Цяньюнь. Затем она робко взглянула на Шэнь И. Каждое слово старейшины Чияна по отдельности было ей понятно, но все вместе они никак не укладывались в голове.

Что же там произошло, если даже ее отец оказался бессилен, а Шэнь И смог все уладить?

— Благодарю вас, Глава Секты… Шэнь, — Лю Цяньюнь прикусила губу и поклонилась еще ниже и искреннее, чем прежде. После этого она робко взошла на борт и тихонько пристроилась позади.

Она молча смотрела на его спину.

Ее охватило странное чувство нереальности происходящего. Все то же черное одеяние, тот же юноша, совсем не изменившийся за эти месяцы, но масштаб его влияния и сила его окружения становились все более пугающими.

…

Сокровищный Корабль Чистой Луны миновал Барельеф Наньян, где Шэнь И сошел на землю, возвращаясь в свою обитель.

После этого судно не спеша направилось к Секте Чистой Луны.

Вернувшись под защиту Семи Мудрецов Южного Хуна, они могли больше не опасаться гнева Драконьего Внука.

К тому же им нельзя было выказывать излишнюю спешку.

Иначе кое-кто мог заподозрить неладное.

Но стоило кораблю влететь в пределы Барельефа Чистой Луны, как он тут же замер на месте.

— … — Лю Шицянь отвел взгляд в сторону, а Лю Цяньюнь испуганно опустила голову.

Чиян выдавил натянутую улыбку:

— О.

Этот «кое-кто» был облачен в белоснежную мантию с золотыми нитями, а узор Чистой Луны на ней недвусмысленно указывал на его высокий статус.

Избранник Дао Чистой Луны Бай У выглядел довольно изнеженным и утонченным юношей. В нем не было той праведной стати, что отличала Вэй Юаньчжоу, или горделивой осанки Су Хунсю.

Он казался на удивление покладистым и мягким человеком.

С его тонких губ слетели тихие, ласковые слова:

— Уважаемые старейшины, не могли бы вы поведать вашему скромному Бай У, куда это вы направлялись? Впрочем, я лишь интересуюсь. Если вы против, можете не отвечать.

— Приветствую Избранника Дао, — с улыбкой отозвался Чиян, параллельно отправляя Лю Шицяню мысленное послание через жетон: «Этот неженка по-прежнему изъясняется своими дурацкими намеками, аж тошно. И зачем только его сделали Избранником Дао? Ему бы больше подошел титул Феи Чистой Луны».

«Твоя правда», – с каменным лицом отозвался через свой жетон Лю Шицянь.

«Ну и что делать будем? Ответишь ему?», – подмигнул Чиян.

— Приветствую Избранника Дао, — Лю Шицянь кивнул и, превозмогая слабость во всем теле, чинно поклонился, после чего сухо добавил:

— Я против.

Он свято чтил правила.

Но в уставе секты не было ни единого пункта, обязывающего старейшин отчитываться перед Избранниками Дао о каждом своем шаге.

К тому же дело с Кэ Четвёртым было улажено, конфликт исчерпан, и лишние разговоры могли лишь посеять ненужные подозрения в душе Избранника Дао.

— … — Бай У на мгновение лишился дара речи.

Он долго и молча разглядывал двух стариков, после чего взмахнул рукавом и достал собственный Священный Жетон Дао, демонстративно потряс им в воздухе:

— Какая досада. Кажется, мой жетон сломался. Ваши жетоны так и светятся от мысленных переговоров, а у меня в ушах гробовая тишина.

Развернувшись, он неторопливо зашагал прочь, тихо посмеиваясь:

— Да ну его, этот статус Избранника Дао. Пойду-ка я прямо сейчас к Главе Секты и попрошу назначить на мое место кого-нибудь другого, кто будет больше по душе уважаемым старейшинам.

— Ну надо же, — закатил глаза старейшина Чиян.

Каждый раз одно и то же. С такими порядками Секта Чистой Луны долго не протянет.

Отпустив Лю Цяньюнь отдыхать…

Оба старейшины убрали корабль и на облаке полетели к Бамбуковому Терему.

И в этот момент с неба вновь донесся вкрадчивый, тихий голос:

— Ах да, совсем забыл сказать. Раз уж вы против, то когда начнется заваруха, чур, ко мне за помощью не бегать.

Когда голос затих, Чиян сердито сплюнул:

— Нужен ты мне сто лет.

— … — однако Лю Шицянь медленно остановился и посмотрел на небо.

Пусть манера общения Избранника Дао порой раздражала, парень он был неплохой. И эти слова… явно служили предупреждением о том, что он предчувствует какую-то беду.

И одновременно намекал, что в случае чего они всегда могут обратиться к нему.

Какая еще беда?

Лю Шицянь тяжело вздохнул и устремил взор за пределы секты.

Избранник Дао Бай не слишком усердствовал в культивации. Обладая талантом и потенциалом открыть Четыре Города, до сих пор он с великим трудом удерживал лишь третий.

Зато во всем, что касалось сбора сведений и слухов, ему не было равных.

Именно поэтому старейшины не хотели с ним откровенничать – этот проныра наверняка обо всем разузнал еще до того, как пришел к ним с расспросами.

Его предупреждение явно родилось не на пустом месте.

Неужели…

Предатель действительно передал улики Дворцу Дракона?

Но тогда Кэ Четвёртый пришел бы не к нему лично, а открыто предъявил бы обвинения всей Секте Наньян.

— Избранник Дао, постойте, — Лю Шицянь слегка приподнял руку.

Облака расступились, явив фигуру Бай У, стоявшего к ним спиной. Оказывается, он все это время оставался неподалеку, лишь искусно создавая иллюзию удаляющегося голоса.

— Что такое? Теперь уже не против? — Бай У насмешливо приподнял бровь и смерил их взглядом сверху вниз:

— Но мне ведь еще нужно идти к Главе Секты отказываться от звания, чтобы не мозолить вам глаза. Боюсь, у меня нет времени слушать ваши бредни.