Семеро старейшин молчали. Снаружи деревянного дома многочисленные члены клана Сюй и вовсе пребывали в полном недоумении. Мало того что ни А Цин, ни Сюй Ваньюнь не были «достаточны» для его выбора — теперь он, выходит, хотел забрать и всех остальных впридачу?

Под множеством взглядов Шэнь И, словно вовсе их не замечая, неторопливо шагнул к старухе:

— Я, Шэнь, как смотритель храма приглашаю всех собравшихся отправиться со мной в Великую Гань и возводить массивные техники для девяти областей.

Прежде чем кто-либо успел ответить, старуха первой тихо усмехнулась:

— До чего знакомые слова. Раньше Пещера Сокровенного Света тоже хотела того же, только выражалась не столь вежливо. Это и есть так называемое вознаграждение господина Шэня?

Видя, что в глазах многих членов клана Сюй уже поднимается гнев, Сюй Хундэ, как глава клана, наконец сделал шаг вперёд:

— Если господин Шэнь не намерен намеренно нас провоцировать, тогда скажите всё сразу. Работать на Великую Гань — это нельзя назвать вознаграждением. Что мы получим взамен?

Его тон был низким и тяжёлым, но на самом деле он, помня, как ранее Шэнь И без колебаний вошёл в каменную пещеру, пытался разрядить атмосферу.

— Вы получите моё обещание, — Шэнь И перевёл на него взгляд. — Пока вы будете странствовать по этому миру, я по мере сил обеспечу вашу безопасность.

— Ха, — старуха снова усмехнулась, и в этот раз в смехе прозвучала едва заметная холодность. — Осмелюсь спросить: а ты кто такой?

Самонадеянный мальчишка, зарвался дальше некуда.

Почувствовав недовольство старухи, Сюй Ваньюнь внутренне встревожилась. Пусть Пятая старейшина была женщиной, именно её слово имело наибольший вес среди семи старейшин. Обида на неё фактически означала обиду на весь клан Сюй.

Сюй Ваньюнь не понимала, почему Шэнь И вдруг так изменился, будто его подменили. Но она знала его характер: он не из тех, кто склоняется.

В конце концов, человек, который без раздумий забрал хвостовую кость Владыки-демона Ювэя, не будет считаться ни с чем.

— Э-э…

А Цин тоже не ожидала, что атмосфера вдруг так резко накалится, и на мгновение растерялась.

Но в этот момент Шэнь И, напротив, стал ещё спокойнее, и голос его прозвучал ровно и бесстрастно:

— Прошу выбрать троих человек, которые выйдут со мной наружу. Я покажу клану Сюй, кто я такой. И если после этого вы сочтёте, что обещание Шэня чего-то стоит, возьмите духовный корень и сородичей и заключите союз с Великой Гань.

Едва он это произнёс, остальные на мгновение опешили. Лишь на лице старухи улыбка стала ещё шире:

— Значит, ты предлагаешь нам сначала посмотреть «товар»? И не боишься, что мы обнаружим, что Великая Гань — всего лишь пустая оболочка, давно пришедшая в упадок?

Прежде несколько старейшин уже высказывали подобные сомнения. Сейчас это звучало как проверка и попытка прощупать его реакцию.

— …

Никто не ожидал, что лицо Шэнь И даже не дрогнет.

Он спокойно произнёс:

— Попробуйте. Не бойтесь.

Старуха на мгновение застыла, а затем поняла смысл:

— Боюсь ли я выйти наружу?

— Тогда выбирайте людей. Побыстрее, я тороплюсь, — сказал Шэнь И и направился к выходу.

В комнате остались лишь старейшины, переглядывающиеся между собой. Простая провокация не могла их задеть, но эта абсолютная уверенность юноши действительно выбивалась из привычного.

— Стой.

Старуха снова окликнула его.

Шэнь И обернулся.

— Дай доказательство, и я дам тебе щедрый дар.

Не ответив, Шэнь И небрежно взмахнул рукой.

В тот же миг длинное копьё, словно дракон-цзяо, вырвавшийся из моря, описало круг по комнате и исчезло в хранилище.

Комната мгновенно стихла.

Копьё Ювэй признало хозяина.

Одного этого было достаточно, чтобы соперничать с практиком середины стадии Превращения в Духа. Но куда страшнее было другое: ещё несколько десятков дней назад этот человек был тяжело поражён силой Владыки-демона Ювэя, а теперь не только восстановился, но и подчинил себе это оружие.

Сюй Хундэ невольно сглотнул.

Для такого человека даже загрязнённый высший духовный корень уже не казался чем-то значительным.

Но духовный корень клана Сюй был особым случаем.

— Хорошо, хорошо! — старуха резко поднялась и вышла наружу, одновременно складывая печать. — Тогда смотри на дар моего клана Сюй.

В тот же миг небо потемнело.

Вдали возникло колоссальное чёрное древо. Его крона закрывала весь горизонт, чёрные ветви и листья сплетались, словно само небо.

— Это и есть высший духовный корень клана Сюй, — сказала старуха. — Сможешь ли ты его переработать?

За долгие годы он стал чем-то иным, больше не тем, что можно втянуть в море ци.

По сути, именно благодаря этому дереву клан Сюй и смог скрываться здесь всё это время.

Старуха достала простой ларец. Внутри находился шар, похожий на сгусток чёрного тумана.

— Это его плод. Всего один. Я всегда считала его бесполезным: вроде бы эссенция высшего духовного корня, но одновременно крайне пагубная вещь. Жаль… ты всё ещё не хочешь породниться с кланом Сюй?

Она покачала ларец.

Шэнь И взял его и убрал в хранилище:

— Не хочу.

Он убивал демонов и совершенствовался не ради брачных союзов.

— Не хочешь, но берёшь, — старуха фыркнула, но без злости. — Ладно. Пора молодым выйти и увидеть мир.

Она действительно ему доверяла. Причина была проста: А Цин уже раскрыла почти все тайны клана Сюй, а её ценность как мастера массивов была крайне высока. Любая сила бы её не отпустила.

Но Шэнь И вернул её целой и невредимой.

Полностью доверить ему жизнь клана было нельзя, но отправить несколько человек — вполне допустимо.

— Завтра ждите его за деревней, — сказала старуха.

Вокруг тут же поднялся шум: многие члены клана пытались пробиться вперёд, желая попасть в число выбранных.

Очевидно, жизнь взаперти при наличии знаний и книг утомляла не только тётю и племянницу.

Когда Шэнь И ушёл, Сюй Хундэ спокойно сказал:

— Я тоже пойду. Одних молодых оставлять нельзя.

— …

Сюй Ваньюнь подозрительно посмотрела на него.

— Я тоже! — А Цин подняла руку.

Старуха прижала её ладонь:

— С твоими мыслями ты ничего не увидишь, а вернувшись, ещё и правды не скажешь.

Она обернулась и увидела, что несколько старейшин молча смотрят на неё.

— …

— Ладно. У меня есть свои планы, — сказала она, останавливая разговор.