— Глупые фантазии.

Сюй Ваньюнь беспомощно смотрела, как девчонка уходит прочь, и сама шагнула следом. Замысел А Цин изначально был невозможен. При её выдающемся даровании — в столь юном возрасте она уже освоила почти восемьдесят процентов всех техник клана Сюй. Такой человек никогда не может быть отдан другой силе. В противном случае какой тогда смысл в существовании клана Сюй? С того момента, как А Цин раскрыла ту толстую книгу, ей было предначертано стать главой клана Сюй. Разве что она окажется достаточно безжалостной и опытной, чтобы заставить Шэнь И войти в клан Сюй как зять… Но, глядя на неё сейчас — на то, как она перед Шэнь И выглядит словно белый цветок, который вот-вот сорвут, — это было ещё менее вероятно.

Другое дело — она сама.

Пальцы Сюй Ваньюнь слегка дрогнули, в её взгляде мелькнули искры. Она примерно догадывалась, что Шэнь И нужен Духовный Корень Пагубной Ауры клана Сюй. Согласиться на такое ради простой сделки не составляло проблемы. В конце концов, если он заберёт корень и покинет клан, то с его силой легко может отречься от обещания — и кто тогда сможет его заставить? А ей останется лишь вечно жить в одиночестве в пустом доме, день за днём умываясь слезами… В мыслях Сюй Ваньюнь уже разыгрывалась целая драма любви и ненависти, и с тревожным сердцем она направилась к деревянному дому.

По сравнению с прошлым разом, когда была ночь, теперь — при свете дня — все старейшины собрались вместе, и в деревне поднялся куда больший переполох. Любопытные жители толпились вокруг, наблюдая, как глава клана с серьёзным выражением стоит у двери и впускает внутрь фигуру в сине-зелёном халате.

— Он ведь собирался с помощью Великого Массива Подавления Демонов Четырёх Образов лечить раны. Уже выздоровел и собирается уходить?

— А не продаст ли он нас после выхода наружу?

— Если говорить прямо, Великая Гань тоже не обязательно добрая. Возможно, они тоже приложили руку к тем событиям.

Слушая перешёптывания, Сюй Хундэ нахмурился и жестом приказал всем замолчать, но — что было редкостью — не разогнал их. То, что должно решиться сегодня, каждый член клана Сюй имеет право услышать собственными ушами. Глядя на беспечный вид А Цин и Сюй Ваньюнь, он тяжело вздохнул:

— И вы тоже заходите.

С этими словами он развернулся и повёл их внутрь.

В не слишком просторной комнате семеро стариков сидели кругом. Они не собирались чинить препятствий Шэнь И — ему даже приготовили место рядом со старухой, из-за чего обстановка больше не напоминала допрос, а скорее дружескую беседу.

Он пришёл в клан Сюй, чтобы укрыться от беды. Теперь он вышел из уединения — значит, наверняка собирается уходить. Их клан, годами скрывающийся от мира и при этом имеющий смертельного врага снаружи — Пещеру Сокровенного Света — не мог сказать, что совсем не боится предательства. Но вопрос, который ранее хотели обсудить со Шэнь И, глава клана уже решил взять на себя. Поэтому не было нужды сохранять жёсткий и высокомерный тон. Причина их сегодняшнего собрания была в основном в том, что старуха снова хотела поднять вопрос брачного союза.

— Господин Шэнь, — старуха кивнула Сюй Ваньюнь, чтобы та налила чай. — Вы человек высокого положения, у вас наверняка множество срочных дел во внешнем мире, поэтому не будем ходить вокруг да около. Сегодня мы пригласили вас, чтобы обсудить одно дело.

Едва эти слова прозвучали, А Цин тут же встревожилась. Как так быстро? Она столько дней готовила длинные речи — и ей даже не дадут сказать ни слова?

Сюй Ваньюнь, держа чайник, ощущала сложную смесь чувств. Она не собиралась соперничать с А Цин. Как и говорила раньше, Шэнь И казался ей очень сильным; если речь шла о брачном союзе, она не чувствовала бы себя униженной. Но до настоящих чувств было далеко. И всё же, услышав слова пятой старейшины, она неожиданно занервничала.

…

Шэнь И взял чашку и посмотрел на застывшую перед ним женщину, почти полностью закрывавшую обзор. Он слегка нахмурился:

— Можно немного отойти?

— А… да.

Сюй Ваньюнь поспешно пришла в себя и отступила в сторону.

— У меня тоже есть дело. Прошу, вы сначала, — спокойно сказал Шэнь И, глядя на старейшин.

Старуха улыбнулась:

— На самом деле всё очень просто. При статусе господина Шэня любая сила будет к нему стремиться. Наш маленький клан Сюй — не более чем скромный храм, удержать такого великого человека мы не можем. Но если говорить о родстве… что скажет господин Шэнь?

Сказав это, она поманила Сюй Ваньюнь:

— Эта девочка хоть и простодушна, но обладает неплохой силой. При отсутствии непредвиденных обстоятельств и с поддержкой ресурсов Великой Гань в будущем она обязательно достигнет стадии Превращения в Духа.

Это было крайне уважительное предложение. Даже при богатых накоплениях клана Сюй вырастить практикующего такого уровня — дело значительное.

Старуха прищурилась, внимательно наблюдая за реакцией Шэнь И. Но тот лишь спокойно поставил чашку, не изменившись в лице.

Старуха усмехнулась:

— Конечно, если господин Шэнь сочтёт достойной наш клан Сюй и посмотрит на эту девочку А Цин благосклонно, мы тоже не будем возражать.

Услышав это, лицо А Цин вспыхнуло радостью:

— Угу! Угу!

Сюй Ваньюнь закатила глаза. Эта девчонка вообще не понимала, о чём речь. При таких условиях Шэнь И мог согласиться только если бы потерял рассудок. Человек, способный убить Владыку-демона из тридцать восьмой пещеры, не станет оставаться в такой глуши ради брачного союза.

Но… что он выберет?

— Может… ты немного уступишь? — неуверенно сказала Сюй Ваньюнь.

Сюй Хундэ даже не выдержал и потёр переносицу. И дочь, и сестра — обе ведут себя так, будто никогда не видели мужчин.

Старейшины криво усмехнулись, но всё же посмотрели на Шэнь И.

— Вы закончили? — Шэнь И медленно поднялся. — У меня тоже есть дело, которое я хотел бы обсудить.

Старуха улыбнулась:

— Господин Шэнь, прошу, говорите.

— Мне нужен высший духовный корень клана Сюй.

После этих слов лица всех, кроме тёти и племянницы, резко изменились.

— И, конечно, я не беру его бесплатно, — спокойно продолжил Шэнь И. — Моё вознаграждение, которое я обещал ранее: помимо духовного корня, я хочу ещё и вас.

Он оглядел всех присутствующих:

— Всех вас.

В комнате повисла тишина.

Сюй Хундэ нахмурился, глядя на него так, будто перед ним стоял не человек, а что-то куда более опасное, словно из разрушенного массива вышел не практикующий, а Владыка-демон.