Утро встретило Касуми серым небом и тяжёлым воздухом, который, казалось, оседал на плечах, как влажная ткань. Он стоял на крыше штаба, глядя на горизонт, и чувствовал, что сегодня всё иначе. Ветер не был свежим, как обычно, — он казался густым, липким, словно кто-то сжал пространство вокруг. Дракон ждал его, но даже он, казалось, был насторожен — его чешуя чуть заметно подрагивала, а дыхание было глубже обычного.
Касуми поднялся в небо, и холодный воздух ударил в лицо, но он не помог — чувство тревоги осталось. Он летел к Солару, как делал это уже несколько раз, но сегодня тишина была другой — не спокойной, а настороженной, как будто мир затаил дыхание перед чем-то неизбежным. Внизу проплывали поля, реки, города, но он почти не замечал их — он думал о том, что могло ждать его впереди.
Когда он приземлился на пустыре, Солар уже ждал его. Но он стоял не прямо, как обычно, а слегка ссутулившись — его плечи были опущены, руки висели вдоль тела, и он тяжело дышал, будто только что пробежал марафон. Свет падал на его бледно-голубые волосы, делая их почти белыми, и в этом свете Касуми заметил, как сильно он устал — не физически, а чем-то другим, более глубоким.
— Ты выглядишь так, будто уже сражался, — сказал Касуми, подходя ближе.
Солар поднял голову. В его глазах не было усталости — скорее недоумение, смешанное с чем-то похожим на тревогу.
— Я сражался, — ответил он. — С тем, кого не видел.
Касуми замер. Он ждал, что Солар продолжит, но тот просто стоял и молчал.
— Что значит «не видел»? — спросил Касуми, делая шаг вперёд.
Солар опустился на землю, сел на сухую траву и некоторое время молчал, глядя в одну точку. Ветер шевелил его волосы, и где-то далеко кричала птица, но он не замечал этого.
— Я пришёл сюда раньше, — начал он, и его голос звучал тише, чем обычно. — Хотел проверить разлом. Но разлома не было. Вместо него стоял кто-то. Я не видел лица — только фигуру. Она не двигалась. Просто стояла.
— И что ты сделал? — спросил Касуми.
Солар провёл ладонью по лицу, словно пытаясь стереть воспоминание.
— Я атаковал. Световые бомбы — пять штук, одна за другой. Они должны были достать его — я не промахиваюсь. Но они пролетели мимо. Как будто он был не там, где я видел его. Или как будто он мог быть где угодно.
Он помолчал, затем добавил тише:
— Он даже не шевельнулся.
Касуми сел напротив него, на корточки, и посмотрел на него внимательно.
— Ты видел его лицо?
— Нет. Только глаза. Фиолетовые. Они светились. Я не знаю, как объяснить, но этот цвет был не просто цветом — он был тяжёлым. Как будто он давил на меня, даже когда я смотрел в другую сторону.
Наступила тишина. Ветер шуршал сухой травой, и где-то далеко кричала птица, но её голос казался приглушённым, словно сам воздух стал плотнее.
— Это не тварь, — сказал Касуми после долгой паузы.
— Я знаю, — ответил Солар. — Твари нападают. Этот просто стоял. А когда я выдохся, он развернулся и ушёл. Без звука. Без следа. Как будто его никогда не было.
Касуми смотрел на него и чувствовал, как внутри него разливается холодное, липкое беспокойство. Он не знал, кто это был. Он не знал, зачем тот пришёл. Но он знал одно: это не случайность. И это не конец.
Он вернулся в штаб, когда солнце уже клонилось к закату. Ориан сидел за мониторами, его пальцы бегали по клавиатуре, но он, казалось, не видел того, что печатал. Кагари грела чай, пар поднимался над кружкой и смешивался с влажным воздухом. Зеро лежал на диване, уставившись в потолок.
Касуми прошёл мимо всех, не сказав ни слова, сел на своё место и уставился в стену. Его пальцы сжимали колени, а в глазах застыла та же пустота, которую он видел у Солару.
— Ты в порядке? — спросила Кагари, взглянув на него.
— Да, — ответил он, но голос его был пустым.
Кей обернулся и посмотрел на Касуми дольше, чем следовало. Он не сказал ни слова, но заметил, как тот сжал руки в кулаки, как его плечи были напряжены, как он смотрел в пустоту, словно видел там что-то, чего никто не замечал.
Что-то происходило.
Но Кей не знал, что именно.