Всё начинается с мороза, холода всеобъемлющей ледяной пустыни, от и до застилающей извечно тёмный горизонт.
Солнце… С небесным светилом нынешнее поколение знакомо лишь по немногочисленным древним книгам, оставленным так давно, что ни одной лопаты не хватит, дабы встретиться с их авторами.
Странная и страшная трактовка? Возможно…
Впрочем, для ныне живущих она кажется детским лепетом в сравнении с тем, как жестока по отношению к современному человеку матушка-природа: по сей день мир представляет собой нескончаемые мёртвые дюны и белую тишину, разбавляемую разве что ледяным ветром — почти единственной настоящей угрозой современности.
С другой стороны, такие неблагоприятные условия были встречены с невиданной страстью и готовностью сопротивляться, наглядно показать и доказать, что человек — вершина творения, способная подчинить себе такие аксиомы, как голод, страх и смерть…
Вот только… Теперь эти самые аксиомы — единственное, что помогает всем не сойти с ума и не быть похороненными под беспощадными снегами времени.
Люди, конечно, сопротивлялись бойко и энергично, но в итоге всё равно проиграли и сбежали в города-крепости, где и по сей день трясутся от одной только мысли об окружающей их ледяной белой мгле.
Тем временем стихия, оскорблённая людской наглостью, ниспослала им напоминание о своём могуществе, известное под именем «Тёмный Ветер». Отныне это бедствие без устали пытается ворваться внутрь стальных гнёзд, что были свиты остатками человеческой расы в жалких попытках сберечь собственные жизни.
И всё же, несмотря на все аргументы, человечество до сих пор верит в конечность всего того ужаса, в который оно ввергнуто уже несколько столетий или даже тысячелетий… В конце концов, «каждая буря венчается покоем, и каждая тьма вершится рассветом» — это одна из современных заповедей, что не дают угаснуть и без того с трудом теплящейся надежде.
Никто не подозревает, сколь долго может длиться этот ледяной ад, промёрзший сам себя насквозь: помыслить о его неотвратимой вечности люди попросту боятся.
Но вечно сидеть в своих жалких укрытиях люди не могли, ибо сопротивляться голоду, используя только смехотворные клочки земли с не менее жалким плодородием, было попросту невозможно…
По этой причине и появились люди, которых в народе за глаза называют «самоубиенными».
Если коротко, то эти «самоубиенные» постоянно отправляются в экспедиции за пределы поселений и городов, дабы впоследствии вернуться с разведданными, уцелевшими с давних времён ресурсами и, самое главное, — провиантом.
Откуда в ледяных пустынях берётся еда?
Всё до смешного просто: Тёмный Ветер, несомненно, принёс человечеству много горя, но он же, как бы парадоксально это ни звучало, подарил всем надежду на выживание, надёжно законсервировав во льдах тонны существ, когда-то давно обитавших в месте, называемом «мировым океаном» или даже «колыбелью жизни», если верить всё тем же ветхим книгам.
Отныне в таком ритме люди по всему миру и живут: кто-то укрывается за стенами, пытаясь хоть как-то цепляться за жизнь, а кто-то, рискуя собой, противится этому, выбирается за пределы, исследует всё, что осталось от древнего мира и при помощи непосильного труда да пары кирок сохраняет всеобщую надежду…
— Так вот, я и мои друзья… — сбивчивый голос прервался, дабы сделать вздох и остановить заново нахлынувшую сырость глаз. — Мы и были теми, кто выбирался за стены, кто хотел добиться большего: обеспечить светлое будущее для себя, своих семей, но… — фраза осталась незавершённой, покуда не удосужившийся закончить её человек продолжать тихо плестись по ледяной пустыне сквозь пробирающую до костей метель.
— Нет, нам не известна настоящая причина всего произошедшего… Есть пара теорий, но… В общем-то, это не так важно, я думаю… — неизвестный в очередной раз стих, позволив окружающему себя пространству вновь утонуть в белом шуме неумолимой стихии.
— Как меня зовут?… Тебе правда интересно?… — с некой застенчивостью в голосе вздыхает безымянный. — Я Мария, можно просто Маша, — будто бы с некоторым воодушевлением отвечает девушка.
— А?… У тебя был друг с таким именем? Но ты ведь что-то вроде голоса в моей голове, разве нет? Не подумай, что я хочу тебя обидеть, просто мне сложно представить, что ты можешь знать кого-то кроме меня… — вопросы сыпались градом.
— Много болтаю? Прости, но мне правда всё это интересно: что ты, как мы вдруг оказались связаны, каким образом тебе удалось меня спасти… Просто не могу выкинуть из головы все эти вопросы, понимаешь? К тому же, я думаю, мы с тобой вместе надолго, так что стоит узнать друг друга получше, не так ли? — не нужно было видеть улыбку на лице этой до недавнего времени удручённой девушки, чтобы понять, что она просто хочет подружиться со своим собеседником.
— Не хочешь об этом говорить?… Всему своё время, да? — и вновь тоска слегка промелькнула в её голосе. — В любом случае, нам стоит действовать сообща, как думаешь? Путь до моего города не близкий, и я не думаю, что он так просто мне дастся в одиночку… — Мария многозначительно замолчала, направив свой измученный взор куда-то вдаль.
— Поможешь при необходимости? Ну, спасибо… — с ноткой брезгливости в голосе буркнула она.
— Прости… Я не имела ввиду, что ты мне не нравишься, просто… Нам обоим нужно добраться до укрытия, стало быть, взаимопомощь сильно бы упростила этот путь.
— Голод?… Да, как-то глупо с моей стороны… В конце концов, я тоже почти что с ног валюсь от этой боли в животе. Но, к сожалению, мы… — в очередной раз мимолётная горечь проскользнула в её голосе. — Мы не успели добыть ничего, а наши собственные припасы закончились…
— Рассказать, что произошло?… Не уверена, что смогу рассказать… Я всё ещё не могу отпустить того, что видела и… Чувствовала… — Мария заметно забеспокоилась.
— На самом деле, мне и сказать-то толком нечего… — тяжело вздохнув, она быстро пришла в себя. — Изначально всё было как обычно: мы всё спланировали, собрали припасы, взяли необходимое оборудование и отправились за пределы городских с-стен… — несмотря на попытку сохранять спокойствие, Мария всё же поддалась страху, а её голос задрожал. — Всё должно было быть нормально, как обычно: мы шли по уже изведанному маршруту, у нас была карта… В наши обязанности входила только добыча провианта, даже необходимое место было известно заранее… Проблема была разве что в длине пути… И вот, почти у самой цели, Матвей — наш капитан — заметил что-то вдалеке: вроде бы пар, или дым, не помню уже, что он тогда прокричал… А мы, точно идиоты, даже не подумали, что это может быть чем-то, чего стоит опасаться… — она ещё раз прервалась, чтобы перевести дух. — П-понимаешь, за различные находки можно получить награду… Эта мысль нас и… — послышались всхлипы.
— Н-нет, я могу закончить… — девушка сделала глубокий вдох ледяного воздуха, что немного привело её в чувства. — Подойдя ближе, мы обнаружили что-то вроде отверстия во льду, вокруг которого было так тепло, что даже лёд и снег размякли… Ну, вот мы и решили, что это какой-то тепловой центр: даже если и не извлечь, то хотя бы разобрать на запчасти его можно было. Окрылённые своей находкой и возможным вознаграждением, мы стали копать… И потревожили… Это… — она непроизвольно прервалась; у неё перехватило дыхание. — И… Это тут же выпрыгнуло из под тонн многовекового льда… Я… Я даже не успела ничего понять, как всё уже закончилось… — трагичная история Марии была завершена.
— Нет, я далека от понимания сложных устройств… Даже обычный обогреватель, внезапно вышедший из строя, — настоящая головоломка для меня… И всё же, готова поспорить, что та штука была чем-то инородным для этого мира… Подобного просто не должно существовать! — с невиданной ранее яростью прокричала девушка.
— О! Мы наконец-то добрались до места нашего последнего привала! Мы специально оставили немного еды и прочего… На меня одну даже с избытком… — секундная радость быстро сменилась на скорбные мысли.
— Ха-ха, точно… Теперь мне нужно есть больше, чтобы и тебе хватало… Но не переживай, тут достаточно для того, чтобы добраться до следующего привала. Правда, сперва надо немного разогреть, иначе придётся грызть перемороженный суп… Сил на это мне должно хватить… — загадочно пробормотала она.
— Дрова? Не переживай, костёр мне не понадобится. С какой-то кастрюлькой супа я могу справиться и так, — её слова будто бы нарочно ходили по контуру сути, которую она хотела донести, но вся конкретика с предательской точностью осталась где-то в неизвестности.
— Вот и всё! — радостно восклицала Маша, согревая замёрзшие руки горячим котелком.
— Как мне это удалось?… Что ты имеешь ввиду? Я просто создала небольшое пламя. На самом деле, я часто так делаю, чтобы постоянно не таскать с собой уголь. В теории, можно так и согреваться, но тогда я быстрее выбьюсь из сил и окоченею… Хорошо, что тёплая одежда хотя бы как-то спасает… — очередной ответ, будто бы специально бьющий абсолютно мимо своей цели.
— Погоди… Ты не знаешь о магии?! Разве не с её помощью тебе и удалось меня спасти?… — Мария недоумевала. — Но тогда… Если это было не заклинание… Как тебе вообще удалось?!
Данный разговор изначально был полон недопониманий и недосказанностей, однако теперь…
Они окончательно перестали понимать друг друга…