"Привет, Rat," — произношу я, переступая порог.

"Настал тот самый день. Я тут принёс немного сладостей, подумал, тебе захочется."

"У-у. У-у. У-у-ух," — мычит он.

С каждым звуком он раскачивается взад-вперёд. Выглядит даже немного впечатляюще.

"Уверена, что захочется," — произносит Митт.

Она забирает у меня угощение. Я смотрю на неё сверху вниз. Да, с ней определённо что-то не так. С тех самых пор, как она стала апостолом жестокости, от неё веет каким-то пугающим спокойствием. Словно она во всём разобралась.

"Видишь, Rat? Kitty принёс сладости. Разве это не мило с его стороны?"

"А-ага…"

"Я знаю. Давай, открывай ротик… Скажи «а-а-а»…"

"А-а-а… а-а-а-а-а…"

Она скармливает ему несколько конфет с тёплой улыбкой.

"Умница. Очень хорошо, Rat," — произносит она.

Выпрямившись, она поворачивается ко мне.

"Вы хотели обсудить что-то ещё, Ангел Смерти?"

Я хмурюсь: она использует это дурацкое, обидное и совершенно не соответствующее истине прозвище, которым меня теперь называют люди. Хорошо хоть, я знаю, что она не всерьёз.

"Вообще-то да. Но я бы предпочёл обсудить это…"

Я многозначительно киваю в сторону Rat'а.

"…Где-нибудь в другом месте?"

Она одаривает меня выразительным взглядом. Я прекрасно понимаю, что она имеет в виду. Мы оба знаем, что Rat ничего не соображает. По крайней мере, не как нормальный человек. И всё же я просто…

"Ладно," — соглашается она.

"Тогда пройдём в комнату ожидания."

"Было бы отлично," — отзываюсь я.

Она выходит за мной в коридор, прикрыв за собой дверь. Зная, что она ждёт объяснений, я сразу перехожу к делу.

"Речь о моём плане по зачистке этажа."

"Ох, началось. Ты и правда собираешься это провернуть?"

"Ага. Сегодня ночью, пятого мая. Я уже говорил, но повторю: если не горишь желанием попасть под зачистку, советую покинуть город до заката."

"Думаешь, тебе по силам меня убить?"

"Учитывая, что чудо эвтаназии ты так и не освоила – да, уверен. Так что, поскольку Жестокость вряд ли хочет лишиться очередного апостола так скоро после потери предыдущего, настоятельно рекомендую прислушаться к Его воле и уйти."

"Он мне не начальник, как и ты."

"Он твой начальник в буквальном смысле слова, да и я тоже. Но знаешь что? Хочешь сдохнуть – пожалуйста. Оставайся. Милости просим."

"Знаешь что?" — спрашивает она.

Я удивлённо приподнимаю бровь.

"Я всё равно не понимаю."

"Не понимаешь чего? Что тут вообще можно не понимать?"

"Почему," — размеренно произносит она.

"Почему ты не используешь меня, чтобы спасти его? Всё ведь так удачно складывается. Ты мог бы вылечить его за счёт этого пускающего слюни идиота, остаться здесь, ещё немного поиграть в друзей, а потом использовать для последнего исцеления меня. Спешить теперь некуда. Разве для тебя это не идеальный расклад?"

Я опускаю взгляд. Пол внезапно кажется мне невероятно интересным.

"Но ты же умрёшь," — произношу я.

"Не можешь же ты этого хотеть."

"Тебя это волновать не должно."

"Moleman спас тебя," — говорю я.

"Ты для него важна."

"Как будто Rat не важнее?"

"Rat и так умрёт. А ты…"

"Почему ты меня не убиваешь?"

"Потому что," — рычу я.

"Я этого не хочу! Разве этого мало? Убивать тебя – это лишние хлопоты. Этого же достаточно, нет? Какое ещё оправдание тебе нужно? Хочешь, чтобы я разрыдался, распустил сопли и завыл, потому что ты всего лишь ребёнок? Потому что мы знакомы пару месяцев? Потому что ты мне не безразлична? Что ж, если так, то, боюсь, я тебя разочарую. Ничто из этого не правда. Мне на тебя абсолютно наплевать. Я просто хочу… Мне просто нужно…"

Она вздыхает, пожимает плечами, качает головой и начинает изучать потолок с не меньшим вниманием, чем я секундой ранее изучал пол.

"Ладно. Знаешь что? Я дам тебе причину. Если оставишь меня в живых, я смогу всем рассказать, что твой драгоценный хозяин в этом не виноват. Это всё ты. От начала и до конца. Я стану живой свидетельницей твоих преступлений, и тогда бедному маленькому обрубку в соседней палате не придётся объясняться перед королём, отчего вымер целый город и откуда вместо него взялась орда таких же дохлых крыс. Звучит разумно, так? Вполне логичное, безупречное объяснение тому, зачем тебе оставлять меня в живых. И никаких других причин. Никаких эмоций и привязанностей. Тебя это устроит, Ангел?"

Мои плечи поникают ещё сильнее. Я закусываю губу.

"Да," — тихо произношу я.

"Что-то вроде того."

Когда я снова поднимаю взгляд, на её губах играет мягкая улыбка.

"Вот и славно. Я уйду до заката. Но прощаться не стану, потому что знаю – мы ещё встретимся. Правда, пока не могу сказать, в качестве врагов или друзей."

"Время покажет," — бормочу я.

Она тихо хмыкает.

"Ага. Время покажет."

Несколько секунд мы молча смотрим друг на друга. Я улыбаюсь.

"Не оставишь меня наедине с Rat'ом? Буквально на пару минут."

"Конечно. Позовёшь, как закончишь."

"Спасибо."

Я возвращаюсь в палату. Rat поворачивается ко мне, бессмысленно улыбаясь. Я сажусь рядом с ним. Осторожно принюхавшись, я определяю, что Митт отошла достаточно далеко и не сможет нам помешать. Хотя я знаю: если Жестокость сочтёт это занятным, Он всё равно выдаст ей правду. Не то чтобы меня это сейчас волновало.

"Снова привет, Rat," — произношу я.

"Как ты? Вкусные были конфеты?"

"У-у. У-у. У-у. У-у."

"Ну и отлично. Это хорошо. Я за тебя… очень рад."

Мои руки сами собой сжимаются в кулаки.

"Итак…"

Я чувствую, как на лицо наползает улыбка.

"Ты был прав. С самого начала. Ещё тогда, когда пытался сбежать, а я тебя поймал. Ты с самого начала был прав. Просто я… Я не хотел об этом думать. Но ты ведь всё понимаешь, да? Эту горькую пилюлю тяжело проглотить. Неудивительно, что до меня так долго доходило. И это всё ещё… Это всё ещё причиняет боль, знаешь ли. Но я думаю об этом каждый божий день."

Протянув руку, я сжимаю его ладонь. Она тёплая. Это помогает мне удержаться здесь и сейчас. Хотя от слёз это не спасает.

"Ты был прав. Я ему плохой друг. Я не…"

Я всхлипываю, с трудом проталкивая воздух в лёгкие сквозь подступающие рыдания.

"Я вообще не думаю, что я ему друг.

"Вчера," — продолжаю я.

"Вчера за работой я попытался вспомнить, что вообще знаю о Moleman'е. Какое его любимое животное? В какую игру он больше всего играл? И ничего не смог вспомнить. Я просмотрел нашу переписку. Мы ни разу… Мы три года были вместе, но ни разу по-настоящему не говорили. Не обсуждали то, что действительно важно. Я… Я даже имени его брата вспомнить не могу. Уверен, он как-то его называл. Я знаю, как много для него значит брат. Но в голове не отложилось. Мне вообще никогда… никогда не было до этого дела. На самом деле. Всё, что меня волновало – это то, что он мой друг, а я его. Лишь это имело значение. Не он сам, не наша дружба… А лишь сама идея этой дружбы. И я действительно вёл себя ужасно. Был просто мусорным другом. Мне кажется… Кажется, в первый раз он попросил меня не убивать гоблинов… после зачистки третьего или четвёртого этажа. Точно не вспомню. Но это было три года назад. Три года, а я так и не воспринял это чёртово обещание всерьёз! А сколько ещё было случаев, когда я обещал ему то и это. Но я ни разу к нему не прислушался. Я думал… По глупости своей я думал, что дружба безусловна. Типа, если вы с кем-то друзья, то это навсегда, и что бы ты ни натворил, этого факта не изменить. Но в жизни всё иначе. Дружба… она как машина. Над ней нужно постоянно работать, иначе она перестанет ехать. Регулярные техосмотры и случайные поломки – это одно, но чтобы она действительно ехала… Чтобы быть уверенным, что она на ходу… Машину нужно водить. Дружбу нужно поддерживать на базовом уровне. А я этого никогда не делал. В плане дружбы я повёл себя так, словно купил тачку, бросил её в поле на три года, а потом понадеялся, что она заведётся с пол-оборота. Какая же глупость! Какой же я идиот! Непроходимый, чудовищный идиот, а друг – ещё хуже!"

Я бессильно оседаю на стуле. Глаза ничего не видят. Всё расплывается.

"Ты же видел, что я с ним сделал. Потому и пытался сбежать. Ты сделал ровно то, что всегда следовало сделать мне. Я вцепился в Moleman'а, словно голодный клещ, и из-за этого он стал таким. Я вообще больше не понимаю, кто он. Он уже не он. Я это уничтожил. Я уничтожил его. Друзья так не поступают. Но…"

Я чувствую, как на губах появляется улыбка. Слабая, отчаянная. Зато искренняя.

"Но я всё исправлю. Понимаешь, Moleman… Сейчас он вообще ничего не чувствует. Я это вижу. Я вижу в нём ту часть самого себя. Ту часть, которой наплевать, будет он жить или умрёт."

Я говорю медленно, подбирая каждое слово, одно за другим.

"Эта часть мне очень хорошо знакома. И поэтому я знаю: есть только два действенных способа от неё избавиться. Первый – дать ему нечто, что он сможет полюбить. Нечто такое, ради чего он решит, что жизнь всё ещё имеет смысл, пока ему есть, что защищать. Но ничего подобного не осталось. Я забрал у него всё, в надежде, что сам смогу стать этим «нечто». Но я им не стал. И никогда не стану. Я хотел быть его инструментом – так что теперь только им и остаюсь. Тем не менее, есть и другой выход."

Моя улыбка становится шире при мысли о лице старого друга; ещё одной сломанной мною жизни. О той, в чьих глазах полыхала ЧЁРНАЯ ненависть.

"Мне просто нужно заставить его возненавидеть меня настолько, чтобы моё убийство стало целью всей его жизни."

Я смотрю на Rat'а в ожидании хоть какой-то реакции. Он мягко улыбается мне в ответ. Я сжимаю его ладонь. Наверное, именно этого мне и следовало ожидать. По крайней мере, это всё, что я получаю.

"Именно этого я и попытаюсь сейчас добиться. В каком-то смысле, я пытаюсь это провернуть уже довольно давно, правда, пока без особого успеха. Но с этим планом у меня наконец может получиться."

Я издаю тихий смешок.

"Как минимум, стать ещё худшим другом, чем сейчас, у меня уже не выйдет. То, что я сделаю сегодня ночью – лишь естественная кульминация всего этого. Так что, то, что я с ним сотворю… В сущности, это нормально."

Я подбираю слова.

"Я не заставляю его жить, я… вынуждаю его. Вот именно. Иногда достаточно лишь лёгкого толчка. Думаю, это именно то, что ему сейчас нужно. Ты ведь со мной согласен?"

"А-ага," — многозначительно отвечает Rat.

Я дарю ему тёплую улыбку.

"Спасибо. Для меня много значит это слышать."

Поднявшись, я направляюсь к двери.

"Что ж, увидимся завтра! К этому времени в городе станет по-настоящему жарко, так что постарайся не помереть за ночь, ладно?"

"А-ага, а-ага… У-ух…"

"Отлично! Тогда до встречи."

Закрыв за собой дверь, я отправляюсь на свой последний за сегодня визит.

Остаётся лишь надеяться, что Moleman воспримет новости настолько тяжело, насколько мне того хочется.