Итак, мой план был таков.

«Раз я не могу раскрыть свою личность сама, пусть она раскроется!»

В любом случае, выжить, выполняя приказы организации, было невозможно.

Люди в особняке уже знали, что я упала в обморок, выплюнув кровь, и организация наверняка сочтёт это подозрительным.

Если они узнают, что это была реакция на нарушение запрета, меня так или иначе устранят.

Разве это не та организация, которая, несмотря на то, что семья Лилиан уже мертва, использовала её, подсовывая поддельные письма?

Обещание отпустить семью после выполнения задания, конечно же, не было выполнено, и меня, скорее всего, продолжали бы использовать как инструмент, а затем выбросили.

«По сравнению с ними, наш герцог гораздо человечнее!»

Он даёт мне отпуск, беспокоится обо мне. И, самое главное, не даёт опасных и аморальных заданий.

В той плохой организации, кажется, только и делают, что убивают людей, угрожают и воруют информацию.

Герцог, скорее, попытался бы спасти меня, а не убить.

«Хотя, даже если так, это всё равно рискованный план».

Это не признание, а случайное раскрытие. У меня пока нет чёткого плана действий на случай, если меня раскроют.

Но после разговора со старшей горничной у меня появилась уверенность в нём.

— Очнись, Лилиан!

По крайней мере, он не убьёт меня сразу.

Разве он не спас меня, когда я умирала, выплёвывая кровь? Вряд ли он убьёт меня сразу, если ему было не всё равно.

«Он, скорее всего, попытается вытянуть из меня информацию».

А там, может, недоразумение прояснится.

Если нет, я в решающий момент снова выплюну кровь. Если это повторится дважды, он обязательно заподозрит неладное.

«Хотя я бы предпочла не видеть кровь снова…»

Я невольно вспомнила ту боль, когда горло горело, и поспешно покачала головой. Это было вредно для моей психики.

В любом случае, чтобы дойти до этого, сначала нужно было постепенно вызвать подозрения герцога.

«Это будет несложно!»

Попасться, когда пытаешься украсть документы.

Попасться, когда пытаешься обыскать кабинет.

Попасться, когда прячешь подозрительные вещи в спальне.

Попасться, когда подслушиваешь разговоры герцога, и так далее.

«Будем пробовать по одному».

Способов было много. Если они казались слишком очевидными, я была готова их разнообразить.

Но я не ожидала такой реакции герцога.

— Будь осторожна. Ты могла бы порезаться бумагой.

— Пыль вредна для горла, Рири.

— Хм? Это подарок?

— Ты, наверное, ждала меня. Тогда я пойду.

«Почему он так себя ведёт?

Что бы я ни делала, герцог реагировал одинаково. Либо гиперопекой, либо позитивной интерпретацией.

«Это бессмысленно…!»

Обычно он такой проницательный и чувствительный, что у новичка-шпиона коленки дрожат. Но почему он вдруг стал таким добрым?

«Может, он слишком сильно пережил тот визуальный шок? Поэтому он всё ещё видит во мне ребёнка?»

Ох.

Я подавила вздох и протирала шкаф в кабинете. Как видите, это была дорогая вещь, поэтому за ней нужно было ухаживать.

Шурх-шурх.

«Хм?»

Я почувствовала настойчивый взгляд герцога. И в кармане моего платья что-то зашуршало.

«Ах, да!»

Кажется, когда я притворялась, что что-то делаю, я случайно взяла один документ. Я думала вернуть его позже.

«Неужели он наконец заподозрил?!»

Я тихо подавила бешено бьющееся сердце. В такие моменты нужно сосредоточиться на том, что делаешь.

Я усердно протирала шкаф, то и дело касаясь кармана. Чтобы бумага шуршала громче.

Шурх-шурх.

Наблюдая за своей личной горничной, которая так усердно протирала шкаф, что дерево стиралось, Рэймонд Пеллиум думал:

«Удивительно, как эти ручки, похожие на лапки кролика, так хорошо справляются с работой».

В его глазах её руки казались такими маленькими, что могли удержать разве что пару желудей, но на удивление она была довольно проворной. Проблема была в том, что её основная работа ‒ шпион.

«Может, поэтому?»

В последнее время поведение Лилиан стало ещё более странным.

— О, вы пришли?!

Вернувшись на своё место, она стала вести себя ещё более подозрительно.

Она копалась в его документах, слонялась рядом, когда он разговаривал с кем-то, и однажды её застали за тем, что она прятала в своей спальне странную открытку (?) с рисунком.

«Неужели это задание от организации?»

Лилиан только что пережила смертельную опасность.

Учитывая настойчивость и жестокость шпионов, организация могла проверять состояние Лилиан и её полезность.

Таким вот грубым способом.

— Рири.

— Да?

На знакомый зов Лилиан обернулась. Её мягкие глаза блеснули, глядя на него.

На мгновение задержав на ней взгляд, Рэймонд немного помедлил, прежде чем сказать:

— Не перенапрягайся.

Я и дальше буду делать вид, что не знаю твоей настоящей личности.

Пока не снимется это проклятое заклинание.

Шарк-шарк.

Мои шаги были тяжёлыми.

«Герцог… сегодня он снова ничего не заметил…».

Утром он так пристально смотрел на меня, пока я протирала шкаф, что я подумала: "Ну всё, он наконец что-то заподозрил!"

Но он не только ничего не заподозрил, но даже не попросил ту бумагу, которая была у меня в кармане. В итоге мне пришлось вернуть её самой.

«Нет, он же всегда такой проницательный!»

Похоже, это всё было показухой.

Наш герцог оказался более человечным, чем я думала. Конечно, это не плохо, но…

— Может, попробовать другой способ?

Пока я шла, уставившись в пол и размышляя…

Стоп.

Чьи-то ноги остановились передо мной. Я машинально сделала шаг вправо.

«Хм?»

Ноги незнакомца тоже двинулись вправо. Случайность?

Я попробовала шагнуть влево.

«Хм?»

Ноги снова двинулись за мной влево. Это явно не было случайностью.

Я подняла голову.

— Здравствуйте, мисс Лилиан.

И-и-и!

Я невольно вздрогнула.

Передо мной стоял Калл, тот самый поставщик продуктов. Да, тот самый коллега-шпион Лилиан!

Пока я растерянно смотрела на его лицо, которое не видела уже давно, он с добродушной улыбкой спросил:

— Как ваше здоровье? Я слышал, вы сильно болели.

Честно говоря, мы не были настолько близки, чтобы он спрашивал об этом. Мы только здоровались, когда виделись.

Но спорить с ним было бы пустой тратой времени.

— Да, теперь всё в порядке.

Я попыталась быстро закончить разговор и уйти. Но он приблизился ко мне и сказал:

— Я очень волновался.

— ……

— Я думал, вы умерли.

От его голоса, в котором слышалась какая-то зловещая нотка, у меня побежали мурашки.

Похоже, он проверял меня. Я постаралась сохранить спокойствие и посмотрела на него.

— Как видите, я жива. Всё?

— Но это странно. Почему вы не умерли?

Калл, словно искренне недоумевая, наклонил голову и преградил мне путь. Какой настойчивый!

Я решила ответить ему и покончить с этим.

— Наверное, мне повезло.

— Ты знаешь, что дело не в этом.

Внезапно он перешёл на ты.

Похоже, ему было так удобнее. Меня это не особо обидело.

«Он всегда так разговаривал с Лилиан?»

Я не помнила этого.

Недолго думая, я решила не обращать внимания на его фамильярность. В конце концов, он выглядел старше меня.

Будучи родом из восточной страны, я постаралась ответить ему максимально учтиво:

— Живы мы или мертвы, давайте каждый будет заниматься своим делом?

— Это и есть моё дело.

— Что это за дело?

— Выяснить, что с тобой случилось, что ты задумала и не собираешься ли предать. И доложить начальству.