5. Рассыпающийся покой

Родина Лиама Мура находилась на юго-западе Англии. Кажется, это был не совсем юг, но и не запад в полном смысле слова, а какое-то довольно неопределённое место между ними. Признаться, я плохо знала географию Англии и совершенно не понимала, где здесь проходит граница между центральными и южными областями, поэтому решила просто называть эту местность юго-западом.

Нашей целью был Хитфорд, расположенный немного западнее Бирмингема, у самого побережья. Мы выехали утром и добрались до станции Лэнкард в Хитфорде лишь ближе к вечеру.

Когда я впервые увидела здешний пейзаж, меня охватила странная тоска, а в груди слегка поднялось незнакомое печальное чувство. Из-за этого я ненадолго остановилась и стала молча смотреть на раскинувшийся передо мной чужой край.

Я уже не помнила, когда в последний раз мне удавалось выбраться из пропитанного вонью Темзы Лондона и вдохнуть по-настоящему чистый воздух.

— Какой здесь хороший воздух.

— По сравнению с Лондоном это просто рай, правда?

С этими словами я была полностью согласна.

Вдали Хитфорд со всех сторон окружали горы, а поблизости простирались леса и поля. Словно оправдывая собственное название, повсюду виднелись заросли вереска. Это было суровое и тихое место, в котором одновременно сосуществовали серые краски и синева моря, и теперь я начинала понимать, почему Лиам Мур называл его красивым.

Когда мы вышли на станции Лэнкард, лицо Лиама Мура застыло от напряжения. Он молча переводил взгляд и смотрел на белый особняк, видневшийся вдалеке, причём стоило лишь увидеть это здание, как сразу становилось понятно, что перед нами Нифоис-холл.

Не знаю, радовался ли Артур Мур возвращению сына или всё ещё тревожился за него, однако о нашем удобстве он, по крайней мере, не забыл, поскольку возле станции нас уже ожидала карета.

Именно в этот момент кучер, до того заглядывавший в карманные часы, заметил Лиама и замахал рукой. Это был молодой мужчина примерно одного с ним возраста.

— Ох, молодой господин!

Я тихо рассмеялась, потому что мне показалось забавным, что Лиама, которому уже исполнилось двадцать девять лет, по-прежнему называли молодым господином. Сам Лиам, кажется, немного смутился и неловко махнул рукой.

— Вовсе не обязательно меня так называть…

— Мне передали, что вы приедете вместе с гостьей. В Нифоис-холле уже очень давно не было посетителей!

Его реакция напоминала мою собственную, когда Мэри называла меня барышней, хотя Лиам, в отличие от меня, действительно родился молодым господином.

Словно опасаясь, что, если замешкается, ему придётся услышать ещё что-нибудь подобное, Лиам поспешно первым делом погрузил багаж, после чего, как настоящий джентльмен, помог мне подняться в карету.

— Спасибо.

— Что ты, для меня это только в радость.

Кучер по-прежнему смотрел на меня сияющими глазами, явно пытаясь понять, кто я такая, почему его молодой господин привёз меня с собой и какие именно отношения нас связывают.

— Поехали.

Произнеся это, Лиам собственным телом перекрыл ему обзор. В ответ раздалось бодрое «слушаюсь», после чего дверь закрылась и карета тронулась с места.

Колёса загрохотали по неровной дороге. Разумеется, здесь нельзя было ожидать такого же ухоженного пути, как в Лондоне, да и я, признаться, уже давно привыкла к бугристым улицам, поэтому одна лишь тряска никак не могла испортить моего первого впечатления от Хитфорда.

Внезапно мой взгляд зацепился за нечто, раздражавшее глаз, и я поманила его рукой.

— Лиам.

— М-м.

Он отозвался коротким звуком и наклонился ко мне, а я поправила перекосившийся галстук. Лиам Мур был хорош во всём, однако порой мог оказаться удивительно неряшливым.

— Ты ведь не собираешься встречаться с отцом после долгой разлуки в таком неаккуратном виде?

— …Мне кажется, отец не стал бы ругать меня из-за подобных мелочей.

— …Говорят, манеры создают человека.

Процитировав знаменитую фразу из фильма, я заодно поправила несколько лёгких прядей, выбившихся ему на лоб. По крайней мере, в этом случае провинившейся стороной был именно Лиам Мур, поэтому ему следовало показать, что он постарался выглядеть как можно лучше, хотя сам он, кажется, совершенно этого не понимал.

Путь нам предстоял ещё долгий. Было бы хорошо, если бы рядом находился Хершел, однако ничего нельзя было поделать, ведь профессор сейчас пребывал в заключении в Гринвиче. Или проходил лечение? Возможно, это вообще стоило считать оплачиваемым отпуском.

— …Я приехала сюда отдыхать и восстанавливаться, ты понял?

Я снова сделала на этом особое ударение. По дороге в поезде я уже несколько раз повторяла Лиаму то же самое, однако, если говорить откровенно, тревога всё равно не отпускала меня, потому что он вполне мог объяснить всё отцу так, как было удобно ему самому.

— Да, да. Я представлю тебя как несчастную помощницу, которая оказалась втянута в моё дело и потому была вынуждена приехать сюда для восстановления.

— Если ты назовёшь какую-нибудь другую причину, я действительно…

— Действительно что?

Как именно его наказать?

После долгих раздумий я подняла палец.

— Отшлёпаю тебя по заднице.

— О.

Я пожалела о сказанном в ту же секунду, потому что выражение лица Лиама Мура странным образом изменилось, словно он подумал: «Так даже лучше…».

В карете внезапно стало жарко, а Лиам всё ещё смотрел на меня и улыбался.

— …Мой зад, конечно, действительно довольно соблазнителен.

— Нет, вовсе нет!

— Нет? Тогда, по твоим меркам, у меня плоский зад?

Пожалуйста, хватит уже говорить о задах.

Почему мужчина девятнадцатого века оказался настолько раскованным?

Покраснев до самых ушей, я прислонилась лбом к стеклу кареты.

— Лиам Мур окончательно сошёл с ума…

Тихо пробормотала я, а Лиам негромко захихикал.

— Почему же? Мне очень любопытны предпочтения дорогой мисс Джейн Осмонд относительно мужских задов. Что тебе нравится больше? Мягкость или упругость? Может быть, хорошо развитые мышцы…

— Нет, у тебя вполне подходящий, чёрт, ах! Ах! Я хочу обратно. Я хочу выйти.

Лиам Мур округлил глаза, после чего выхватил из всей моей фразы слово «подходящий» и расплылся в довольной улыбке.

Я и раньше знала, что он сумасшедший, однако даже не подозревала, что настолько, и уж точно не ожидала, что этот мужчина способен гордиться собственным задом…

Мне вовсе не хотелось опускаться до настолько прямых обвинений, но Лиам сам вынуждал меня произносить подобные вещи. Совершенно обессилев, я постучала по стенке кареты.

— Выпустите меня. Позвольте мне выйти отсюда. Я больше не могу ехать в одной карете с Лиамом Муром…

К этому моменту Лиам уже валился со смеху, держась за живот.

Говорила ли я когда-нибудь, что ненавижу Лиама Мура? Даже если прежде не говорила, то скажу сейчас: я ненавижу этого человека, причём очень сильно.

К тому времени, когда Лиам, всё ещё задыхаясь от смеха, вытирал выступившие на глазах слёзы, карета начала постепенно замедлять ход.

Лишь проехав через тщательно ухоженный сад и миновав озеро, находившееся на территории поместья, мы наконец увидели Нифоис-холл. Снег, выпавший несколько дней назад, ещё не успел растаять, и покрытые белым кусты удивительно хорошо сочетались с белоснежным особняком.

— Ого…

Я восхищённо выдохнула, мгновенно забыв даже о том, что совсем недавно меня дразнили. Нифоис-холл оказался гораздо красивее, чем в воспоминаниях Хершела.

Когда карета, описав круг, остановилась перед главным входом, мы увидели нескольких человек, вышедших нас встречать. Среди них были пожилой мужчина с зонтом, супружеская пара средних лет и молодой человек примерно одного возраста с Лиамом, поэтому не оставалось сомнений, что передо мной находилась его семья.

Лиам первым открыл дверь и вышел наружу, а я продолжила тихо сидеть внутри кареты, спрятавшись за опущенной занавеской и наблюдая за происходящим.

— Уильям!

Мягкая на вид женщина радостно улыбнулась и воскликнула:

— Как хорошо, что ты здоров!

Значит, я не зря кормила его и заставляла как следует высыпаться. Весть о его исчезновении наверняка дошла и сюда, поэтому она, должно быть, страшно волновалась за сына, а выражение искреннего облегчения на её лице невольно успокоило и меня.

— Мама.

Лиам легко поцеловал её в щёку и смущённо улыбнулся.

— Брат.

Стоявший рядом молодой человек тоже добавил несколько слов:

— Рад, что вы благополучно вернулись.

Лиам Мур был точной копией отца, тогда как молодой человек, по всей видимости, пошёл в мать. Светлые волосы и светло-зелёные глаза придавали его облику удивительную свежесть, а в отличие от Лиама Мура он, кажется, обладал вполне хорошей общительностью.

— Тео.

Значит, его звали Тео. Следовало признать, что в этой семье умели красиво подбирать имена.

— …Отец.

Лиам на мгновение перевёл взгляд на Артура Мура. Тот слегка нахмурился, внимательно посмотрел на сына, а затем со вздохом коротко его обнял.

— Сын мой.

— Да.

— Твой отец мечтает умереть естественной смертью.

— …Да.

— Прошу тебя, очень прошу, не заставляй меня однажды свалиться с сердечным приступом из-за очередных новостей о тебе.

Лиам несколько раз подряд послушно кивнул.

Пока трогательная семейная встреча подходила к концу, я всё ещё сидела в карете, затаив дыхание, поскольку мне казалось, что, если я выйду прямо сейчас, атмосфера станет по-настоящему странной.

Однако проницательность Лиама Мура явно имела собственные корни, потому что острые светло-зелёные глаза Артура Мура вскоре направились прямо на карету, в которой я пряталась.

— Когда ты собираешься представить свою спутницу?

— Ох, вот как.

Лиам Мур широкими шагами подошёл к карете и распахнул дверь.

Внезапно оказавшись под взглядами всех членов его семьи, я растерянно повела глазами по сторонам.

«Или мне только кажется, что у меня покраснели уши?»

Младший брат Лиама, похоже, был потрясён тем, что его брат, вернувшийся домой после долгого отсутствия, привёз с собой женщину, поэтому смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Супруги Мур, напротив, с каким-то тёплым удовлетворением переводили взгляды с меня на Лиама и обратно…

— Джейн.

Заметив, что мой взгляд дрожит, словно при землетрясении, Лиам тихо рассмеялся и протянул мне руку.

«Мне действительно нужно её взять?»

— Ес… если я сейчас не выйду, меня сочтут странной женщиной, да?

— Я скажу, что ты просто очень застенчивая.

— …

Сдерживая готовые выступить слёзы, я всё же вышла из кареты. Когда я слегка склонила голову, Лиам заговорил вместо меня.

— …Это моя помощница. Она оказалась втянута в нынешнее дело и, хм, сильно пострадала.

Я?

Да я сейчас выглядела совершенно здоровой. Следовало хотя бы заранее обмотать голову бинтом, потому что его объяснение звучало совсем неубедительно. Душевно я, конечно, немного пострадала, но снаружи это никак не проявлялось.

— Поэтому она приехала вместе со мной, чтобы восстановиться. Тем более что комнат у нас много.

— Значит, это и есть та самая барышня, о которой ты писал в письме, — произнёс Артур Мур.

Чёрт.

Почему мне уже становилось страшно даже представить, что именно Лиам Мур написал в том письме?

Я осторожно открыла рот.

— …Джейн Осмонд.