Видимо, в ответ на его шёпот моё лицо приобрело настолько странное выражение, будто я сама не понимала, смеяться мне или плакать, что Лиам, медленно подняв голову, невольно усмехнулся.

— Я ведь вернулся к тебе.

Он произнёс это мягко, словно успокаивал ребёнка, и свободной рукой нежно коснулся моей щеки.

— А тот… монстр…

— Мёртв. Пришлось, конечно, немного повозиться.

«И как же ты его убил? Это тоже как-то связано с твоим секретом?»

Мне отчаянно хотелось задать эти вопросы, но мужчина, словно прочитав мои мысли, лишь мягко улыбнулся. И, глядя на эту улыбку, я вдруг поняла, что всё это уже не имеет прежнего значения. 

Пусть это будет его секретом. Раз уж он так отчаянно хочет скрыть от меня правду, я сделаю вид, будто ничего не замечаю.

Я уже давно поняла, что с этим миром что-то не так. Я смутно догадывалась, что это не тот Лондон и не тот девятнадцатый век, о которых я читала в учебниках истории. 

И даже когда монстр из страшных сказок вылез в реальный мир, я восприняла это лишь как очередное подтверждение того, что всё наконец началось. 

Мой разум ещё пытался отрицать очевидное, но инстинкты, похоже, давно всё знали.

«Это реальность, Джейн Осмонд. Всё это происходит на самом деле».

Чёрные волосы мужчины, слегка припорошенные пылью, прилипли ко лбу. В его глазах, обрамлённых густыми ресницами, отражалась только я. 

Он смотрел на меня, а я смотрела в его светло-сиреневые глаза, и в следующую секунду сама же застыла от этой странной мысли.

Светло-сиреневые?

Я обеими руками схватила его за щёки и потянула к себе. Лиам издал какой-то нелепый звук, но сейчас это было неважно, потому что с его глазами явно происходило что-то странное.

— Твои глаза…

Но, видимо, мне просто показалось. Цвет его глаз был в точности таким же, каким я его помнила: цвет лондонского неба, затянутого тяжёлыми дождевыми облаками. 

Этот мрачный, но в то же время тёплый оттенок смотрел на меня с нежной улыбкой, и почему-то сейчас казался невероятно живым. Возможно, именно в этот момент я даже нашла его красивым.

Лиам Мур приоткрыл губы.

— Джейн.

И в этот момент мир вокруг нас начал рушиться.

Пространство словно таяло, а пейзаж вокруг менялся так, будто падал занавес и пустел театр после окончания долгого спектакля. Всё произошедшее казалось безумным, мимолётным сном, который ещё держался за край сознания, но уже рассыпался на глазах.

Пелена, скрывавшая этот мир, давно спала, и сквозь осыпающиеся осколки иллюзии проступили знакомые очертания роскошного вагона поезда. 

Дорогие обои и деревянные панели не имели ни единой царапины. Огромная дыра, пробитая щупальцем монстра, исчезла без следа, а в вагоне, как ни в чём не бывало, горел мягкий, приглушённый свет. 

Конечно, именно так всё и должно было выглядеть, но от этого необъяснимый диссонанс ощущался только сильнее.

Что же тогда я видела?

Окна были целы. Все разрушения, причинённые монстром, остались там, в том искажённом пространстве. В поезде стояла тишина, но она больше не казалась мёртвой, потому что была наполнена пульсирующей жизнью, и я отчётливо ощущала присутствие людей вокруг.

«А, мы вернулись».

Только теперь до меня по-настоящему дошло, что мир снова стал прежним. Всё случившееся оказалось для меня сюрреалистичным, почти непостижимым опытом, а чувство реальности оставалось настолько зыбким, словно я только что проснулась от жуткого кошмара и всё ещё не могла понять, действительно ли это произошло или было всего лишь галлюцинацией.

Но мужчина, всё ещё крепко обнимавший меня, по-прежнему был в потрёпанной одежде, и именно это помогло мне уцепиться за реальность. 

Осознание того, что рядом есть хотя бы один человек, переживший то же самое, что и ты, иногда приносит огромное облегчение.

Внезапно появившаяся из ниоткуда толпа людей, проходящих по коридору, привлекла внимание остальных. Пассажиры, находившиеся в своих купе, начали с любопытством выглядывать наружу, а некоторые, заметив нас, испуганно вскрикивали.

Я понятия не имела, как урегулировать эту хаотичную ситуацию. Пока я в оцепенении разглядывала полностью преобразившийся и вернувшийся в норму вагон, Лиам положил руку мне на плечо, крепко сжал его, а затем отпустил.

— Всё хорошо.

Его низкий голос прозвучал тихо и успокаивающе.

После этого он отстранился от меня и выпрямился. Сейчас он выглядел совершенно иначе, чем минуту назад. 

Когда я увидела его в том искажённом пространстве, он был настолько напряжён и взвинчен, что казалось, будто он готов убить любого, кто встанет у него на пути. 

А теперь острая, угрожающая аура, окружавшая его, постепенно рассеялась, уступив место привычному спокойствию. Какое-то время мне казалось, что передо мной стоит совершенно незнакомый человек, но теперь он снова стал прежним Лиамом Муром. 

Наверное, я просто никогда раньше не видела его настолько напряжённым, и именно поэтому он показался мне чужим.

Глядя на его растрёпанный вид, я протянула руку и аккуратно поправила ему волосы. Что ж, с кем не бывает. Если бы человек встретил такого монстра и при этом остался в полном здравом уме, он вряд ли был бы обычным человеком, скорее уж каким-нибудь Ван Хельсингом.

Теперь меня волновало только одно: что именно послужило причиной того искажения пространства, в которое мы попали.

Вскоре к нам подошёл Хершель, который тоже успел привести себя в порядок. 

Он несколько раз покрутил плечами, словно разминая их, но, похоже, обошлось без переломов и растяжений. Затем он провёл рукой по волосам, пригладив их сначала слева, потом справа, а после резким движением стряхнул с пальто остатки стеклянной пыли. 

Его движения были плавными и грациозными, словно он играл на пианино.

Но, несмотря на всю свою элегантность, выглядел он не намного лучше нас. 

Его пальто пестрело мелкими дырками и порезами, а на крупном, выразительном носу красовалась свежая царапина от осколка стекла. 

На щеке тоже виднелась тонкая красная полоска, но, учитывая, что его швырнул об пол гигантский монстр, я даже не знала, считать ли эти раны серьёзными или пустяковыми.

Осколки стекла, усыпавшие пол, на мгновение блеснули в свете ламп и растворились в воздухе. Я несколько раз удивлённо моргнула, не сразу поверив собственным глазам.

— Стекло только что… исчезло?

— Гм, похоже на то.

Его ответ прозвучал на удивление спокойно. Казалось, Лиама Мура это совершенно не удивляет.

— Ого. У тебя такое лицо, будто ты этого и ожидал.

Лиам лишь пожал плечами.

— Раз уж разбитые окна вернулись в исходное состояние, то нет ничего странного в том, что осколки тоже исчезли.

Его лицо было настолько невозмутимым и уверенным, что я невольно согласилась: «А ведь и правда». Почему-то даже самая абсурдная чушь из его уст всегда звучала на редкость убедительно.

— Стекло-то, может, и исчезло, но…

Внезапно в наш разговор бесцеремонно вклинился чужой голос. Я увидела мужчину средних лет, который держал одну руку за спиной, а другой аккуратно поправлял воротник рубашки. 

Там, где его пальцы касались ткани, складки разглаживались сами собой, словно по волшебству.

— …Но, боюсь, пятна крови с вашей одежды никуда не денутся, мисс Джейн.

Хершель переводил взгляд с меня на Лиама и обратно. Я заметила, как его тёмно-синие глаза выразительно скользнули по моему плечу, а проследив за этим взглядом, наконец увидела, в каком ужасном состоянии находилась моя одежда.

Ах, ну да. Я ведь испачкалась, когда тащила на себе того пассажира. Видимо, кровотечение у него было действительно сильным, потому что половина моей блузки была насквозь пропитана кровью, из-за чего я выглядела как восставший мертвец. 

Зрелище было явно не для слабонервных, и теперь я понимала, почему люди в коридоре так испуганно кричали.

— Вам бы не помешало чем-нибудь прикрыться. Могу я предложить вам своё пальто? Боюсь, мистер Мур сейчас не в том положении, чтобы одолжить вам верхнюю одежду.

— Да, буду вам очень признательна, профессор.

Я не смогла сдержать лёгкой улыбки, видя, как быстро он перешёл на дружеский, почти отеческий тон. 

Ещё в «Садах старого рая» я заметила эту его черту, но никогда в жизни не встречала человека с таким невероятным уровнем общительности. 

Может, мне так кажется только потому, что я постоянно нахожусь в компании социопата Лиама Мура?

Если бы Хершель мог поделиться с Лиамом хотя бы половиной своей коммуникабельности, Лиама бы не вышвыривали с каждого второго места преступления. 

Да и прозвище «Ублюдок Мур» к нему бы вряд ли приклеилось. Хотя, надо признать, когда его называли этим прозвищем, Лиам имел дурную привычку отвечать собачьим лаем, доводя полицейских до белого каления. Ужасная привычка, если уж совсем честно.

Как бы то ни было, теперь у меня было чем прикрыться. Пальто Лиама, скорее всего, превратилось в лохмотья и валялось где-то в другом измерении. 

Я с благодарностью приняла пальто Хершеля и укуталась в него. Оно было великовато и тяжеловато, но носить его всё же было можно.

В этот момент я поймала на себе взгляд Лиама Мура, который всё это время тихо стоял рядом. Его глаза, обычно такие острые, сейчас приобрели мягкое, округлое выражение. Он одними губами спросил:

«Что такое?»

И вдруг в голове мелькнула совершенно неожиданная мысль, которая сама собой сорвалась с языка.

— …А он довольно милый, если так посмотреть…

Лиам заметно растерялся.

— Что?

— Нет, ничего.

Я услышала тихий смешок Хершеля и с запоздалым ужасом осознала, что, кажется, только что ляпнула это вслух, да ещё и при посторонних.

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

Однако меня всё равно не покидало странное чувство, словно я что-то упустила. Что-то важное, о чём нельзя было забывать.

Точно, соседний вагон.

Я повернула голову к закрытой двери и только тогда вспомнила, что мы так и не проверили, живы ли остальные. Люди, оставшиеся там, наверняка трясутся от страха, не понимая, что происходит.

Я высвободилась из объятий Лиама и направилась к двери. Судя по выражению его лица, Лиам Мур предпочёл бы ещё немного постоять в обнимку, но, к моему удивлению, молча последовал за мной.

Это напомнило мне те времена, когда я уговаривала своего шестилетнего младшего брата пойти домой. Говорю же, иногда он бывает очень даже покладистым.

Эта покладистость никуда не исчезла даже тогда, когда мы подошли к двери. Из-за неё доносились приглушённые, испуганные голоса людей, которые не могли понять, почему обстановка в вагоне так резко изменилась.

Когда я открыла дверь, на нас уставились десятки пар глаз. Все они выглядели так, словно только что увидели привидение. 

Среди них я узнала Пассажира 1, который дважды пытался меня пристрелить, и того самого мужчину, которого я, рискуя собственной жизнью, вытащила из лап монстра.

Облегчение оказалось таким сильным, что на мгновение перехватило дыхание. Все живы. Если честно, я очень боялась, что последствия той пространственной аномалии могут затронуть и их, но, к счастью, они выглядели вполне невредимыми.

Люди были напуганы и дезориентированы. Они окружили меня и начали наперебой задавать вопросы о том «монстре», а я постаралась ответить как можно спокойнее:

— Всё в порядке. Оно исчезло. Теперь вы можете спокойно возвращаться в свои купе.