Бэк Ёрин не могла ошибиться. Человек, стоявший на лестничной площадке, был ее старшим братом Бэк Пё, бесследно сгинувшим десять лет назад.

«Почему сейчас? Откуда ты взялся?!»

— Ха! Брат?! — радостно оскалился Но Ён Чхан, почуяв идеальный повод. — Какая прелесть! Так вы, значит, тайком подослали подкрепление и напали на моих людей исподтишка?!

Слова Бэк Ёрин разрушили все. Она так отчаянно пыталась избежать бойни, но одна оговорка перечеркнула все труды.

«Проклятье!»

Десять лет от него не было ни слуху ни духу, и вот он явился — чтобы окончательно втоптать клан в пропасть!

— Прекрасно! Вы сами развязали войну! — взревел Но Ён Чхан. — Эй, парни!..

Скрип, скрип.

Деревянные ступени жалобно застонали под ленивыми шагами.

— «Парни», говоришь? Ну-ну.

Вслед за Бэк Пё на второй этаж неторопливо поднялся молодой парень в простом желтом одеянии.

Внизу стояла гробовая тишина. Все полсотни бандитов Павильона Писаний лежали вповалку, переломанные и стонущие.

Немой шок парализовал Но Ён Чхана.

Бэк Ёрин и старейшины Поместья Бэк застыли с открытыми ртами.

Бац!

— Ах ты ж баран безмозглый! Вечно ты в дерьмо на ровном месте вляпаешься! — Чжинму от души отвесил Бэк Пё увесистый подзатыльник.

— За что опять-то?! — взвыл Бэк Пё, потирая макушку.

— Сам не знаешь?! Я всего лишь хотел поесть по-человечески, а ты какого хрена драку устроил?!

— Отойдите, благодетель, не мешайте!

— Ты на кого пасть раззявил, щенок? Совсем жить надоело?! — Чжинму замахнулся снова, и Бэк Пё инстинктивно втянул голову в плечи, хотя глаза его все еще пылали бешеным огнем.

Они препирались так буднично, словно вокруг не стояли десятки вооруженных до зубов бойцов.

— О, а здесь полно знакомых рож, — Чжинму вышел вперед, окинув бандитов Павильона Писаний веселым взглядом.

Услышав, как женщина назвала Бэк Пё братом, он мгновенно сложил два и два. Вот, значит, как выглядит это пресловутое Поместье Бэк.

— Вы чего стоите? Драться будете, нет? — небрежно поинтересовался Чжинму.

Его тон вывел бандитов из оцепенения. Для Чжинму это было естественное обращение древнего владыки к мелкой сошке, но для присутствующих он выглядел сопливым юнцом, посмевшим дерзить матерым волкам.

— Ах ты щенок сопливый!..

Стоявший за спиной Но Ён Чхана громила шагнул вперед, метнув кулак в лицо наглецу.

Хлоп.

Чжинму даже не моргнул. Перехватив запястье нападавшего, он легким, едва заметным движением вывернул его руку.

Хрясь! Бум!

Мужчина описал в воздухе дугу и с грохотом впечатался в дощатый пол, проломив настил.

— Нетерпеливый какой.

Движение выглядело обманчиво простым, но присутствующие мастера похолодели.

Упавшим был Го Хаксон — пятый по силе боец Павильона Писаний, мастер ступени Проявления Ци. И его уложили одним ленивым щелчком!

— У меня сегодня на редкость благодушное настроение, — улыбнулся Чжинму. — Так что валите-ка отсюда по-доброму. Считайте это щедрым подарком судьбы.

— Ах ты тварь...

Хрясь!

Начальник внутреннего зала Мун Чху даже не успел договорить. Его голова мотнулась назад с мерзким хрустом, и он рухнул навзничь, заливая пол кровью. Никто даже не разглядел движения руки Чжинму — он лишь слегка взмахнул ладонью, словно отгонял назойливую муху.

— Доброе слово и кошке приятно, как говаривали древние мудрецы. Ну? Кто еще хочет высказаться?

Улыбка не сходила с лица Чжинму.

В головах бандитов и праведников забилась одна-единственная паническая мысль:

«Монстр. Непостижимый монстр!»

Для Поместья Бэк это было спасением свыше. Для Павильона Писаний — смертным приговором.

Но Ён Чхан сглотнул горькую слюну. Победа, казавшаяся столь близкой, ускользала сквозь пальцы.

— К-кто вы такой, почтенный? — голос главы бандитов внезапно стал непривычно вежливым.

В Муриме, особенно в Сапа, возраст не имел значения. Сила — единственный закон. Если сопляк способен убить тебя мановением пальца, ты обязан называть его дедушкой.

— Я? Хёк... Да так, просто гость, — едва не сболтнул лишнего Чжинму.

«Гость? Значит, вмешиваться не обязан!» — мелькнула у Но Ён Чхана спасительная мысль.

— Господин, с кем бы вы ни пришли, это внутренняя вражда двух фракций Гуйлиня! И первыми напали люди Поместья Бэк!..

Чжинму скучающе зевнул:

— И что?

— Что?..

— Я спрашиваю: и что с того? Хотите драться — вперед. Мне без разницы. Я вообще-то хотел вас пожалеть, но если так зудит сдохнуть — могу оторвать вам головы прямо сейчас. Работенка не пыльная, займет пару минут.

Он говорил об убийстве десятков людей с такой пугающей легкостью, что у бандитов мороз продрал по коже.

И все понимали: он не шутит.

Чжинму не имел ничего против Сапа, скорее наоборот — питал к ним определенную слабость. Но тупость он ненавидел.

— Ну так что? Будем драться?

Вдруг взгляд Чжинму скользнул по рядам бандитов и замер.

Давление, которое он лениво выпускал в пространство, заставляло даже Но Ён Чхана скрежетать зубами от удушья.

Но один человек в толпе стоял совершенно спокойно.

Молодой воин, неприметно державшийся за спинами лидеров, мягко рассеивал накатывающую волну чужой духовной силы, оставаясь абсолютно невредимым.

«Ого? А этот сопляк неплох...» — прищурился Чжинму.

— М-мы уходим! — истошно завопил Но Ён Чхан, чувствуя, как его колени подгибаются под невидимым прессом.

Тяжесть мгновенно спала. Бандиты судорожно хватали ртами воздух, словно вынырнули из ледяной пучины.

— Вот и умница. Жить захочешь — не так раскорячишься, — Чжинму вальяжно опустился на свободный стул. — Слышь, а как тебя зовут?

— Кха-кха... Я — глава Павильона Писаний, Но Ён...

— Да не ты, пень трухлявый.

— А?

Чжинму ткнул пальцем мимо него. Все взгляды скрестились на неприметном бойце в глубине строя.

— А-а, этот господин... то есть этот боец — наш... — залепетал Но Ён Чхан, но осекся.

«Этот господин»? Глава целой банды чуть не назвал рядового бойца господином?

— Я не тебя спрашивал, — оборвал его Чжинму.

Но Ён Чхан заскрежетал зубами от унижения на глазах у врагов, но промолчал.

Юноша, на которого указал Чжинму, шагнул вперед и с безупречной вежливостью поклонился:

— Мое имя — Мин Ин Гём.

«Мин Ин Гём?..»

Чжинму нахмурился. Имя было незнакомым. Но техника, которой тот рассеивал давление... Она была до боли знакомой. Неужели?..

— Господин, с вашего позволения, мы удалимся! — взмолился Но Ён Чхан.

Чжинму выбросил лишние мысли из головы и махнул рукой:

— Проваливайте.

— Премного благодарны!

Бандиты Павильона Писаний подхватили раненых и бросились вон из трактира так быстро, будто за ними гнались демоны преисподней.

Когда топот затих, Бэк Ёрин и старейшины Поместья Бэк опустились на колени перед Чжинму:

— Благодетель! Мы вовек не забудем вашего благородного поступка!

Чжинму озадаченно почесал затылок. «Да я вроде и не собирался никому помогать...»

Впрочем, его позабавило другое: родная сестра даже не взглянула на брата, вернувшегося спустя десять лет, а сразу кинулась благодарить чужака. Вот они, праведники — приличия превыше крови!

— Ладно, бывайте, — Чжинму поднялся со стула.

— Простите?.. — растерялась Бэк Ёрин.

— Чего уставились? Мое дело сделано. Я просто вернул блудного барана в родное стойло. Даже крюк немалый сделал ради этого.

Только сейчас Бэк Ёрин внимательно посмотрела на брата.

«Неужели?..»

Брат, бросивший клан на произвол судьбы, вернулся не один — он привел с собой невероятного, богоподобного мастера!

Если этот юноша уйдет, Павильон Писаний оправится от шока и сотрет Поместье Бэк с лица земли. Терять такого защитника было нельзя ни в коем случае!

— Благодетель! — взмолилась Бэк Ёрин, позабыв о гордости. — Умоляю, позвольте нам отблагодарить вас! Прошу, почтите наше скромное поместье своим визитом!

— Неохота, — отрезал Чжинму.

Бэк Ёрин поперхнулась заготовленными речами. Она не знала, что сказать.

В этот момент вперед выступил Бэк Пё:

— Пойдемте, благодетель. Пора обедать.

— Чего?

— Я лично зажарю для вас самое лучшее мясо, — в глазах Бэк Пё вспыхнул зловещий мясницкий азарт. — Использую все свое мастерство.

Чжинму сглотнул слюну.

Мясо Бэк Пё... Это было искушение, против которого даже железная воля бывшего владыки Сапа давала сбой.

— Куда идти? К тебе домой?

— Да.

— Ну, веди.

Бэк Ёрин и старейшины застыли в полнейшем ступоре.

Великий мастер, пренебрегший мольбами целого клана, покорно поплелся следом за сумасшедшим мясником... просто ради куска жареного мяса?!