Павильон Драконов и Фениксов постепенно утверждался в роли военной академии и главного учебного заведения для воспитания молодых мастеров.

Ровно через двадцать пять дней после начала занятий в его стенах раздались радостные возгласы:

— Ха-ха-ха, добро пожаловать!

Глава павильона Тын Ё Пхён, великий военный советник Чжугэ Хёп Чжин и старшие наставники каждого класса собрались вместе, чтобы встретить долгожданного гостя.

— А вы, я погляжу, прямо-таки расцвели, — усмехнулся вошедший старец.

— Неужто? — широко улыбнулся Тын Ё Пхён, приглашая его за стол.

— Слышал, дела быстро пошли на лад?

— Да. Среди учеников уже появилось немало выдающихся дарований.

— Пришлось вам нелегко.

— Все это заслуга наших наставников. Их рвение и преданность делу превосходят любые ожидания!

Тын Ё Пхён с готовностью переадресовал похвалу учителям, заставив тех гордо расправить плечи.

— Что ж, значит, настало время для испытания класса Ыль?

— Да, все уже заждались.

Прибывшим гостем был не кто иной, как сам Бесследный Нищий Ян Собан.

— Подготовка завершена?

— Возникли кое-какие сложности, но после череды разносторонних проверок мы разделили всех воспитанников класса Ыль на восемь отрядов.

— Славно потрудились. Задача стояла непростая.

— Все благодаря мудрому плану великого военного советника, — Тын Ё Пхён взглянул на Чжугэ Хёп Чжина, и тот с вежливой улыбкой склонил голову.

— Вы уже определили места, куда отправятся ученики?

— Из-за этого я и задержался.

Ян Собан взял у сопровождавшего его помощника карту и развернул ее на столе.

— Всего восемь точек, требующих тщательной проверки.

— Значит, именно эти места связаны с тайной организацией «Дворец»? — нахмурился Тын Ё Пхён, уже наслышанный о загадочной фракции. — Это может быть опасно.

— Поэтому к каждому отряду мы приставим по одному наставнику из класса Ыль и по паре элитных разведчиков из тайной службы союза. Заодно они смогут оценить действия воспитанников в полевых условиях.

Восемь наставников класса Ыль являлись признанными мастерами ступени Воли Ци, а тайная служба союза подчинялась лично Ян Собану и вела слежку за коалицией Сапэчхон и Демоническим Культом. Их опыта и боевой мощи было более чем достаточно.

— Этого вполне хватит.

— Верно. Разбившись на восемь отрядов, молодые воины будут выполнять поставленные задачи, а мы оценим их лидерские качества, гибкость ума, хладнокровие в непредвиденных ситуациях и потенциал развития.

— И лучший ученик из каждого отряда войдет в состав элитного класса Кап?

— Именно. Ради этого Павильон Драконов и Фениксов и создавался, — подтвердил Ян Собан, и Тын Ё Пхён понимающе кивнул.

Хотя в подчинении Союза Справедливости числилось шесть боевых подразделений, все они неизбежно плясали под дудку Девяти Великих Орденов, Пяти Великих Кланов и влиятельных фракций помельче. Единого железного кулака, безоговорочно преданного главе союза, у них не было — командирами отрядов служили старейшины союза, у каждого из которых имелись собственные интересы.

Из-за этого фракция Праведности не раз терпела досадные поражения в стычках с Сапэчхоном и Ирвольмагё.

Павильон Драконов и Фениксов задумывался для преодоления этой слабости. На поверхности он выглядел как обычная академия боевых искусств для талантливой молодежи. Однако истинная цель крылась глубже: отобрать восьмерых абсолютных лидеров в класс Кап и вырастить из них элиту, которая возглавит новые силы Праведности.

Восьмерка лучших должна была стать будущими командирами, верными исключительно Главе союза Чхоль Чжи Ряну. Именно поэтому на должность главы павильона назначили нейтрального Тын Ё Пхэна, не связанного узами ни с одним кланом, а в саму академию набирали учеников второго поколения, младших сыновей влиятельных семейств, лишенных права наследования, и выходцев из малоизвестных школ.

План разработал Чжугэ Хёп Чжин при поддержке Чхоль Чжи Ряна и Ян Собана.

— Благодаря этому испытанию мы не только сформируем костяк Павильона Драконов и Фениксов, но и продвинемся в расследовании дел загадочного «Дворца», — подытожил Тын Ё Пхён.

— На то и расчет.

— Когда планируете начать?

— К чему тянуть? Коли замысел созрел, нужно действовать немедленно. Соберите воспитанников класса Ыль на Большом плацу прямо сейчас.

— Сию минуту?

— А чего высиживать?

Ян Собан никогда не терпел промедления.

— Хорошо, да будет так, — усмехнулся Тын Ё Пхён и повернулся к главному инструктору класса Ыль, мастеру Меча Десяти Тысяч Цветов Бэк Чхонсону: — Начинайте.

— Слушаюсь, глава павильона!

Занятия класса Ыль тут же прервали, и над академией пронесся приказ всем ученикам явиться на плац.

— Что стряслось?

— Внеплановая проверка?

— Опять? Нас же только вчера гоняли!

Озадаченные ученики, перешептываясь, поспешили на зов. Когда все выстроились ровными рядами, перед строем появились глава павильона Тын Ё Пхён и легендарный старейшина Кэбана Ян Собан.

— Я — Ян Собан, — негромко произнес нищий старец.

Плац взорвался ликующими криками. Многие молодые бойцы слышали о нем с малых лет, но видели вживую впервые. Один из семи сильнейших мастеров Праведности предстал перед ними собственной персоной.

— Думаю, вы уже догадались, зачем я здесь.

Воспитанники разом сглотнули, глядя на него с благоговением и решимостью. Ян Собан кивнул, и вперед шагнул Бэк Чхонсон со свитком в руках.

— Называю имена! Те, кого выкликнут, подходят к назначенному наставнику. Хён Сон из Хуашань!

— Здесь!

— Первый отряд! Наставник — Небесный Меч Ё Оксан. Следующий — Гви Чхиль из секты Ушань!..

Один за другим ученики распределялись по группам. Когда половина списка осталась позади, Бэк Чхонсон выкрикнул:

— Чхон Сан из секты Удан!

— Здесь!

— Седьмой отряд. Наставник — Беззаботный Мечник Дам Пхёнъик.

Чжугэ Саньсан попала в пятый отряд. Имя Чхон У все никак не звучало.

— Тан Учжин из поместья Сокмун!

— Здесь!

— Восьмой отряд. На этом все!

Бэк Чхонсон свернул свиток и отступил назад. На плацу сиротливо остался стоять лишь один человек.

— Э-э... простите, а меня? Вы про меня забыли! — подал голос грузный послушник.

Строй прыснул со смеху, а инструкторы недовольно поморщились.

— Разве это не... — прищурился Ян Собан, вспомнив круглолицего увальня, сопровождавшего Чжинму.

— С ним вышла заминка, — с неловкой улыбкой пояснил Тын Ё Пхён.

— Какая еще заминка?

— В боевых искусствах парень входит в десятку лучших во всем классе Ыль... Но вот по остальным предметам он с треском провалился.

— Хм-м.

Ян Собан задумчиво оглядел послушника. В памяти всплыл Чжинму, который после поединка со Святым Меча сразу отправился странствовать по свету.

«Вот же паршивец. В драке со мной и вполсилы не выложился, а перед Чхоль Чжи Ряном показал все, на что способен».

Усмехнувшись этим мыслям, старец сказал:

— Какая разница, что там с теорией? Включите его в списки. Если и в полевом испытании окажется бесполезен — тогда и отсеете.

— Что ж, решено.

Тын Ё Пхён шепнул пару слов Бэк Чхонсону, и тот, скривившись, объявил:

— Чхон У из секты Удан!

— Здесь!

— Седьмой отряд. В строй!

Не чуя под собой ног от радости, Чхон У засеменил в хвост седьмого отряда.

— С этого мгновения испытание класса Ыль считается открытым! — пророкотал над плацем голос Тын Ё Пхэна. — Восемь отрядов разойдутся во все концы Чжунъюаня! Выход назначен на завтра, на рассвете, в час Кролика! Тот, кто покажет наивысший результат в своем отряде, будет зачислен в класс Кап! Покажите все, на что способны!

— Слушаемся! — грянул дружный рев десятков глоток.

Испытание началось.

— Гляжу на этих ребят, и на душе теплеет. Крепкая смена растет, — улыбнулся Ян Собан, наблюдая за расходящимся строем.

— А вы что намерены делать? Не желаете отдохнуть пару дней?

— Мне ли рассиживаться на месте? Пойду проверю кое-какие следы. Нельзя пускать такое дело на самотек.

— Выступаете прямо сейчас?

— Немедля. Глядишь, по дороге еще и одного несносного мальчишку повстречаю.

— Мальчишку?

— Да так, есть тут один на примете, — загадочно усмехнулся нищий старец.

На самом деле он собирался дать поручение нищим Кэбана разыскать следы Чжинму.

«Погоди у меня, негодник. Даже не попрощался со старшим, взял и сбежал...»

— Эй!

— Чего надо?

На окрик Чжинму рослый крепыш с хищным блеском в глазах оторвался от методичного избиения здоровенных детин, разложенных по земле.

— Ты сейчас про себя меня обматерил, да?

— Я?!

— Мне прямо послышалось, как ты буркнул: «Вот же старый хрен»!

— Да упаси Небо, ничего подобного! — замотал головой Бэк Пё.

— Врать мне вздумал? Совсем берега попутал, стоило пару раз похвалить твою стряпню?!

Чжинму решительно подошел и со всей дури отвесил ему звонкий подзатыльник.

Бац!

— За что вы меня бьете, благодетель?! Я же правду говорю!

«Огрызается еще? Страх потерял, щенок?»

Чжинму с искренним возмущением уставился на мясника.

Минул уже месяц с тех пор, как они покинули озеро Дунтинху. Передвигаясь то на лодках, то в наемной повозке, Чжинму и Бэк Пё добрались до уезда Синъань на северо-востоке провинции Гуанси — совсем неподалеку от Гуйлиня, где располагалось Поместье Бэк.

По пути они разгромили три разбойничьих логова и стерли в порошок два филиала Банды Черного Песка, которые посмели нарваться на неприятности.

Из-за этого среди криминального мира юго-западных провинций с пугающей скоростью разнеслась молва о двух чудовищах.

«Два Монстра Юго-Запада».

Позорнее прозвища Чжинму в жизни не слышал. Ладно этот кровожадный мясник, но величать даосского послушника Удана «монстром»?! Да еще и связывать их в одну пару?!

Они должны были зваться «Небесный Воитель и его шелудивый пес», ну или хотя бы «Рыцарь Праведности и его слуга»! А тут — «Два Монстра»!

Впрочем, из-за дурной славы нападения на них участились. Те туши, что сейчас стонали под ногами Бэк Пё, как раз принадлежали местным головорезам из Сапа.

В каждой такой стычке Бэк Пё исправно пользовался методом вытягивания ци. Теперь он ни капли не напоминал ходячий скелет: плечи раздались, мышцы налились силой, а взгляд стал тяжелым и пронзительным. Его техника клинка стала настолько смертоносной, что рассекала воздух без единого звука.

Беда заключалась в другом: вместе с телом изменился и его характер.

— Ты на кого зенки пялишь? Глаза в пол! Совсем страх потерял, на благодетеля с мечом бросаться вздумал?

— Да никогда в жизни!

— А рожа чего такая кривая?

Бэк Пё, чьи глаза до сих пор горели багровым светом жажды крови, под тяжелым взглядом Чжинму все же неохотно потупился.

«Вот же проклятый побочный эффект...»

Бывший мясник стал до неприличия дерзким. Он по-прежнему звал Чжинму «благодетелем» и беспрекословно исполнял приказы, но этот волчий, дикий взгляд действовал на нервы.

— Подумаешь, спросил... Вечно ему все не так... — едва слышно пробурчал себе под нос Бэк Пё.

Слова долетели до ушей Чжинму с пугающей четкостью.

— Ты чего там вякнул?!

Чжинму сжал кулак, и Бэк Пё с досадой пнул подвернувшийся камень, намертво стиснув зубы.

— Тьфу, да пропади оно все пропадом! — махнул рукой Чжинму, внезапно вспомнив вечно поучавших его Чжин Хо и Чжин Гуна. Кажется, теперь он начинал понимать их чувства. Впрочем, разница была очевидна: Чжинму внутри был восьмидесятилетним патриархом, а этот сопляк смел дерзить старшим!

«Ладно. Доведу до Поместья Бэк — и с концами. Таскать за собой этого наглеца — себе дороже».

Сколько раз за этот месяц Чжинму менял решение? С одной стороны, он привык держать слово, а с другой — даосская ци явно размягчала его темную натуру.

— Хватит сопли жевать! Собирай добычу и пошли.

— Слушаюсь, благодетель! — рявкнул Бэк Пё с нарочитой готовностью.

«Гляди-ка, издевается, собака... Всыпать бы тебе так, чтоб кости затрещали».

Чжинму глубоко вздохнул, мысленно прочитав даосское славословие во имя Великого Предела. Ничто так не успокаивало расшатанные нервы, как святые мантры секты Удан.

Пока Чжинму восстанавливал душевное равновесие, Бэк Пё принялся опустошать карманы побежденных бандитов, попутно вытягивая из них крохи энергии.

Звяк.

— Вот, держите, — Бэк Пё протянул Чжинму пять увесистых кошелей.

Вот за это его стоило ценить. Стоило пару раз показать пример, как он научился мародерствовать без лишних напоминаний.

— Неплохо. Вес приятный, — настроение Чжинму моментально улучшилось при виде звонкой монеты. — Раз деньги есть, пойдем поедим мяса.

— С удовольствием, благодетель, — лицо Бэк Пё озарилось счастливой улыбкой.

Его эмоциональные качели все еще давали о себе знать.

— Что выберем на сей раз? Тот волк на прошлой неделе был весьма недурен.

Улыбка Бэк Пё мгновенно сползла.

— Вы... вы серьезно? Опять прикажете разделывать тушу посреди леса?

— А в чем проблема?

— В чем проблема?! — вскипел мясник, яростно тыча пальцем в сторону огней ближайшего селения. — Да взгляните же туда! Вон там трактир, там постоялый двор, а вон там целый ресторан!

— И что?

— Деньги же есть! Неужели вам в голову не приходит нормальная человеческая мысль зайти в нормальное заведение и заказать себе роскошный обед?!

Чжинму на мгновение задумался, после чего глубокомысленно кивнул:

— Твоя правда. Про постоялые дворы я как-то позабыл.

Бэк Пё с облегчением выдохнул. «Слава Небу, дошло наконец. Даже великие мастера иногда забывают об элементарных вещах...»

Звяк.

Чжинму небрежно бросил ему в ладонь три мелкие медные монетки.

— Держи. Сходи купи вина. Самого лучшего. И себе бутылку возьми, сегодня я добрый.

Бэк Пё застыл с перекошенным лицом.

Этот скупердяй ни за что на свете не расстанется с серебром. Все отобранные у бандитов деньги он аккуратно, до последнего медяка, относил в местное отделение банка Донним. Настоящий скряга до мозга костей!

— Пошевеливайся, — беззаботно подгонял его Чжинму. — Ночью волки становятся злее, мясо будет только сочнее.

— Ах ты ж старый...

— Договаривай, договаривай. Только потом не жалуйся, когда зубы выплевывать будешь, — ласково улыбнулся Чжинму.

Проглотив проклятия, Бэк Пё развернулся и зашагал в сторону поселка за выпивкой.

В ту ночь в глухих лесах под Синъанем местной волчьей стае крупно не повезло.

Ш-ш-ш!

Тончайшие ломтики сырого мяса шипели на раскаленном плоском камне.

— Божественно! Просто тает во рту! — нахваливал Чжинму, уплетая кусок за куском.

Бэк Пё, орудуя ножом, молча резал мясо с такой яростью, будто нарезал на ремни самого Чжинму: «Чтоб тебе пусто было, старый скряга... Чтоб тебя черти в преисподней варили...»

— Ты опять меня мысленно проклинаешь?

— Да с чего вы взяли, благодетель?! — взвился Бэк Пё. — Хотите, вообще готовить перестану?!

«Точно материт. Вон как задергался», — подумал Чжинму, но решил простить строптивого спутника. Уж слишком невероятно вкусным получалось мясо благодаря технике Разрезающего Ветер Клинка.

— Жарь давай. Вино еще осталось.

Глядя на суетящегося над костром Бэк Пё, Чжинму с ностальгией подумал, как хорошо жилось наставнику Мён Чжину с таким послушным учеником, как он сам.

«Может, и не прогонять его после того, как разберемся с делами Поместья Бэк? Если бы еще язык ему укоротить — цены бы парню не было».

И под звон цикад, треск костра и аромат жареного мяса они продолжали свой путь к Гуйлиню.