— Старший брат Глава ордена, разве это не поистине прекрасная новость? Теперь мы наконец сможем немного перевести дух.

Мён Сон, осматривая разложенные Гым Чжок Саном серебряные слитки и оружие, не мог стереть с лица улыбку.

— Да, это так. Похоже, настало время для нашего Удана снова подняться.

— Все это благодаря вашим круглосуточным трудам, Глава ордена.

— Нет. Все это благодаря Чжин Хе, который думал о нашем ордене. Он сделал огромное дело.

Когда Мён Хён не поскупился на похвалу, старейшины с гордостью посмотрели на Чжин Хе.

— Чжин Хе.

— Да, Глава ордена.

— Вряд ли они пробудут здесь долго, но ты должен оказать им все возможные почести. Лично сопроводи главу гильдии.

— Слушаюсь.

Чжин Хе с почтением ответил Мён Хёну.

— Ха-ха, ну и дела. Похоже, Мён Гон отлично воспитал своего ученика.

— Еще бы. Кто бы мог подумать, что у него такая глубина мыслей.

— В последнее время до нас доходят только хорошие новости, старший брат Глава.

Каждый из старейшин наперебой хвалил Чжин Хе.

— И то правда. Услышав историю Чжинму, а теперь и о Чжин Хе... Похоже, над нашим Уданом наконец взойдет солнце.

— Конечно, конечно. Сегодня вы наконец сможете крепко уснуть.

Старейшины, прекрасно зная, сколько трудностей пришлось перенести Мён Хёну, утешали его.

— Что ж, тогда я пойду.

Когда Мён Гон встал, Мён Хён с улыбкой кивнул.

— Глава гильдии. Прошу прощения, что заставил вас ждать.

— Хо-хо, ну что вы. Благодаря освежающей атмосферой даосского храма мне кажется, что даже моя грудь очистилась.

Гым Чжок Сан мгновенно сменил выражение лица, обращаясь к Чжин Хе.

— Ну что ж, пойдемте?

— Да.

После того, как Чжин Хе и Гым Чжок Сан ушли, из-за стены, скрестив руки на груди, появился Чжинму, и на его губах заиграла улыбка.

Он как раз направлялся к дворцу Цзысяо, отправив Чхон У и Чхон Сана обратно в Чхунхоам.

Как раз в этот момент Гым Чжок Сан и И Чхи Сон разговаривали вдалеке, и, желая узнать, что это за люди, он скрыл свое присутствие и подошел ближе.

И что же? Ублюдок с козлиной бородкой. Как и ожидалось, он выглядел подлым.

Хотя, по правде говоря, его идея была достойна похвалы. Так называемые тайные взятки, или откаты. Это было то, что он обязательно должен был бы рекомендовать всем, чтобы однажды развратить Удан.

Но... «Этот парень с козлиной мордой смеет в открытую мочиться на территорию, которую я пометил?»

План по развращению Удана должен был осуществляться исключительно им самим. В этом заключалась его радость и цель второй жизни.

Но тут вдруг вмешался какой-то непредвиденный ублюдок и помогает там, где в помощи не нуждались.

И к тому же... «Сделать Чжин Хе Великим Учеником?»

Чжинму сильно нахмурился.

Великим Учеником должен стать он сам. Только так он сможет получить Искусство Разума Двух Начал, и только так он сможет без конфликта энергий втайне культивировать свое Искусство Хаоса Темного Дракона, чтобы вернуть былую силу. Заполучив эту силу, он планировал захватить Удан, чтобы использовать его как плацдарм для своего грандиозного плана по подчинению всего Союза Справедливости...

«А эти ничтожества осмеливаются мешать моим планам?»

Чжинму сделал холодное лицо и расцепил руки.

Ради своих планов я обязательно разрушу ваши заговоры в пух и прах. И особенно Чжин Хе.

«Этот ублюдок смеет соревноваться со мной? Посмотрим.»

Чжинму медленно последовал за ними в сторону дворца Ёнъын. Сначала нужна была информация. Зная себя и врага, победишь в ста битвах. Себя он уже прекрасно знал, теперь нужно было узнать врага.

— Итак, демонстрация идет хорошо?

— Да, наставник. — ответил Чжин Хе, бросив взгляд на Чжинму.

— А, мы встретились по пути. Чжинму сказал, что хочет посмотреть на демонстрацию учеников дворца Ёнъын?

— А, да... — Ему это было совершенно не по душе, но в присутствии наставника он не мог этого показать.

— Старший брат, давно не виделись. В последнее время мне не хватало времени из-за восстановления Пруда Снятия Мечей, поэтому я не мог вас навещать.

— Э-э. Да. — неохотно принял приветствие Чжин Хе.

«Занят восстановлением? Ах ты мелкий лжец.»

Все это время Чжин Хе тайно наблюдал за тем, чем занимались Чжинму и воины поколения Чхон у Пруда Снятия Мечей. Прошло уже больше полумесяца, а они лишь вбили несколько коновязей под предлогом ремонта, проводя большую часть дней за поеданием диких зверей.

— Чжинму, в последнее время... — Чжин Хе как раз собирался вскользь упомянуть о его проступках, чтобы Мён Гон услышал, как вдруг...

— Так это тот самый человек, который помог Удану? — незаметно миновав Чжин Хе, Чжинму уже направлялся к Гым Чжок Сану.

— Много о вас наслышан. Я младший брат сахёна Чжин Хе, Чжинму.

— А? О! Я Гым Чжок Сан. Вы тот самый человек, который был у Пруда Снятия Мечей днем. Выглядите таким юным, но уже являетесь учеником первого поколения — это впечатляет.

— Ха-ха, у вас невероятная наблюдательность. По натуре я стеснителен, поэтому не осмелился поприветствовать вас раньше.

— ...Да. — Для застенчивого человека у него было слишком много наглости.

— К счастью, я услышал, что вы придете, и заранее предупредил учеников поколения Чхон, иначе мы могли бы совершить большую оплошность.

— Да? Какую?

— Насчет мечей. — С яркой улыбкой на лице Чжинму указал пальцем на меч, висящий на поясе Гым Чжок Сана.

— А, э-это...

Даже с первого взгляда было видно, что он декоративный. Но перед лицом улыбающегося Чжинму Гым Чжок Сан не смог быстро подобрать слова. Значение Пруда Снятия Мечей было ему прекрасно известно.

— О, я не собираюсь вас упрекать. Я лишь хочу сказать, что к вам относятся как к такому почетному гостю, что даже не остановили, когда вы не сняли меч у Пруда Снятия Мечей.

— Прошу прощения. Это было мое упущение.

Как только Гым Чжок Сан извинился, Мён Гон с деланно строгим выражением лица остановил Чжинму.

— Охо, Чжинму. Хватит. Разве ты не видишь, что главе гильдии неловко?

Но с другой стороны, Мён Гон почувствовал гордость.

Пруд Снятия Мечей. Это место было гордостью Удана. Естественно, ни для кого не должно было быть исключений. Однако в последнее время об этом никто не упоминал. Если подумать, ослепленные его богатством, они даже не обратили внимания на то, что он с гордостью вошел во дворец Цзысяо с мечом на поясе.

«Хо-хо, неужели Глава ордена все-таки был прав? Хоть он и нарушает запрет на мясо, но этот ребенок напоминает о гордости Удана, о которой в последнее время никто не говорил».

Мён Гон в глубине души был доволен тем, что Чжинму напомнил об этом факте так, чтобы никого не обидеть.

— Кстати, я слышал, что сегодня будет продемонстрировано Построение Мечей Девяти Дворцов.

— Верно.

— Можно мне понаблюдать?

— Хм? Тебе?

— Да. Я никогда не видел Великое Построение Мечей Девяти Дворцов Удана в действии...

Когда Чжинму застенчиво покраснел, Мён Гон улыбнулся. В последнее время ожидания от таланта Чжинму значительно возросли. К тому же, недавняя история о том, как Чхон У победил Чхон Сана, лишь подогревала ожидания и любопытство Мён Гона.

— Хорошо, понял. Пусть будет так.

— Спасибо, сасук! — Чжинму так обрадовался, что его глаза заблестели, а Мён Гон стал еще более довольным.

— Чжин Хе. Начинайте.

— Да, наставник.

Когда Чжин Хе поклонился Мён Гону, Чжинму вмешался:

— Сахён, мои ожидания высоки.

— О, хорошо.

Чжин Хе в глубине души скрипнул зубами. Еще мгновение назад все внимание было приковано к нему. Но тут... «Этот проклятый ублюдок...»

Этот внезапно вмешавшийся тип отвлек внимание на себя. И это в его собственном дворе — во дворце Ёнъын.

Было слишком противно смотреть на то, как младший ученик, словно гость, стоит на возвышении рядом с его наставником Мён Гоном и Гым Чжок Саном, глядя на него сверху вниз.

— Развернуть Построение Мечей Девяти Дворцов!

Но сейчас главным была демонстрация. Наставник наблюдал за ним, поэтому не должно было быть ни единой ошибки.

Под громкий крик Чжин Хе присоединился к строю, и ученики второго поколения мгновенно сформировали построение.

— Открыть Построение!

Построение открылось, и двадцать учеников разделились на две группы, занимая разные позиции и разворачивая формацию мечей. Каждый из них взмахнул мечом по своей траектории, и разрозненные удары слились воедино.

— Какое интересное построение. — Чжинму с любопытством наблюдал за происходящим, а Мён Гон довольно улыбался.

— Есть на что посмотреть?

— Да. Но жаль, что не хватает концентрации.

— Жаль?

— Да.

— Почему тебе так показалось?

— Ну, я еще не изучал формации мечей, поэтому точно не знаю, но, когда разрозненные клинки собираются вместе, они должны мгновенно подавить врага, однако возникает ощущение, что здесь есть какой-то странный изъян.

— ...

Гым Чжок Сан выглядел озадаченным, не понимая, о чем идет речь, но глаза Мён Гона широко раскрылись от шока.

— П-продолжай.

— Мм, кажется, что они слишком фокусируются на одном. Будь я на их месте, я бы сбежал с той точки, где начинается левая сторона. Лучше бы замедлить мечи с той стороны, чтобы заманить врага, а затем добавить им остроты, чтобы... Все это слишком сложно. Похоже, мне нужно еще поучиться, чтобы разобраться.

Мён Гон мог лишь хлопать глазами, пораженный тем, как Чжинму точно указал на недостатки построения.

Слова Чжинму, анализирующие Построение Мечей Девяти Дворцов, указывали на саму суть «Построения Восьми Триграмм Девяти Дворцов», включающего в себя Восемь Врат.

— Ха! Ты действительно впервые видишь построение мечей?

— Да?

Чжинму сделал невинное лицо, словно не понимал даже самого слова "построение мечей".

— Прошу прощения. Я ничего не знаю и сказал лишнего...

Тоже мне, удивился. Развернули такое убогое построение Девяти Дворцов...

Его мысли были совершенно иными, но Чжинму неловко почесал затылок.

Глядя на него, Мён Гон не мог закрыть раскрывшийся от удивления рот.

«Неужели такое возможно. Он понял это, просто взглянув? Он не только знает, как разрушить формацию, но и думает о том, как ее улучшить?»

Он неоднократно слышал о его выдающемся таланте, но увидев все своими глазами, испытал неописуемое удивление.

— Простите, о чем это вы? На мой взгляд, это просто великолепно... — Гым Чжок Сан, оставшийся в стороне от их разговора, попытался вставить слово.

— О, простите. Я пригласил вас как гостя и совершил огромную грубость.

— Вовсе нет. Просто ваша беседа вызвала у меня любопытство...

Услышав слова Гым Чжок Сана, Мён Гон кивнул и с гордостью посмотрел на Чжинму.

— По правде говоря, этот ребенок не так давно начал изучать боевые искусства, но его таланты настолько выдающиеся, что наш орден возлагает на него большие надежды. Даже Глава ордена внимательно следит за ним.

Не было причин подробно объяснять чужаку о формации мечей, да и торговцу вряд ли бы это о чем-то сказало. Вместо того чтобы запутывать Гым Чжок Сана сложными объяснениями, Мён Гон осыпал похвалами Чжинму.

Однако у Гым Чжок Сана невольно возникли странные мысли.

«Что это значит? Глава Удана приглядывает за ним? Неужели Великим Учеником станет другой?»

Объектом его инвестиций был Чжин Хе. Он планировал разжечь его жадность и желание стать лидером Удана, а затем, когда тот станет Главой ордена, использовать его на все сто.

Но тут вдруг появился кто-то новый.

«Чжинму...»

В глазах Гым Чжок Сана глубоко отпечатался образ Чжинму, который выглядел таким наивным.

В то же время Чжинму не упустил того факта, что взгляд Гым Чжок Сана изменился.

«Хе-хе, ублюдок. Как бы вы ни ломали голову, вы все равно как Сунь Укун на ладони Будды. Ну что ж, мы уже знакомы, и я, кажется, произвел неплохое впечатление. Вопрос лишь в том, как подойти к нему в следующий раз...»

Чжинму скрыл свои истинные намерения и продолжил играть роль простофили, наблюдая за демонстрацией построения. Тем временем ничего не подозревающий Чжин Хе усердно руководил построением, чтобы произвести впечатление на Мён Гона и Гым Чжок Сана.