Расплатившись сполна с целителем (я не шучу я отдал ему состояние на десят лет вперед для обычной жизни) Я настроил навигатор и побрел обратно

Дорога на виллу заняла… вечность

Если быть точным, два часа сорок семь минут пешком. Или, в моём случае, два часа сорок семь минут унизительного, хромающего ковыляния по ночным улицам, которое я бы назвал «стратегической передислокацией с элементами тактического кряхтения».

Город в предрассветной дымке — это, конечно, та ещё поэзия для бедных. Только вместо вдохновения она приносила запах мокрого асфальта, остывшего мусора и моих собственных, весьма ощутимых проблем. Кровь на ботинках уже засохла. Свете фонарей уже не видно. А в голове крутилась одна-единственная, очень конструктивная мысль: «Надо было подготовится лучше, подумать трижды ».

Наконец, сквозь пелену боли, я увидел знакомые очертания тихого квартала. Место для тех, у кого денег уже больше, чем вкуса, но ещё не настолько много, чтобы нанимать личного мага для защиты газона от сорняков. Каменные заборы, форм каких, не видно нигде густая зелень, автоматические ворота. В общем, цивилизация.

Разумеется, я полез через стену.

Не потому что забыл код от ворот. А потому что это было дело принципа. И немного — дело лени, потому что обходить до калитки было лишних двести метров, а я за последние часы и так набегался на всю оставшуюся жизнь.

Рёбра с этим решением были категорически не согласны и выразили свой протест громким хрустом.

— Тихо блядь — прошипел я им вслух, повиснув на заборе в позе дохлого ленивца.

Приземление в хозяйские кусты роз получилось соответствующим. Не грациозным. Скорее, как мешок с картошкой, который скинули с небольшой высоты. Постоял секунду на четвереньках, переосмысляя все свои гениальные решения за последние сутки, потом с кряхтением выпрямился. Шипы, кстати, оставили на уцелевшей части куртки пару новых царапин. Иронично. Мой новый заклятый враг — куст роз.

Свет в гостиной горел.

Плохой знак. Очень. Плохой. Знак.

Без двадцати восемь утра. Горящий свет. Это означало только одно: Чейз не спал. А Чейз без сна — это отдельный вид стихийного бедствия, сравнимая с небольшим землетрясением, которое ещё и умеет задавать крайне неудобные вопросы. К такому я сейчас был категорически не готов.

Я потянул ручку. Не заперто.

Разумеется.

Гостиная встретила меня теплом, запахом свежесваренного кофе — крепкого, судя по аромату, — и Чейзом. Он сидел на диване, закинув ноги на столик, с телефоном в руках и таким выражением лица, будто последние два часа методично прокручивал в голове все самые худшие сценарии моего исчезновения и уже выбрал самый драматичный для некролога.

Он поднял взгляд. Его глаза впились в меня, как два бура.

Я закрыл за собой дверь. Мягко. Бесшумно. Как будто это могло что-то изменить.

Пауза. 1… 2… 3…

— Ты, — начал Чейз медленно, откладывая телефон. Голос был обманчиво спокойным, как затишье перед бурей. — Выглядишь так, будто подрался с бетономешалкой. И проиграл.

— Добрый вечер, — ответил я, проходя вглубь комнаты. — Или уже утро. Сложно сказать, когда теряешь счёт времени в увлекательной беседе.

— Элиас.

— Чейз.

— Не надо со мной играть в односложные ответы, я тебе не твой очередной спарринг-партнёр, которого ты укладываешь за три секунды.

Он уже стоял. Плавно, как хищник. Обошёл диван и встал прямо передо мной, скрестив руки на груди. Я прошёл мимо него к креслу, стараясь не хромать слишком заметно. Получилось, прямо скажем, так себе. У Чейза глаза как у ястреба и такая же манера мёртвой хваткой вцепляться в любую слабость.

— Споткнулся, — сказал я, прежде чем он успел открыть рот.

— А плечо тоже «споткнулось»? И маска, я смотрю, тоже неудачно «упала»? Прямо на что-то очень твёрдое и, вероятно, несколько раз подряд.

— Неудачное падение. С лестницы, с кем не бывает.

Он молча развернулся, взял с дивана подушку и швырнул в меня. Я поймал её автоматически левой рукой, рассмеялся и снял, практически полностью сломанную маску. 

Синие волосы вмиг стали чистейше белыми, а гласа вновь стали ярко золотыми. Моим лицом вновь можно было красоваться вечность

Чейз смотрел на меня ещё секунды три, потом резко выдохнул и отвернулся. Он прошёл к кухонной стойке, налил в кружку остаток остывшего кофе и поставил передо мной.

— Ладно. Проехали. — сказал он уже без прежнего напора. — Дориан наверху. Заснул в пять , как только пришли и до сих пор спит как убитый, я не ложился 

Именно в этот момент из-за угла лестницы материализовался и сам Дориан. В домашних штанах с каким-то нелепым принтом в виде ленивцев. В руках он держал огромный бутерброд. Увидел меня. Остановился. Перевёл взгляд на Чейза. Снова на меня. Его серые глаза бесстрастно оценили мой помятый вид.

— Живой, — констатировал он с тем же выражением лица, с каким комментируют погоду.

— Живой, — подтвердил я.

— Хорошо. — Он подошёл, сел в соседнее кресло и откусил от бутерброда. Прожевал. Подумал. Добавил: — Выглядишь, как мусорный бак после рок-фестиваля.

— И тебе доброе утро 

— Доброе. — Он снова откусил. — Лестница?

— Лестница, — кивнул я.

Чейз фыркнул.

— Очень интересная у тебя была лестница, Элиас. С сюрпризами.

— Завтракать будешь? — спросил Дориан, игнорируя Чейза. — Или продолжишь косплеить трагического героя, которому ничего не нужно потому что он питается пафосом?

Я посмотрел на Чейза. Потом на Дориана. Эти двое…

— Голодным вечность ходить буду, через месяц стану скелетом и прийду по души вам двоим. — Сказал я с сарказмом— Конечно буду идиоты. 

Через несколько часов мы сели в вокзал и вернулись домой 

Спойлер: следующие два месяца были скучными.

Нет, серьёзно. До тошноты. До зубного скрежета. Не в том смысле, что ничего не происходило. В том, что происходило ровно то, что должно было происходить по моему собственному, мать его, плану. Без единой лишней драмы, без внезапных нападений в тёмном переулке, без таинственных незнакомок, метающих в меня ножи. Что по меркам моей обычной жизни было подозрительно до неприличия.

Я даже ждал подвоха. Первые пару недель. Проверял тёмные углы, прислушивался к шагам за спиной. Ни-че-го. Тишина.

Подъём в шесть. Тренировка. Теория. Ещё одна тренировка, на этот раз с маной. Сон. Повторить.

«Аааа.. Черт.. если бы не мама я бы просто кайфовал все каникулы» 

Это было похоже на жизнь робота. Или очень целеустремлённого маньяка.

И это сводило меня с ума.

Фамильное поместье в Северной столице встретило меня своим обычным моросящим уже весенним дождём и гробовой тишиной и прислуга, вышколенная до такой степени, что обладала редчайшим навыком делать вид, что не замечает, когда молодой хозяин возвращается домой весь в синяках.

Я сразу же заперся в своей части дома и начал работать.

Первую неделю я в основном восстанавливался. Моё тело, эта предательская оболочка из мяса и костей, отказывалось работать в полную силу. Рубец на предплечье тянул при резких движениях, бедро ныло, а рёбра всё ещё помнили о своём недавнем приключении. Я адаптировался. Снизил нагрузку, изменил программу, сделал упор на гибкость и контроль.

Адаптация. Не жалобы. Принципиально разные вещи.

Тренировочная зона в поместье была моим личным раем и адом одновременно. Высокие потолки, укреплённые стены, набор манекенов, полоса препятствий. Утром — физика. Выносливость, скорость, реакция. После обеда — мана. Гонял её по контуру, сжимал, растягивал, формировал щиты. Вечером — теория.

О да. Теория.

Экзамен в академию включал в себя огромный письменный тест. История магических институтов. Теория пространственных манипуляций. Химия, физика, Основы боевого права. Продвинутая тактика. Я читал эти талмуды, и мне хотелось плакать. Или сжечь их. Особенно боевое право. Автор, судя по стилю, поставил перед собой амбициозную задачу: написать о битвах и смертельных заклинаниях максимально скучно. И, чёрт возьми, он блестяще с этим справился. 

Но я всё выучил. Потому что провалить экзамен из-за какой-то книжки — это было бы слишком унизительно.

С первым кругом маны я разобрался давно. Это как закончить начальную школу.

Второй круг — это уже совсем другой уровень. Дело было не в объёме, а в плотности и контроле. В том, как мана держится под давлением, когда тело на пределе, а сознание уже не успевает отдавать чёткие команды.

Он пришёл на шестой неделе после моего возвращения 

Без вспышки. Без пафосного сияния. Без хора ангелов. Я вышел на утреннюю тренировку, начал разминку и просто почувствовал, что что-то изменилось. Мана в теле ощущалась иначе. Плотнее. Устойчивее. Как будто жидкий мёд загустел до состояния ртути.

Я замер посреди тренировочной зоны. Прислушался к себе.

Да. Оно. 

Я медленно активировал левитацию. Поднялся на метр. Завис. Никакого напряжения. Никакой дрожи.

Второй круг.

— Ехе…

—ПФФФФ ПХХАХКХКАХХАХАХАХ А НУ ИДИ СЮДА МРАЗЬ С ЦЕПЯМИ, Я УЛОЖУ ТЕБЯ ДАЖЕ НЕ ВСПОТЕВ, ПЛЕСЕНЬ ТРЕХУРОВНЕВАЯ АХАХАХХАХВХАХА

К концу второго месяца я был готов. Почти.

Физически — в идеальной форме. Мана — второй круг, стабильный. Теория — отскакивала от зубов

Оставалась одна проблема. Снаряжение. Вернее, его трагическое отсутствие.

Я сидел за столом в своём кабинете и смотрел на список того, что я проебал в той подземной лаборатории.

Восстановительный артефакт — выжат до макмимума .

Маскировочная маска — сломана.

Пистолет— ваще хз где

Это, если формулировать предельно честно, мое снаряжение сейчас было не для поступления в элитную академию и битв, а для ограбления продуктовой лавки. И то с риском быть пойманным.

Идти к отцу было не вариант. Вопросов было бы больше, чем ответов. К счастью, в нашей семье для таких случаев существовала специальная процедура.

Я спустился в фамильный арсенал. Это было огромное подвальное помещение, защищённое рунами и сталью. За стойкой сидел мистер Хендерсон — старый, лысый и вечно недовольный хранитель нашего семейного добра. Он служил ещё моему деду.

— Мистер Хендерсон, — сказал я, кладя на стойку бланк запроса.

Он надел очки и медленно пробежал глазами по списку.

— Маскировочный артефакт класса «Призрак-3». Восстановительный амулет, двухзарядный. Накопитель маны, средний объём, трехзарядовый арбалет — прочитал он вслух своим скрипучим голосом. — Смелый запрос, молодой господин.

— У меня смелые планы.

— Причина замены старого комплекта? — спросил он, глядя на меня поверх очков.

— Операционный износ в ходе интенсивных тренировок, — соврал я, не моргнув глазом.

Он хмыкнул. Он знал, что я вру. Я знал, что он знает. Но таковы были правила игры.

— Графу «подтверждение руководителя» оставили пустой.

— Это личная инициатива в рамках подготовки к поступлению. Отец в курсе.

Это тоже была ложь. Но Хендерсону было всё равно. Его работа — следить за инвентарём, а не за моей моралью.

Он молча встал, прошёл вглубь хранилища и через пять минут вернулся с небольшим кейсом из тёмного металла.

— Распишитесь здесь. И постарайтесь не «износить» эти игрушки в первую же неделю. Новые поступления для вас будут только через полгода.

— Постараюсь, — сказал я, подписывая бланк.

— А и еще господин — сказал он мне, прямо в глаза — не прикрепляйте ко второму кругу слишком рано навыки, подождите хотя бы месяц- другой

Я кивнул, взял кейс и ушёл, не оглядываясь. Проблема была решена. Без лишних вопросов и нотаций.

Вылет был назначен на следующий день.Но перед ним у меня было одно незавершенное дело. 

После очередной тренировки, я привел себя в порядок и пошел на четвертый этаж нашего особняка, который был весь покрыт золотом и мрамором. Я дошел до одной из сотен бело-золотых дверей и постучал

Тук-тук-тук

Дверь открылась не сразу, но через время из-за её щелей появилась невысокая златоглазая девочка.

— Элиас? — Спросила она еще сонным голосом, видимо, проспав до обеда. « Эх вот бы мне так» — подумал я и произнес:

— С днем рождения Мирианна!!!, Поздравляю тебя с девятым днем рождения!! — радостно воскликнул я, вротягивая ей металический чемодан.

Ее глаза расширились, она немного поперхнулась своей же слюной и воскликнула

— Это.. Это же…!! 

Она застыла, а потом..

— ТЫ САМЫЙ ЛУЧШИЙ БРАТИК В МИРЕ, СПАСИБО ТЕБЕ БОЛЬШОЕ ТЫ САМЫЙ САМЫЙ ДЛЯ МЕНЯ!!!!! 

Я улыбнулся и погладил ее по голове. Спускайся скорее вниз, тебя ждет твой любимый огромный торт и множество других подарков.

Она быстро кивнула и забежала обратно в комнату 

— Мири точно лучшая — сказал я себе как подтверждение. 

На следующий день я уже улетал в академию 

Академия «Аструм» находилась в месте, которое географически правильнее всего было бы описать как «посреди нигде». Остров, затерянный в центральном океане, почти точно в центре планеты. Добраться туда можно было только по воздуху. Океан в этих широтах был настоящим адом из-за постоянных магических штормов и волн высотой с многоэтажный дом.

Я летел на частном джете. Шесть часов тишины и комфорта. Идеально.

Приземлившись на аэродроме у подножия холма, на котором стояла академия, я не пошёл сразу к ней. Экзамены начинались только завтра утром. У меня было время.

Я вызвал машину и поехал в «Небесный Шпиль» — единственный пятизвёздочный отель в радиусе двухста километров.

Зачем?

Потому что могу. И потому что идти на самый важный экзамен в своей жизни нужно отдохнувшим, выспавшимся на шёлковых простынях и после хорошего завтрака.

Это не роскошь. Это тактическая подготовка.

Я заселился в лучший люкс с панорамным видом на академию. Она возвышалась на холме, тёмная и молчаливая, подсвеченная луной.

Я стоял у окна с бокалом чего-то дорогого и смотрел на неё.

Завтра начнётся новый этап. Новая игра.

И я был готов (ну или я так считал)