Минуя улицы, слившиеся в одну, Сюта взглядом сверлил спину девушки, которая напоминала изысканную куклу. 

Ещё несколько минут назад, он размышлял о том, чем он будет ужинать и что ему стоит купить на завтра, чтобы подольше не выходить из дома. 

Теперь же, любые размышления о завтрашнем дне казались смешными от своей бессмысленности.

Внезапно, он почувствовал, как канат связавший его руки ослаб. Подняв глаза, он увидел перед собой лицо девушки, которая слегка наклонилась к нему. 

-Как вас зовут? - спросила она ровным голосом, будто девушка не предъявляла извещения о смертном приговоре. Пускай она и задавала этот вопрос ранее, но сейчас он имел другой оттенок. Будто она хотела узнать имя не для протокола, а чтобы обратится лично к юноше.

Юноша посмотрел на неё в замешательстве, которое вовремя отвлекало от мрачный мыслей.

-Сюта. - ответил он без лишних пререканий.

-Очень приятно, Сюта. Меня зовут Ифэй. - сказала девушка, слегка поклонившись. -Почему твой вид такой печальный? 

Юноша увёл взгляд, еле заметно вздыхая. 

-Умирать не хочется. - сказал он, чуть ли не шепча.

-Тебе и не придётся.

-Да, ладно. В Павильоне ведь…одни "мясники" работают. -съязвил он, руководствуясь слухами.

-Вообще-то, Мясник - это почетная должность. Их не так много.

-Ха, то есть их там всё равно достаточно. - сказала он и крепко стиснул зубы. 

-Сюта, никто не будет тебя убивать. Поскольку, тебя обнаружили на ранних стадиях проявлений симптомов, тебе ещё можно помочь. 

-А хоть один выздоровевший есть? Ни разу о таком не слышал. 

-Раньше не было. Но ты можешь стать первым.

Юноша внезапно приободрился.

-Правда?! Вы нашли лекарство?! - вскрикнул художник, повышая голос. Его тут же пресекла Ифэй, прикрыв его рот рукой, облаченной в черную перчатку.

-Тише. Мы…Месяц назад один наёмный специалист вернулся из экспедиции в Йаскуте. Он нашёл там…Я не могу рассказывать об этом здесь. Но когда ты придёшь то сможешь увидеть это вживую.

Юноша был заинтригован, а печальная мина тут же сплыла с его лица, уступая улыбке. Когда Дамоклов меч, подвешенный над его головой оказался деревянной игрушкой, за место ужаса, внутри юноши расцвела странная эйфория, граничащая с манией. Его настроение улучшилось несоразмерно.

Прохожие кидали косые взгляды на эту пару. Картина того, как изысканная высокая девушка, ведет за собой на верёвке невысокого юношу сильно уступающего ей в возрасте, который чудаковатого улыбается, не могла не вызывать подозрительных ассоциаций.

Спустя некоторое время, пара оказалась у входа в здание, которое сильно контрастировало с представлениями Сюты о филиалах Павильона очищения. 

Это было старинное деревянное здание, больше по виду напоминающее пагоду, с четырьмя этажами, сохраняющей внешне чёрно-красную палитру, свойственную одежде как работников этой организации, так и присущей представителям жречества.

Зайдя внутрь, Сюта увидел перед собой просторное пространство. Полы были устланы бамбуковыми татами, а дальше по коридору виднелись множества закрытых комнат.

На входе, пару встретила девушка в белом халате без узоров из плотной ткани, а поверх него был надет такой же белый фартук. Её волосы были уложены в пучок, который скрывался под шапочкой красного цвета. Она тут же поспешила поклониться в знак приветствия, на что Ифэй ответила тем же жестом. 

Сюта немного удивлённый не среагировал, спешно поклонившись с опозданием. 

-Приветствую в клинике госпожи И Линь. Чувствуйте себя как дома. - сказала девушка в белом, радушно улыбаясь и жестом приглашая пару внутрь.

Ифэй никак не отреагировала, продолжая вести Сюту за собой. Но юноше сразу показалось такое приветствие странным: с чего это пациенту, чувствовать себя в клинике “как дома”?

Минуя палаты для приема пациентов, располагавшиеся на первом этаже, Ифэй повела юношу дальше, уводя к странной двери, на которую было навешано множество красных листовок, исписанных молитвами и мантрами, которые обычно вешали на места где ранее буйствовали чудовища, призраки и, с недавних пор, места где случались вспышки эпидемии бубонного проклятья.

-Подожди. - сказал Сюта, резко останавливаясь. -Конечно, это не совсем вовремя. Но что меня ждёт?

-Оформление. Ближайшие три недели, ты проведешь за этой дверью, в компании других пациентов, которые ещё не потеряли себя.

-А что будет…если они ну…потеряют себя? 

-Тебе об этом не стоит беспокоится. -отчуждённо сказала Ифэй, хватаясь за ручку.

Дверь распахнулась, и перед Сютой открылся вид длинной лестницы, ведущей вниз. Тут же в его голове проскочили тревожные мысли, при попытке представить чем он может заниматься три недели в подвале.

Прошло несколько часов. Сюта был оформлен как пациент и ему была предоставлена собственная палата. Подземные коридоры, освещенные бумажными фонарями были мрачноваты, но сама палата юноше показалась настоящими хоромами. Мягкие татами на полу, обои с цветочными узорами, фонарь, стоящий на тумбочке. Сама тумбочка! Небольшой шкаф, стол и самое главное - настоящая деревянная кровать. Всё это заставило юношу чуть не завопить от радости.

Первым же делом он прыгнул на кровать раскинув руки и вздохнул.

-Эх…А болеть оказывается, так круто! - сказал он нежась на мягкой перине.

Но его радость, прервал стук об дверь. Точнее, не о саму дверь, а об окошко, находящееся в ней на уровне лица.

Юноша лениво подошал, слыша уже второй стук и открыл заслонку. 

Перед ним, оказалась уже известная ему Ифэй, чье лицо казалось юноше таким же прекрасным даже в приглушенном свете мрачных подземелий.

-Что такое? - поинтересовался Сюта, протирая глаза.

-Хотела дополнить технику безопасности.

-А? А есть ещё какие-то правила, кроме “не ходить по ночам” и “ничего не громить, чтобы не быть принятым за обезумевшего”?

-Да. Недавно появились новые.

-И какие?

-Не открывай дверь по ночам. Только окошко. И… - на этом моменте, речь девушки остановилась, будто записанное сообщение оборвалось на середине. -И не испытывай сочувствия. Ни к кому. 

Последние слова девушки, показались Сюте особенно странными из-за отсутствия контекста.

“-Сочувствия? А к кому тут его испытывать-то? К тебе что-ли? Если так, то это будет ну очень проблематично.” - подумал он, слегка усмехаясь, представляя себе речь, в которой он распинается перед Ифэй, по поводу того, как же он сочувствует её красоте и как же тяжела эта ноша.

Не дожидаясь реакции художника, Ифэй ушла, не попрощавшись и хлопнула форточку за собой.

Юноше показалось странным такое поведение со стороны девушки, которая ранее была чуть вежливее и обходительнее, но эти сомнения быстро смылись, перед лицом предвкушения плотного сна, которым так манила его кровать.

Пускай Сюта и не мог знать этого наверняка, но на улице уже стемнело, а внутренние часы подсказали ему, что сейчас явно стоило отправится ко сну. Он переоделся в сменную одежду, уложенную в шкафу и лёг спать, поежившись в кровати пару минут, наслаждаясь моментом.

Погрузившись в сон, в разуме Сюты проступила тьма, будто сна он не видел вовсе. Юноша привык к этому, но внезапно, эта тьма спала, будто это была некая материя, натянутая поверх глазных яблок. 

Белые берега, окруженные лесом того-же цвета и длинная река, наполненная густой красной субстанцией, вызвали у Сюты чувство тревоги. Образ выглядел чужеродно и неестественно. Даже для сна.

Он не должен его видеть.

Интуиция явно подсказывала ему, что это место было гораздо более реальным чем его сон. 

Он сделал несколько робких шагов по берегу, в то время как его ноги тряслись, грозя шансом упасть в жутковатую реку, после любого неудачного шага.

Кроны белесых деревьев сопровождали юношу в немой тишине, вызывая у него дискомфорт. Будто каждый изгиб коры, был зажмуренными веками, что могли открыться в любой момент и устремить взгляд глубоко в его душу и найти в ней нечто, способное сотворить с Сютой вещи гораздо более жуткие, чем может воплотить его фантазия.

Пройдя дальше, вглубь леса, всё ещё не отпуская с периферии своего зрения реку. Субстанция реки грузно переливалась сама в себя, стараясь отвлечь. Но в отдалении, несмотря на надоедливое верещания у края глаз, он что-то увидел.

Фигура. Фигура в белой рясе, усыпанной мелом. Она стояла спиной к парню, пока тот не мог отвести взгляд, парадоксально чувствуя, что если продолжит на неё смотреть, то моментально умрет. Фигура, со скрипучими движениями начала разворачиваться в его сторону, в сопровождении звуков дрожащего леса, который будто начал оживать, вырастая и захватывая Сюту в плен.

Юноша подорвался на кровати, объятый потом. Он чувствовал сухость в рту, будто не пил на протяжении целой недели, вместе с сильной лихорадкой, но что более важно, он слышал стук.

Кто-то стучался в окошко его двери. Сюта скривился, пытаясь встать, но безуспешно упал. Подползая ближе к двери, он надеялся, что за дверью уже стоит Ифэй, которая заботливо принесёт ему лекарств. 

Но окошко было слишком далеко от руки. Сюта мог дотянутся только до дверной ручки. 

В его голове всплыли правила, которые говорила ему девушка с безупречной внешностью, но сейчас, в помешательстве, юноша абсолютно наплевал на них, надеясь на спасение, которое укрылось за дверью.

Взмахнув рукой, он сбил щеколду, отпирая дверь, которая со скрипом отворилась. Тяжело дыша, юноша поднял свой взор и увидел перед собой лицо.

Странное лицо.

Чёрное, прозрачное лицо, которое видимо принадлежало девушке. Силуэт ожившей тени сидел на корточках, запустив руки в волнистые волосы до плеч. Тень смотрела на него учёным взглядом без глаз.

На мгновение, сердце Сюты пропустило удар. Он стоял на четвереньках перед этим существом, не до конца понимая: мог ли он сейчас позволить себе вздохнуть?