Тот, кто был потрясён больше всех, был вовсе не Вейл, а Тие.

— Ч-ч-что это?!

От внезапного вида хлынувшей крови Тие аж подпрыгнула на месте. И в это самое мгновение прямо перед её глазами кое-что появилось.

Маленькое, угольно-чёрное тельце. Холодно поблёскивающие алые глаза.

— Челныш?!

Это крошечное существо перед ней было без всяких сомнений Чернышом!

— Я же говорил тебе вставать быстрее, а ты разбудила меня только ради этого? Чтобы показать мне это?

Но Черныш, которого она так долго не видела, первым делом раздражённо проворчал:

—Ты не можешь справиться даже с маленьким бунтом, а ещё планируешь возглавить отряд наёмников...

Тие от шока забыла как дышать и могла только глазеть на него. И она была не единственной.

Все в таверне широко раскрытыми глазами уставились на Черныша.

В этот момент раздался голос Вейла:

— Эй... мелкая, ты.

Вейл всё ещё стоял на месте как вкопанный, а с его руки всё ещё капала кровь.

— Только что... ты приказала своему призванному существу напасть на меня?

Глаза Тие округлились:

— Т-Тие н-ничего такого не делала!

Она, честно говоря, даже не знала, что Черныш проснулся!

— Вейл, хорош, — почему-то дяденька Васто поспешно подошёл к Вейлу.

Он прижал ткань к раненой руке и сказал:

— Ты же слышал от Нордикса. Тие только недавно пробудила свою силу, ей трудно её контролировать. Судя по всему, рана неглубокая. Не делай того, о чём пожалеешь позже.

— Но всё равно!

— Ты проиграешь.

Вейл замолчал. Черныш, стоявший рядом с Тие, скривил рот в ухмылке, словно только этого и ждал.

Увидев это, Тие без раздумий схватила его. Ккамани посмотрел на неё, как бы спрашивая, в чём дело, но Тие, покосившись на окровавленную руку Вейла, сурово произнесла:

— Челныш, ты-ы-ы... марш с Тие в комнату правды.

И она сразу же побежала на второй этаж.

В комнате, где они остались наедине.

Тие тихонько простонала и прижала ладошку ко лбу. В её голове всплыл случай с Хёной из группы «Перепёлочки», которая однажды поранила подругу.

— Воспитательница! Хёна толкнула меня, я ободрала коленку! Уа-а-а!

В сеульском районе Чонногу, в детском саду «Ханбит», куда ходила Тие, было очень, очень важное правило:

— Ни в коем случае нельзя обижать друзей!

Если это случилось случайно, можно было получить всего одну «грустную» наклейку и выйти из комнаты правды.

Но если нарочно?

Тогда всё было по-другому.

— Челныш, ты... как ты мог заставить братика Вейла истекать кловью?

Тие была предельно серьезна, а Черныш выглядел так, будто ему скучно. Он развалился на полу, раскинув лапы, и только лениво поглядывал на Тие.

— Кто разрешил тебе так сидеть, когда Тие разговаливает?

— Буду сидеть как хочу.

— ...!

Огромный шок пронзил голову Тие.

«О-обычно, если воспитательница ругается, полагается говорить, что это твоя вина...?»

Наказание было ужасно страшным.

Ребёнок, который намеренно обидел друга, должен был сидеть в комнате правды целых десять минут.

Ты садился на стул размышлений, каялся, а потом приходила воспитательница и давала тебе две «грустные» наклейки.

Когда все остальные получали наклейки «молодец», ты один – «грустные»...

Тие набралась смелости. И, подражая воспитательнице, серьезно посмотрела на Черныша:

— Ни при каких об-сто-яте-льст-вах нельзя делать людям больно!

— Ты сама его укусила.

Щёки Тие вспыхнули.

«О-ох. Точно».

Когда Вейл вредничал, она сама не заметила, как тяпнула его за руку.

— Но я ж не кусала его сильно... правда?

Черныш только фыркнул. Лицо Тие немного погрустнело.

В комнате повисла тишина.

— Но ты всё равно молодец.

В этот момент заговорил Ккамани.

Тие удивлённо посмотрела на него.

— Молодец. И за то, что укусила его, и за всё остальное. Честно говоря, я не ожидал, что ты сама зайдёшь так далеко. Я думал, что без меня ты ничего не сможешь сделать.

Тие робко переспросила:

— ...Правда?

Черныш посмотрел на неё своими алыми глазами.

— Да. Меня не было рядом, а ты сама добралась до ворот. Честно говоря, я удивлён. Я думал, что в одиночку ты пропадёшь.

— ...

— На самом деле, жалкий здесь я. Я лишь немного искривил временную шкалу, и из-за этого впал в такую долгую спячку.

Тие поспешно замахала руками:

— Нет! Челныш, то, что ты сделал, было так здорово! Ты ведь тогда сказал, что повернул измеление, верно? Это вообще-то очень трудно! Ты...

— Это не потому, что я потратил много сил. Я просто слаб.

Тие замолчала.

Черныш безмолвно уставился в потолок. На его мордочке читались усталость и что-то сложное.

Тие нерешительно протянула к нему руку, но в этот момент Черныш снова перевёл на неё взгляд.

— Вот почему тебе лучше продолжать в том же духе.

— Ась?

— Скрывай свою личность. И в то же время – мою тоже.

— И твою тоже?

Дракон кивнул.

— Да. Похоже, все думают, что я просто твое призванное существо. Пусть думают так и дальше.

Глаза Тие округлились, а сердце забилось чаще:

— Хорошо!

Черныш был её другом. И, похоже, у него была какая-то запутанная история.

«В такие моменты Тие должна защитить его!»

Если все будут думать, что Тие – это скрытый архимаг в теле ребёнка, а Черныш – всего лишь её призванный дух, то никто не станет выведывать его истинную природу, и ему будет немного легче жить в этом мире.

Тие пододвинулась ближе к нему:

— Черныш, не волнуйся! То, что ты легендарный Пупетмон, я обязательно сохраню в та—

— Лукарион.

В этот момент за окном показалось солнце. Из-за яркого света Тие на мгновение зажмурила глаза.

Когда она открыла их, перед ней сидел черноволосый мальчик, которого она видела в самый первый день.

Губы Тие приоткрылись.

«Шесть лет... нет, семь».

В первый день она не заметила, но сейчас Черныш выглядел примерно того же возраста, что и старшие ребята из группы «Оленята».

Черныш повторил:

— Моё имя. Лукарион.

— ...Лукарион.

Тие невольно повторила это имя.

И, посмотрев в его глаза... она вспомнила Чонногу.

Ту ночь, когда проливной дождь, казалось, пропитал само её сердце. Когда она открыла ящик с вещами, оставленными отцом, Тие подумала, что именно так ощущается падение в одиночку в холодный бассейн.

Её глаза, её сердце, все десять пальцев – всё онемело, и если бы где-то была глубокая нора, ей захотелось бы спрятаться там на сто дней и не выходить.

Но потом появился Черныш, нет, Лукарион.

— Лукарион...

Он перенёс Тие в этот мир и дал ей шанс снова встретить отца.

— Лукарио-о-он!

Сама того не замечая, Тие крепко обняла мальчика.

— Спасибо тебе, Лукарион!

Это были слова благодарности, которые она не смогла произнести в самый первый день.

Лукарион спокойно позволил ей обнять себя. Когда по её щекам покатились слёзы, Тие поспешно отстранилась, чтобы не испачкать его.

Затем она взяла его за руку и захихикала:

— Спасибо, что помогаешь Тие...

Лукарион удивлённо посмотрел на неё.

— Знаешь, завтра мы отправляемся в Столицу! Теперь нас впустят туда как настоящий отряд наёмников!

— ...Правда?

— Угу! Папа – святой рыцарь, так что мы быстро найдём его в Столице!

Лукарион кивнул.

— Как только мы найдём папу, Тие отплатит тебе за доброту! А если тебе будет тяжело, ты всегда можешь залезть в мой рюкзачок и отдохнуть! И ещё, раз уж ты теперь моё призванное существо, при людях лучше звать тебя просто Черныш, ладно?

— Это как-то....

— Черныш всё равно лучший!

— ...Тогда зачем спрашивала?

— Черныш! Пошли!

Лукарион неохотно позволил потащить себя за руку. Когда они переступали порог, он снова принял облик маленького дракончика.

В поле его зрения была маленькая ручка Тие, крепко сжимающая его переднюю лапу. Рубиновые глаза спокойно потемнели.

«...Всё-таки».

Через прикосновение их кожи он почувствовал, как что-то вливается в его тело. Это была сила, переполняющая тело Астие. Всё ещё безнадёжно недостаточная, но...

Глядя на мягко покачивающиеся волосы Тие, глаза Лукариона блеснули.

«Всё-таки это была ты».

Теперь он мог быть полностью уверен. В тот день на самом деле его разбудила Астие.