Ли Чхоым вздохнула.

Она не собиралась винить мужчину в утечке информации.

Она уже давно не надеялась, что после того, как ввязалась в дела пяти главных кланов, сможет жить тихо. Да и к тому же она сама не сидела сложа руки.

В сложившейся ситуации, с её участием в "Праздничной делегации" и деле Хван Нансэ, ни один человек или организация не могли полностью контролировать информацию.

— Если тебя смущает такая ситуация, я могу разорвать сделку с Чхоллачхалем. Но найти то, что ты ищешь, без их помощи почти невозможно. Они наверняка будут мешать.

— ……

— Если же ты обратишься к ним... скорее всего, они потребуют твоего личного присутствия.

Выражение лица Ко Хварана, предлагавшего этот выбор, было мрачным. Он опустил голову.

— Прости. Это была моя плата за спасение членов моего клана, и я должен был сам с этим разобраться. Но в итоге втянул тебя.

Его извинения были искренними.

Ли Чхоым, которой было неловко от такой мрачной атмосферы, поморщилась.

— ...Ладно.

То, что их вычислили, было не виной Ко Хварана ‒ противник оказался слишком искусен. Чхоллачхаль в любом случае рано или поздно вышел бы на неё, так что расстраиваться не о чем.

— Как мне поступить?

Перед Ко Хвараном, спрашивавшим о её решении, Ли Чхоым издала короткий стон.

На самом деле она и сама не знала.

Что значит для неё Толедот Со Юды?

Его тело, его вещи на память, записи, которые могут оказаться ящиком Пандоры... Насколько она заботится о них, даже забыв.

— ...Продолжай. Если понадобится, я пойду с тобой.

Инстинкты Ли Чхоым подталкивали её к этому.

Мужчина кивнул.

— Хорошо. Я продолжу дела и сообщу о результатах.

На этом, казалось, разговор закончился, но он снова осторожно заговорил:

— Предварительная информация, чем больше, тем лучше...

— ……

— Не могла бы ты рассказать ещё о своём друге, Со Юде?

Спросив, он посмотрел на её лицо.

Другие, наверное, сказали бы, что выражение у неё обычное, но Ко Хваран заметил, как её зрачки слегка дрогнули.

«Она волнуется».

Определённо, она волновалась из-за Со Юды.

Впрочем, даже по той короткой истории, которую он услышал тогда у неё дома, было ясно, что история необычная.

«Друг детства, который любил её, обладая силой искушения. И она хочет узнать, использовал ли он на ней свою силу при жизни...»

Если бы это была чья-то другая история, можно было бы подумать, что читаешь трогательный любовный роман. Но поскольку речь шла о Ли Чхоым, это ощущалось как сырая, напряжённая история.

Немного подумав, она начала:

— Имя ‒ Со Юда. Умер в возрасте девятнадцати лет. Мы учились в одной школе с начальных классов до старших. Его отец владел залом тхэквондо. Был старостой шестого класса. Накопил более четырех тысяч часов волонтёрской работы. Часто бывал в...

Она механически перечисляла информацию, которую Ко Хваран и так знал.

Вместо того чтобы перебивать её, он дождался, пока она закончит, и только потом, выдержав паузу, спросил:

— Может, есть какая-то информация, которую знаешь только ты?

Она замерла.

— Что угодно?

— Да. Что угодно. Неизвестно, где может найтись зацепка.

Она прикусила губу.

Молчание было недолгим.

— В возрасте тринадцати лет Со Юда был допрошен полицией как подозреваемый в косвенном убийстве.

— ...Что?

И тут она взорвала бомбу.

— Он был несовершеннолетним, и, поскольку умысел был слабо выражен, его отпустили без занесения в официальные записи. Поэтому число людей, знающих об этом, можно пересчитать по пальцам одной руки, не считая меня.

……

Ко Хваран открыл рот.

Он просил что угодно, но не ожидал, что речь зайдёт о судимости.

Подавив поднимающееся волнение, он спросил:

— Значит... возможно, семья жертвы затаила обиду на Со Юду?

— Нет. Жертва в то время была полностью брошенным человеком.

Похоже, это не простая история.

— ...Понятно.

Почувствовав, что наступил на мину, он хотел отступить.

Но Ли Чхоым добавила как бы между прочим:

— К тому же настоящий убийца в том деле был я.

...Самое шокирующее.

— Если нужна информация, которую знаю только я ‒ это всё.

Она бесстрастно подвела итог.

Наступило молчание.

«В тринадцать лет она совершила косвенное убийство? Ли Чхоым?»

Ко Хваран почувствовал, как его сознание затуманивается.

Будучи высокоуровневым апостолом и первопроходцем, Ко Хваран был как никто другой близок к смерти. Он сталкивался с ней до отвращения часто.

«Но это когда врагом было бедствие».

Убийство человека не укладывалось у него в голове. В отличие от других апостолов, его моральные нормы были очень нормальными.

Поэтому он должен был бы испытывать отвращение к этому факту, но...

«...Ли Чхоым?»

К удивлению, у него возникли не чувство отвращения, а вопросы.

«Она не из тех, кто способен на убийство».

Он самовольно утвердился в этом.

Это была не столько вера в человека по имени Ли Чхоым, сколько рациональная оценка, сделанная им самим.

Намеренное убийство человеком человека выходит за рамки простого импульса и эмоций. Это ‒ братоубийство, идущее против инстинктов, и нарушение высшего табу общества.

Для этого требуются экстремальные психологические ресурсы...

«У неё этого нет».

Таких, как искажённая воля выражать свои мысли и чувства через насилие, или искажённая идентичность, избегающая братоубийства, демонизируя себя или других.

Хотя, похоже, у неё есть недостаток эмпатии, но её недостаток ведёт к бесконечной самоизоляции. Разве она не провалялась взаперти пять дней, даже не ев, когда у неё возникли психологические проблемы, вместо того чтобы стать агрессивной?

Ли Чхоым не из тех, кто добивается чего-то, причиняя вред другим.

Не потому, что она добрая, а потому, что у неё нет для этого ни силы воли, ни жизненной энергии.

«Что-то, наверное, случилось...»

Додумавшись до этого, Ко Хваран вздрогнул.

«...Не слишком ли я снисходительно это трактую?»

Мужчина на собственном опыте усвоил, что может знать всё о десяти метрах глубины, но ничего о человеческой душе. Ведь и у него на глазах были люди, которые внешне были добрее некуда, но имели за плечами серию убийств.

Нельзя доверять людям и делать поспешные выводы.

Но сейчас, когда ничего не выяснено, незачем относиться к Ли Чхоым как к убийце.

— ...Понятно.

Ко Хваран просто принял это.

Сейчас они обсуждали её просьбу, так что углубляться было бы не по правилам.

— Спасибо, что ответила. Я передам всё в качестве предварительной информации.

Ли Чхоым молча смотрела на него.

— Ты и правда странный.

— Что?

Он помрачнел.

«Неужели я настолько странный, что даже Ли Чхоым это заметила?»

— Странно...

Пока он пребывал в шоке, она повторила.

Встав, девушка, как обычно, уже собралась уйти без прощания, но вдруг остановилась.

— ...Рассчитываю на тебя.

Хотя это были просто машинальные слова, Ко Хварану они показались довольно весомыми.

— Можешь на меня положиться.

Она повернулась с выдохом.

— Ладно.

Ему даже показалось, что уголки её губ слегка приподнялись.

Но лицо Ли Чхоым, как только она вышла в холл первого этажа Галмеля, резко испортилось.

.

.

.

— ...Вы хотите сказать, что это прислали мне?

— Э-э... да...

Ли Чхоым подняла голову и уставилась на гигантскую тень.

В центре холла Галмеля... стоял самый настоящий самолёт.

«Это шутка».

Пока она отрицала реальность, ей в глаза бросилась огромная бирка, свисавшая с пропеллера.

[Если захочешь научиться управлять самолётом, обращайся в любое время~*^^* — Пёсику —]

Даже не проверяя, она знала, что отправитель ‒ Хван Нансэ.

Ли Чхоым получила в подарок от Хван Нансэ... самолёт.

— С ума сойти...

Вслед за бормотанием вышедшего следом Ко Хварана, на некоторое время воцарилось ошеломлённое молчание.

Она повернулась к нему.

— Забирай себе.

Он улыбнулся и покачал головой.

— Неа.

— Забери.

— Сама забирай.

— Куда я его дену?

— А у меня есть куда его деть?

— Он пришёл в твой клан, вот ты и разбирайся. Я сделаю вид, что его не существует.

— Нельзя же просто так выбросить подарок, который тебе дал взрослый человек.

Между ними разгорелся жаркий спор, похожий на противостояние копья и щита.

К счастью, благодаря тому, что он контролировал членов клана, им удалось избежать любопытных взглядов.

«Но я даже не могу сдвинуть его с места самостоятельно».

Проблема была непреодолимой.

Потерпев неудачу в попытке переложить ответственность, Ли Чхоым закрыла лицо рукой.

— Глава клана Хван Нансэ... может, она проснулась не в духе?

Это походило на насмешку над Ли Чхоым, у которой не было своего места.

Но Ко Хваран с сожалением покачал головой.

— Она... не умеет насмехаться.

— ……

— Она искренне благодарна и послала тебе то, что, по её мнению, лучшее...

Сбежать бы от этой доброты.