Время летело быстро.

Чем старше становился Ко Хваран, тем лучше он умел заботиться о младших.

…И тем реже он видел родителей дома.

— Что? Ко Саён уже ушёл?

— Ага. Ты ему сэндвич захвати. Пусть ест по дороге.

Примерно к концу средней школы Ко Хваран уже в одиночку заботился о троих младших.

— Ко Саюль! Пошли вместе! Старший, я пошёл!

— Будь осторожен.

Проводив троих младших — Ко Саран, Ко Саён и Ко Саюля — Ко Хваран снял фартук и сразу же направился в свою школу. После того как он отправлял их, было около восьми, так что он постоянно опаздывал на занятия.

Прошло семь лет после Второй Великой катастрофы, мир более-менее стабилизировался. Новые понятия — бедствия и апостолы — постепенно укоренялись, и человечество пыталось сосуществовать с ними.

Однако жизнь Ко Хварана не имела ничего общего с этими чудесами нового тысячелетия.

У него не было даже признаков пробуждения как апостола, и, в отличие от сверстников, его это не интересовало. Он был обычным учеником, который никогда не сталкивался с испытаниями.

Поэтому его жизнь была наполнена чисто человеческими трагедиями, которые нельзя было списать на бедствия.

Трагедиями, настолько обыденными и тихими, что никого не волновали…

После школы Ко Хваран сразу возвращался домой. Быстро справившись с домашними делами и уроками, у него оставался около часа свободного времени. Единственное время дня, которое он мог посвятить себе.

Шурх-шурх.

В это время Ко Хваран писал.

Он перечитал все книги дома по несколько раз. Когда он прочитал все интересующие его книги в местной библиотеке и даже книги в более крупной библиотеке, до которой нужно было ехать на автобусе, он остановил свою почти маниакальную страсть к чтению.

И начал писать.

Сначала это были эссе, чтобы упорядочить мысли. Затем он начал писать короткие рассказы, и объём их рос.

У него не было ноутбука ‒ он писал всё от руки. Чёрная ручка и белая бумага ‒ всё, что ему было нужно для создания нового мира.

Без цели, без плана он писал, писал и снова писал, пока…

— Старший! Мы вернулись!

Когда младшие, закончив занятия в культурном центре, вернулись домой, он останавливался.

— Ко Саюля сегодня опять хвалила учительница! Она говорила, что хочет сообщить о нём как о вундеркинде-скрипаче!

— Правда?

— Э-это не так уж и важно…

Готовя ужин, Ко Хваран отвечал им.

— Но мне всё равно интересно. Когда в следующий раз пойдёшь смотреть футбольный матч, возьми и меня, Саран.

— Хорошо…

— Ко Саран, ты хорошо тренируешься в футболе?

— Нет.

— Что?

— Я не тренируюсь играть в футбол. Я тренируюсь делать празднования гола.

— ……

— Победа ‒ это само собой разумеется.

— Хе-е… Понятно. Жду с нетерпением.

За такими неспешными разговорами проходил обед.

— Я пошёл.

После еды он шёл работать в круглосуточный магазин.

Арендную плату за дом, в котором они жили, платили родители. Кроме того, раз или два в месяц они заходили домой и оставляли деньги, но этого было недостаточно, чтобы содержать четверых подрастающих школьников.

— Я хочу устроиться на подработку, пожалуйста, подпишите согласие.

Поэтому, как только Ко Хварану исполнилось пятнадцать, он начал работать.

— Положи документы на стол.

Отец не спросил, чем он собирается заниматься, сколько денег им не хватает ‒ просто кивнул.

Клубок переплетённых чувств подступил к горлу, как кислая отрыжка, но…

— Да.

Ко Хваран не стал ничего спрашивать.

Не зависеть от родителей было его последней гордостью и…

Прежде всего, потому что он боялся.

— Почему мама и папа не такие, как другие родители? У Джиын и Юнсо родители никогда так долго не отсутствуют.

— Опять уходите? Нельзя остаться подольше?

— На этой неделе у меня, э-э, концерт детского оркестра… вы сможете прийти?

Младшие не умели контролировать свои эмоции. Они не понимали отсутствия родителей и обижались.

Они, становясь старше и узнавая больше, пытались найти ответы на свои вопросы, но…

— ……

Его родители воспринимали всё это с таким раздражением, будто это было невыносимо.

При виде их лиц сердце Ко Хварана сжималось.

…Что, если они совсем нас бросят?

Даже если это была лишь формальность, для младших разница между тем, что у них есть родители, и тем, что их нет, была огромной. Им отчаянно нужен был хрупкий, как сахарное стекло, забор.

И…

«Мало ли что».

В этом мире, где из искажённого пространства вырывались монстры, невозможное было вполне возможно.

Вдруг случится чудо, и его семья восстановится…

Ко Хваран ничего не спрашивал у родителей. Чтобы не вызывать у них отвращения.

Закончив работу в круглосуточном магазине, он возвращался домой около двух ночи, падал без сил и засыпал, а рано утром вставал и повторял тот же день.

Перемены в его жизни произошли только после поступления в старшую школу.

У Ко Хварана была маленькая удача ‒ в каждом месте, где он учился, находился добрый наставник.

— О, Ко Хваран. Ты опять здесь?

В старшей школе таким человеком стал его классный руководитель в первом классе.

Ко Хваран не отличался общительностью, но и не был изгоем.

Обычный тихий ученик, который умел вписаться в любую компанию.

Ему удавалось быть незаметным, но по какой-то причине классный руководитель проявлял к нему особый интерес.

— Что читает наш зубрила?

Он даже нашёл Ко Хварана в библиотеке во время обеда.

— Дай-ка посмотреть, "Поминки по Финнегану", ого… Ты такое читаешь?

Когда учитель, перелистав книгу, слегка замер, Ко Хваран сменил тему.

— Что-то случилось?

— А, просто зашёл от скуки.

— ……

— Работать не хотелось.

Но ведь вы учитель.

Ко Хваран скривился, но затем вздохнул.

Скорее всего, это была просто отговорка.

Его классный руководитель был из тех, кто не оставляет учеников, нуждающихся в помощи. Зная, что Ко Хваран заботится о трёх младших братьях и сёстрах, он, вероятно, зашёл просто перекинуться парой слов.

«Сначала было неловко».

Теперь он привык.

Впервые в жизни он получал столько внимания от взрослых, и это было приятно.

— Похоже, ты всё время читаешь какие-то необычные книги? У тебя что, такой специфический вкус… М-м?

Болтая, учитель заметил блокнот на столе.

— А это что?

— А, это…

Ко Хваран попытался помешать, но учитель был быстрее.

Шлёп.

— Ого?

Это была тетрадь с рукописями Ко Хварана.

— Ты ещё и пишешь?

В глазах учителя загорелся интерес.

— Можно мне почитать?

Ко Хваран колебался.

— …Это ерунда. Ничего толком не написано.

— Неважно.

Мягким голосом учитель попросил разрешения.

— Если ты разрешишь, я очень хочу прочитать.

Взгляд Ко Хварана дрогнул.

Помявшись, он в конце концов согласился.

— …Как хотите.

Наверное, с тех пор он стал слабым на такие мягкие просьбы взрослых.

Шурх.

Страницы переворачивались в руках учителя.

Ко Хваран опустил взгляд, делая вид, что ему всё равно, но не мог сдержать волнения.

Первый раз, когда кто-то увидел его текст.

Любой текст отражает автора. Показывать кому-то то, что создано из самых сокровенных глубин души, ‒ стыдно, страшно…

И в то же время волнительно.

Тук.

Прошла целая вечность, и учитель закрыл тетрадь.

— ……

Лицо, лишённое привычной улыбки.

Помолчав, учитель заговорил:

— Ко Хваран.

— …Да.

— Не хочешь попробовать написать что-нибудь серьёзное?

— Что?

— Скоро стартует крупнейший в этом сезоне литературный конкурс для начинающих.

В его взгляде, обращённом на Ко Хварана, горел странный огонёк.

— Давай попробуем подать заявку. Я помогу.

Учитель, казалось, увидел в нём какой-то потенциал.

Ко Хваран нахмурился.

— Вряд ли это настолько хорошо. Не нужно понапрасну внушать надежды…

— Эй, ты думаешь, я стал бы тратить время занятого ученика на то, что не имеет смысла?

Учитель крепко взял Ко Хварана за руки, как будто собирался серьёзно убедить его.

— Это стоящая идея. Поверь мне.

— Э-э…

— Просто попробуй, а?

За рассеянным тоном скрывалось тепло.

— Даже если не получишь приз, это будет интересно.

— ……

— Это точно будет хорошим опытом.

Сердце Ко Хварана забилось быстрее.

— Мой текст… он правда хорош?

— Если бы он был просто хорош, я бы не делал такого предложения, парень. Ты пишешь здорово.

…Щёки Ко Хварана покраснели.

Когда он наклонил голову, чтобы скрыть лицо,

— Кроме того, мне кажется, тебе есть что сказать.

Голос учителя изменился.

— Такие люди, если не пишут, становятся несчастными.

Учитель посмотрел в пустоту.

— В этом мире есть люди, которые не просто хотят что-то делать, а должны.

Голос, не похожий ни на что, что он слышал раньше, глубоко проник в сознание Ко Хварана.

Учитель посмотрел на него сверху вниз.

— Ну как? Попробуешь?

……

В ситуации, когда он едва справлялся с заботой о младших, это казалось непозволительной роскошью.

Но Ко Хваран был молод, и это предложение было слишком заманчивым.

— …Даже если я буду писать медленно?

Ко Хваран не смог отказаться.