(Военная академия Родовы, тактический полигон, B-9)

Последним занятием дня после практического боя была «Разведка, Движение и Планирование» — курс исключительно для Отделения убийц, который Лео посещал вместе со студентами обычного класса.

На девяносто процентов это была теоретическая лекция с несколькими практическими показами от армейских специалистов — ничего особенно утомительного физически, и это было облегчением, ведь почти все, кто пришёл на лекцию, выглядели полумёртвыми после первого дня адских тренировок в Военной академии Родовы.

В первый день лейтенант, ведущий занятие, объяснил важность планирования миссий и изложил три основных правила, которым должен следовать каждый убийца, готовясь к операции:

1. Разведать

2. Проверить

3. Спланировать

Первое золотое правило — разведка — было основой любой миссии.

Прежде чем убийца поднимет клинок, прежде чем сделает хоть шаг к цели, нужно провести разведку.

Плохо разведанная миссия обречена на провал.

Чем больше убийца знает о цели — её привычках, распорядке, мерах безопасности и устройстве окружения, — тем меньше места остаётся для неожиданностей.

Разведка — это не просто наблюдение за целью из тени. Это сбор всех возможных подробностей, которые помогут добиться успеха.

Сколько охранников на посту в то или иное время?

Предсказуем ли распорядок цели?

Есть ли запасные выходы, если основной путь отхода перекрыт?

Какую местность или постройки убийца может обратить себе на пользу?

На эти вопросы нужны чёткие ответы, прежде чем можно будет составить какой-либо план.

К хорошо защищённой цели нужен иной подход, чем к беспечной.

Цель в окружении политиков требует скрытности, а вражеского генерала на поле боя можно устранить и более напористо.

У каждой миссии свои переменные, но эти переменные ничего не значат, если их не учли до исполнения.

Именно поэтому разведка была не просто задачей, а обязательным этапом планирования миссии.

Убийца, как следует проведший разведку, вступал в любой бой, уже имея преимущество.

А убийца, который этого не сделал?

Шёл в неизвестность — слепой и уязвимый.

Следующим этапом была проверка полученных сведений: нужно было убедиться, что враг не обманывает их намеренно с помощью дезинформации или подброшенных данных.

На этом этапе убийца должен был подвергать сомнению всё, что видел, каждую крупицу собранных сведений и каждое своё предположение, — ведь малейшая упущенная деталь могла превратить идеальный план в катастрофу.

Что, если охранники, за которыми они следили, — всего лишь приманка, призванная сбить нарушителей с толку?

Что, если обнаруженный тайный ход на самом деле ловушка, чтобы загнать нарушителей в засаду?

Что, если окно без охраны оставили открытым нарочно, чтобы заманить их в зону поражения?

Умелый враг знает, что убийцы и разведчики полагаются на сведения. Самые умные обращают это против них.

Поэтому проверка была этапом, не подлежащим обсуждению.

Убийца должен был перепроверять всё. Наблюдать за поведением цели в разные дни и в разное время. Отмечать изменения в порядке охраны — не только в обычные дни, но и в ситуациях повышенной тревоги.

Если возможность кажется слишком лёгкой, это, скорее всего, ловушка.

Поэтому классу дали запомнить простую фразу:

«Дезинформация опаснее неведения».

Ведь у убийцы, отправившегося на миссию без сведений, был шанс.

А убийца, который шёл с ложными сведениями?

Был уже мёртв.

Когда сведения собраны и проверены, последний шаг — составить план.

Однако хороший план никогда не бывает одним планом.

Лейтенант подчеркнул, что единственная стратегия — ошибка новичка.

Убийца всегда должен действовать как минимум с тремя планами:

1. Основной план — оптимальный и самый чистый способ исполнения. Если всё идёт как ожидалось, следуют ему.

2. Запасной план — резервный способ на случай непредвиденных обстоятельств. Если сменился маршрут патруля, усилили систему охраны или цель неожиданно переместилась, у убийцы должен быть наготове второй вариант.

3. План отхода — как бы хорошо ни была спланирована миссия, уход так же важен, как исполнение. Если убийца устранил цель, но был пойман или убит при отходе, миссия провалена. Правильный план включает несколько путей отхода, маскировку или отвлекающие манёвры.

«Идеальных» миссий не бывает. Бывают лишь хорошо подготовленные убийцы.

К концу лекции большинство курсантов сидели прямо, слушая во все уши.

Несмотря на усталость, они понимали вес того, чему их учили.

Это была не просто теория из учебника.

Это были знания, выкованные настоящими миссиями. Настоящими смертями. Настоящими провалами.

И Лео тоже это ценил.

Заранее продуманный путь отхода и осторожность — вероятно, разумная стратегия, которой его заносчивой персоне не мешало бы научиться: как и сказал лейтенант, идеально выполненных миссий не бывает, бывают лишь подготовленные убийцы, продумавшие все возможные варианты развития событий.

Поэтому под конец Лео поднялся, вполне довольный тем, что узнал за день, и потащил свою усталую тушу в столовую на ужин, а рядом ворчала Му Рянь.

— Боже мой, Лео… всё болит! — пожаловалась она, хватаясь за голову.

— Голова болит, тело болит, попа болит… Я даже не знаю, как может болеть попа, но у меня болит после стольких часов сидения! А это только первый день.

— Адский профессор Марвин ждёт, что завтра мы придём пораньше и пробежим ещё круги в наказание за то, что сегодня не оправдали его ожиданий, и весь этот ад завтра с утра начнётся заново.

— И… и… и это если я сейчас же лягу спать, а я не могу.

— Мне ещё несколько часов медитировать, потом заниматься свитком с основ восприятия, а ещё готовиться к следующей лекции профессора Дэвида, изучая сегодняшние конспекты.

— Потом мне надо разбирать свои бои, как хотел майор Хен, и ещё спать и восстанавливать уставшее тело!

— Как будто в сутках не хватает часов, чтобы всё это успеть и не сойти с ума: я либо завалю какой-нибудь курс, либо свихнусь, — жаловалась Рянь, топая ногами от досады, как избалованный ребёнок.

— Не всё так плохо… За ужином возьми пару лишних зелий выносливости, они помогут дольше не спать, — утешил её Лео. Хотя ему тоже казалось, что жизнь в академии куда тяжелее, чем он ожидал, его это почему-то устраивало.

В глубине души он понимал, что становиться сильнее и не должно быть легко: будь это так, каждый неудачник во вселенной был бы от природы могуч.

Стать сильным трудно, это требует жертв, поэтому сильных и уважают повсюду — ведь не каждый может стать тем, кем стали они.

Гомон.

Гомон.

Войдя в столовую на ужин, Лео увидел, что она забита до отказа и свободных мест почти нет, однако, к его удивлению, за угловым столом, где он обычно сидел, оставалось несколько свободных мест, а за ним вместе сидели Су Ян и Му Шэнь, словно держа место для него.

Когда он вошёл, Му Шэнь сразу помахал ему, чтобы привлечь внимание, и Лео усмехнулся такому неожиданному повороту.

Он не ожидал обзавестись в академии союзниками — по крайней мере так быстро.

Но теперь? Похоже, он оказывался в одном союзе с двумя лучшими студентами класса.