Следующее утро выдалось свежим и звонким от первого морозца, и Элайдже стоило немалых душевных сил выпутаться из уютного тепла одеял из кроличьего меха. И всё же привычка брала свое, а до отплытия на «Железный берег» предстояло переделать кучу дел. Тихо простонав от жалости к себе, он откинул шкуры и поднялся на ноги.

Утренний режим пошел по накатанной колее: завтрак из остатков вчерашней рыбной похлебки, сокращенный комплекс упражнений — и вот уже друид натягивает свой лучший парадный наряд. Это была всё та же римская тога, что и на первых переговорах, разве что стежки легли плотнее, да и сидела она на двухметровом теле заметно складнее. Впрочем, портной из него был как из собачьего хвоста сито, что лишь ярче подчеркивало главную цель сегодняшней вылазки.

Если не удастся ничего другого, он обязан разжиться нормальной человеческой одеждой. С этой мыслью Элайджа извлек из угла берестяную корзинку с трофейным этериумом и сгрузил все накопленные кругляши в самодельную заплечную сумку. Следом подхватил увесистый, неуклюжий тюк с оружием наемников и зашагал к пляжу, где неделю назад развернулась высадка карателей.

Трофейные шлюпки сиротливо покачивались на прибрежной гальке ровно там, где их оставили. Выбрав самую добротную и крепкую посудину, друид столкнул ее на воду. Волна обожгла щиколотки ледяным холодом, но после ежедневных многочасовых заплывов в океане это едва ли доставляло дискомфорт: закалка и высокое Телосложение превратили мороз в легкое покалывание. Запрыгнув в лодку, он опустил весла в уключины и мерно заработал гребками, беря курс на далекий берег пролива.

Пока лодка резала свинцовую рябь, в памяти невольно всплыл его первый ночной рейд на материк. Тогда он шел сквозь шторм спасать похищенного драконыша из лап сектантов, жаждавших выцедить чужую кровь ради рывка в культивации. Та вылазка увенчалась резней ритуалистов, освобождением Сары и прорывом к Драконьему Ядру. А уже обновленное Ядро подарило ему несокрушимую мощь, позволившую в одиночку стереть в порошок полусотенный десант карателей.

Он тяжело вздохнул, не сбавляя темпа гребли.

Слишком много событий спрессовалось в считаные недели. Еще недавно он едва держался на нижних строчках глобального рейтинга, а теперь?.. Он ворвался в первую тридцатку сильнейших жителей планеты, а с учетом продвинутой стадии культивации, которой, по заверениям Нертуса, на столь юном мире быть попросту не могло, Элайджа с чистой совестью мог назвать себя одним из опаснейших существ на Земле.

Звучало как форменное безумие.

Словно желая лишний раз убедиться в реальности происходящего, он мысленным усилием развернул Небесную Таблицу и нашел свою фамилию на тридцать второй строчке:

Планетарный рейтинг силы (Земля)

Оскар Рамирес — Уровень 38

Сэди Сонг — Уровень 37

Ху Шуй — Уровень 35

Рам Кханду — Уровень 35

Ануприя Пандей — Уровень 34

Кимберли Джексон — Уровень 33

Эбигейл Лоури — Уровень 33

Майкл Кинг — Уровень 33

Гуннар Линдстром — Уровень 33

Тор Гундерсон — Уровень 32

Нико Сонг — Уровень 32

…

Элайджа Харт — Уровень 30

…

Кармен Родригес — Уровень 21

Загадочный Оскар Рамирес, кем бы он ни был в прошлой жизни, железной хваткой удерживал абсолютное лидерство, да и большая часть первой десятки осталась неизменной. Однако Элайджа с легким холодком отметил, что один из братьев Сонг бесследно исчез из списка. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: парень погиб. Пройдя сквозь ад Башни, друид понимал, что подобные некрологи в таблице лидеров вскоре станут обыденностью.

Скользнув взглядом по собственному имени, он уже собирался закрыть полупрозрачную панель, как вдруг взгляд зацепился за строчку в самом низу первой сотни.

Кармен Родригес. Его золовка. Жена сестры.

Весла замерли в воздухе. Лодка заскользила по инерции, плавно покачиваясь на слабом течении, пока друид неверящим взглядом буравил золотистые буквы системного имени.

Кармен жива! Но что это значило?! Зная Кармен, она ни за что на свете не допустила бы гибели Алиссы. А уж о маленьком Мигеле и говорить нечего: случись хоть что-то с племянником Элайджи, гордая испанка либо сломалась бы окончательно, погрузившись в пучину апатии, либо полезла бы в пасть первому попавшемуся монстру в поисках смерти. Нет: если Кармен жива, держит двадцать первый уровень и входит в сотню сильнейших людей планеты — значит, ее семья, плоть от плоти его собственная родня, благополучно пережила апокалипсис!

Широкая, счастливая улыбка озарила лицо парня. Лишь сейчас он до конца осознал, каким неподъемным свинцовым грузом висел на сердце страх узнать о гибели близких. Теперь этот кошмар развеялся без следа. Алисса и Мигель в порядке, и от этой мысли дышать стало невероятно легко!

С удвоенным запалом навалившись на весла, он погнал шлюпку вперед, разрезая пенные преграды пролива.

Путь предстоял неблизкий, оставляя простор для мыслей. Все они крутились вокруг родных: как девчонкам удалось уцелеть? Основали ли они общину выживших в пригородах Сиэтла или рискнули сунуться в руины мегаполиса? Какие системные классы им достались? Мигелю, по прикидкам, стукнуло всего десять лет — открылась ли у пацана способность к культивации при интеграции планеты?..

Ответов не было, но самые сладкие надежды будоражили кровь. Незаметно за размышлениями путешествие подошло к концу: перед носом шлюпки выросли деревянные сваи причалов «Железного берега».

Портовые сооружения не поражали огромным размахом старого мира, но выглядели добротно и основательно: длинные пирсы без труда могли принять у своих бортов добрых полдюжины тех китобойных баркасов, что время от времени бороздили пролив.

Элайджа направил лодку к свободному короткому мостку, кожей ощущая десятки цепких взглядов: гномы, гоблины и дварфы на набережной замерли, как по команде провожая глазами каждое его движение. Кто-то гаркнул неразборчивое приветствие, но друид даже бровью не повел. Ткнувшись носом в просмоленные бревна, он ловко захлестнул швартов за кнехт, перегнулся через борт и одним махом вывалил на настил тяжелый тюк с оружием. Железо глухо грохнуло о доски; хозяин острова оставался начеку, готовый по первому щелчку пальцев применить заклинание «Облик стража» и превратиться в бронированного титана.

Впрочем, перестраховка оказалась излишней: секундой позже со стороны берега торопливо засеменила крохотная фигурка — даже по меркам низкорослых гномов этот коротышка казался сущим лилипутом. Подбежав ближе, гном нервно пригладил кончики пышных усов, рассыпавшихся чуть ли не до пояса, и отвесил церемонный поклон:

— Добро пожаловать, почтенный Защитник Рощи, в наш скромный городок! — голос дрожал от почтения и страха. — За управляющим Рамиком уже послали. Позвольте представиться: Убан, начальник здешних причалов.

— Рад знакомству, Убан, — ответил Элайджа, легко перемахивая через борт лодки.

Босые ступни звонко шлепнули по шершавым доскам пирса, лишний раз напомнив об отсутствии хоть какой-то обуви. На собственном острове ходить босиком вошло в привычку, но здесь, среди чинной толпы, дикарский вид начал ощутимо резать глаза. Сам Убан щеголял в наряде, который землянин окрестил бы викторианским костюмом: строгий крой сюртука, широкополая шляпа вроде болеро — смотрелось причудливо, но весьма гармонично. На его фоне самодельная тога Элайджи выглядела форменным рубищем нищего оборванца.

Чем, положа руку на сердце, и являлась — учитывая, что скроена была из балахонов убитых сектантов.

Впрочем, именно этот гардеробный конфуз и послужил одной из причин визита на материк. Оставалось надеяться, что местный рынок решит проблему с экипировкой.

— И брось эти церемонии с «Защитником Рощи», — поморщился друид. — Зови меня просто Элайджей.

— А… да, конечно, — испуганно закивал начальник порта. — Господин Элайджа.

Коротышка попытался завязать светскую беседу, но от нервного трепета язык бедняги заплетался на каждом слове. Элайджа честно старался казаться радушным и открытым парнем, но два года абсолютной Робинзонады начисто стерли навыки дипломатии: он подозревал, что его ободряющая улыбка больше напоминала оскал маньяка-людоеда.

Поэтому приближение Рамика было встречено с искренним вздохом облегчения. Друид коротко кивнул знакомому клерку:

— Я привез ваше железо. Сколько дашь за партию?

— Так… минуточку… — засуетился гоблин, близоруко щурясь на тюк. — Здесь всё… кхм… исключительно базового, «Безрангового» грейда. Максимум, что гильдия может предложить по балансу — пять серебряных этериумов за ствол.

Элайджа не имел ни малейшего понятия о рыночных котировках металлолома, поэтому на секунду задумался, прикидывая расклад. Видимо, на его суровом лице это отразилось угрожающей тенью, потому что Рамик судорожно сглотнул, прочистил горло и скороговоркой выпалил:

— Семь серебряных! За каждый клинок и топор!

— По рукам, — согласился друид.

По знаку управляющего рослый дварф-подручный шустро раскидал тюк, ведя беглый пересчет трофеев. Согласовав цифру с начальником, Рамик отсчитал ровно семьдесят семь увесистых серебряных кругляшей и с поклоном вручил мешочек гостю. Спрятав добычу в заплечную торбу, Элайджа перешел к списку покупок:

— Первым делом мне нужен алтарь Ростка. Затем — добротная одежда. Что-нибудь прочное, для лесных переходов. Хороший походный рюкзак. Семена культурных растений, если найдутся у ваших огородников. И специи. Если после этого останется лишняя монета — комплект столярного инструмента: резцы, рашпили, рубанок. Сможешь обеспечить?

Рамик задумчиво потер тонкие губы:

— С платьем проблем не возникнет. Что до заплечного мешка — нам повезло иметь в штате Кожевника высокого ранга, так что справимся в лучшем виде. С семенами… возможно: пара Землепашцев у нас числится, но захотят ли они делиться посевным фондом — вопрос переговоров. А вот пряности… боюсь, на складах поселка их нет вовсе. Разве что заказывать через Межмировой рынок Ростка за системную валюту.

— Пожалуй, так и сделаю, — кивнул парень.

За долгие годы пресной диеты мысль о щепотке черного перца или соли казалась верхом роскоши, но спускать всё состояние ради щепотки паприки он, разумеется, не собирался.

— А инструмент?

Управляющий заверил, что набор резцов найдется без труда. Не теряя времени, колоритная процессия в лице гоблина, человека и пары угрюмых дварфов-телохранителей двинулась сквозь поселок к монументальному каменному зданию ратуши, служившему административным сердцем фактории.

Ожидая увидеть диковинные инопланетные чертоги, Элайджа был приятно удивлен: коридоры напоминали добротные земные строения в средневековом стиле. Да, пропорции дверных проемов были рассчитаны на приземистых жильцов, из-за чего двухметровому друиду то и дело приходилось пригибать голову, но в остальном ничего чужеродного глаз не резало.

Чего никак нельзя было сказать о Ростке Древа Миров.

— Какая красота… — завороженно выдохнул Элайджа, застыв на пороге круглого зала.

Рамик с гордостью покосился на спутника:

— Впервые видишь священный алтарь?

— Впервые.

— Наш Росток куда старше и функциональнее тех диких побегов, что пробиваются на земных пустырях, — с пафосом заметил клерк. — Это благородный саженец, перенесенный прямиком из моего родного мира.

— Понятно, — слукавил друид. Выставлять напоказ бездну своего неведения не хотелось, поэтому лишние вопросы он придержал при себе. Задал лишь самый насущный: — Как к нему подключиться?

— Просто коснись ствола ладонью.

Элайджа шагнул к мерцающему кристаллическому древу, стараясь не обращать внимания на тяжелый взгляд коренастой дварфийки в церемониальной мантии, застывшей на страже у корней. Судя по наряду, это была та самая Служительница Культа Древа Миров, о которых предупреждал Нертус. Нарываться на конфликт со жрицей не входило в его планы, поэтому он вежливо склонил голову:

— Позволите?

— Прикасайся, — буркнула стражница скрипучим басом. — Но на будущее запомни, парень: привилегий здесь нет никому. В следующий раз встанешь в общую очередь, как все смертные, уяснил?

Элайджа молча кивнул. Он понятия не имел, что его провели мимо томящейся в коридоре толпы, но отказываться от любезности было глупо. Подойдя вплотную, он мягко опустил ладонь на граненый, прохладный кристалл древесного ствола.

В то же мгновение перед внутренним взором развернулся каскад золотистых системных вкладок, ждущих активации. Скользнув по оглавлению, он понял, что перед ним развернулось главное меню функций Ростка. Из дюжины разделов большинство светилось серым — доступ к ним был заблокирован низким статусом. Активными оставались лишь пять закладок: «Межмировой рынок», «Банк этериума», «Архив знаний», «Региональная карта» и «Узел связи».

Первым делом он заглянул в Банк. Со слов Нертуса он знал: каждое поверженное чудовище и каждый враг начисляли на системный счет победителю долю этериума. Банковская вкладка как раз и открывала доступ к этим накоплениям.

Медь: 321

Серебро: 92

Золото: 11

Платина: 0

— Могу я положить наличные монеты из кошеля на свой системный баланс? — уточнил он у Служительницы.

— Можешь, — буркнула дварфийка. — Сформируй мысленный приказ, и кристалл сам втянет металл из карманов в контур хранилища.

Элайджа последовал совету: воздух дрогнул тихим шелестом Эфира, и тяжесть в заплечной торбе моментально испарилась. Цифры на табло послушно обновились:

Медь: 362

Серебро: 179

Золото: 11

Платина: 0

Удовлетворенно хмыкнув, друид перешел к главной цели визита: Архиву знаний. Перед глазами открылись сотни каталогов — от секретов металлургии и алхимии до политических атласов сопредельных миров. Ценники на фолиантах кусались немилосердно, поэтому он благоразумно ограничил аппетиты базовыми руководствами по механике Системы.

И всё же почти два десятка практических памяток облегчили его баланс на целых три золотых монеты, прежде чем взгляд зацепился за монументальный труд под заголовком «Практическое руководство по ступеням культивации». Справочник позиционировался как доходчивая инструкция для чайников, и Элайджа без малейших колебаний отстегнул требуемые пятнадцать серебряных этериумов.

Едва транзакция завершилась, с хрустальных ветвей Ростка с тихим звоном сорвались двадцать два прозрачных кристаллических листа, материализовавшись в воздухе перед лицом читателя.

Впрочем, уходить он не спешил: оставалось проверить Рынок, Карту и Узел связи. Последний, как теплилась надежда в груди, мог пролить свет на местонахождение Алиссы и ее общины.

Увы, реальность быстро остудила пыл: все три раздела оказались практически бесполезны. На Региональной карте сияла лишь одна-единственная точка чужого поселения — почти в двух сотнях миль к востоку от побережья. Она же оставалась единственным доступным абонентом для системных сообщений. Каталог Рынка порадовал чуть больше, но тратить драгоценную валюту на сомнительные диковинки парень не стал: первоочередные бытовые нужды стояли куда острее.

Смахнув интерфейс, Элайджа бережно сгреб драгоценные кристаллические листья в торбу и кивнул терпеливо ожидавшему гоблину:

— Веди в Ремесленный квартал. Пора обзавестись нормальными штанами.